Синий на бизани (ЛП) - О'Брайан Патрик - Страница 18

Мерин и дети, приученные молчать и не двигаться во время этих, как правило, коротких наблюдений, расслабились, перевели дух и громко рассмеялись в предвкушении чаепития в Шелмерстоне, до которого уже было рукой подать.

Они спокойно проехали еще километров пять, и мерин поднял голову, принюхиваясь к запаху жилища, доносившемуся с легким ветерком, и ускорил шаг; песчаные дороги остались позади, узкая тропинка (по которой ехали осторожно, и Падин вел лошадь под уздцы) вела, петляя, вниз к неудобной, усыпанной скалами бухте, на берегу которой стоял Шелмерстон, внешне ничем не примечательный порт, населенный рыбаками и моряками, каждый из которых мог в любой момент стать контрабандистом, причем очень умелым и предприимчивым, по секретному сигналу с французского судна, находящегося неподалеку (флагами днем, фонарями ночью), – порт с совершенно особенными приливами и отливами, коварной отмелью, но все же на удивление любимый теми, кто считал его своим домом. Именно в Шелмерстоне Джек Обри снарядил и укомплектовал "Сюрприз", действовавший в качестве капера, во время своего временного отстранения от службы на военном флоте, пополнив его не только матросами с военных кораблей, которые последовали за ним в его тяжелом несчастье, но и местными уроженцами, на редкость умелыми моряками, как будто созданными для частного военного судна. Они со Стивеном хорошо знали это место и его жителей, а местные дамы были особенно добры к их детям, которые тогда были гораздо меньше, так что за ними был нужен глаз да глаз, и поездка туда, даже на неделю или около того, считалась лучшим развлечением, чем вояж в Бат или Лайм.

Мерин прошествовал в знакомую конюшню, и пока Падин пытался вытащить детей из двуколки, где во время своей возни они умудрились запутаться в половинке рулона мелкоячеистой сетки, Стивен зашел в "Голову Уильяма".

– Миссис Хейк, – сказал он. – доброго вам дня, мэм. Как вы поживаете?

– О, это же доктор! – вскричала она. – Очень хорошо, сэр, спасибо, и надеюсь, вы сами в добром здравии?

– Да, благодарю вас, и я буду вам еще больше признателен, если вы накормите детей. Последние полчаса они только ссорились и ныли, но чай и эти круглые штучки со сливочным кремом помогут им стать добрее, ведь по сути своей они совсем не злые дети. Я приехал узнать, нет ли у вас каких-нибудь новостей о "Сюрпризе" и капитане Обри.

– Капитан Обри, сэр? – ответила она, и на ее побледневшем лице отразился если не настоящий ужас, то полное непонимание, смешанное с тревогой и чем-то, похожим на страдание. – "Сюрприз" и капитан Обри? – Она тяжело опустилась на стул, все еще пристально глядя на него. – Но они же были здесь сегодня утром, прихватили с собой с десяток старых товарищей по плаваниям, о, ха-ха-ха! А те еще как обрадовались, ха-ха-ха! И промчались над отмелью, когда отлив был в три четверти, а ветер был как раз попутный, чтобы отправиться на верфь Сеппингса. А вы даже и не знали. О, ха-ха-ха-ха! – Она хлопала себя по коленям и все смеялась и смеялась. – Да благословит вас Бог, сэр, и, пожалуйста, простите меня. Я сейчас же накормлю этих прожорливых детей. Пойдемте, дети, – крикнула она в сторону двери, которая вела на конюшню. – Чай будет готов сию минуту, – Потом она сказала Стивену: – И он послал молодого джентльмена на пони сказать миссис Обри, что с ним все в порядке и что завтра он должен быть дома, – Она поспешила на кухню, где было слышно, как она говорит служанкам: – А доктор мне и говорит: "Я только приехал узнать, нет ли у вас каких-нибудь новостей о "Сюрпризе" и капитане Обри", а я ему и говорю...

Стивен вышел на хорошо знакомый берег; новость о его прибытии быстро распространилась, и несколько его бывших товарищей по плаваниям, особенно те, кого он лечил, подошли пожать ему руку, пожелать доброго дня и сказать, как хорошо выглядит фрегат, даже несмотря на его израненный нос; но некоторые, даже большинство, стеснялись и этого, что его озадачило. Вскоре он пригласил пятерых или шестерых моряков, которых знал особенно хорошо, выпить с ним кружку эля; и когда они уселись в главном зале, он спросил старшего из них, бывшего квартирмейстера:

– Что у вас здесь в Шелмерстоне случилось? Я вижу, что многим из моих бывших товарищей явно не по себе.

– Что ж, сэр, – сказал Проктор. – дело вот в чем: когда война закончилась, то есть две войны, – когда вы были на "Беллоне", и эта последняя, что завершилась после Ватерлоо, – ну, вот тогда для большинства людей здесь наступили трудные времена. Ни тебе постоянных харчей, ни денег, даже небольших, что можно посылать домой. Нас всех рассчитали и отправили на берег. Чаще всего для моряка, живущего в обычном порту, это означает, что нужно найти другой корабль, и это не так сложно, когда торговля идет бойко. Но это ведь не обычный порт. С этой проклятой отмелью и чертовыми скалами сюда почти не заходят торговые суда. Когда-то это была рыбацкая деревня, но рыбная ловля пришла в упадок, и осталось всего несколько лодок. Так что вскоре мы стали чем-то вроде каперского порта; и, как вы знаете, дела у нас шли неплохо, сэр, пока были враги, на которых можно было нападать, – французы, испанцы, португальцы, иногда американцы, голландцы и суда из северных портов, вроде Папенбурга[20] и так далее. Но где они все теперь? Заключили мир.

– А разве здесь не промышляли контрабандой?

– Что ж, сэр, врать не буду, некоторые люди – хотя я никого называть не буду, – не упускали случая иногда подзаработать на контрабанде. Для этого нужно было быть чертовски хорошим моряком и уметь управлять судном в любую погоду, но, я думаю, вы прекрасно знаете, сэр, что за счет бренди кормилась половина Шелмерстона.

– Ну и?

– Ну, сэр, наклонитесь и посмотрите вон туда, немного на юго-восток.

– Куттеры?

– Да, сэр. Новенькие куттеры таможенной службы, очень хорошо укомплектованные и очень прекрасно построенные, – вон они маячат, и я не знаю, как у молодого мистера Сеппингса рука поднялась их строить. Они любое из наших судов догонят. А еще высоко на скале у них наблюдательный пост. Эти собаки получают половину от суммы штрафа и половину от товаров. Просто сердце кровью обливается, когда посмотришь на то, как они теперь шустрят.

– Вполне верю.

– Итак, видите ли, когда сегодня утром мы увидели "Сюрприз", это было похоже на... ну, не хочу показаться непочтительным, но это было просто чудо. И когда его честь взял на борт дюжину из наших, чтобы доставить судно на верфь, мы были очень рады, что после ремонта он отправится в плавание.

– А капитан Обри сказал вам, куда он направляется?

– О, да, сэр. Он сказал, что они там будут проводить съемку мыса Горн, проливов и побережья Чили, – шансов на какую-нибудь добычу мало, если только мы случайно не наткнемся на пирата. Тяжелая работа гарантирована, а вот с достойной оплатой туговато будет. Но те, кого он выбрал, были просто в восторге! Они кое-что знали об удаче капитана Обри, – мы все кое-что знаем об Счастливчике Джеке, – и если бы вы могли замолвить словечко за кого-нибудь из нас, сэр, мы были бы вам очень благодарны.

Хотя детям очень хотелось двинуться дальше, до самой верфи Сеппингса, Стивен не поддался на уговоры, и вскоре двуколка уже ползла по каменистой горной дороге из Шелмерстона.

– А вот и часовня сетиан, – сказал он, кивая в сторону белого здания с огромными блестящими латунными буквами на фасаде.

– Сет, – прочитали они. А что это за Сет? Кто это, Сет?

– Он был одним из сыновей Адама, братом Каина и Авеля.

– О, смотрите! – закричала Бригита. – Вон там, над горизонтом! Это же "Рингл" несется на всех парусах.

– Мы всех их завтра увидим, – ответил Стивен. – Чудесно!

Однако сначала им пришлось подобрать юного джентльмена с "Сюрприза", мистера Уэллса, чей пони сбросил его в глубокую канаву, выложенную камнями и окруженную кустами ежевики, а затем умчался прочь. К счастью, он был довольно низкорослым даже для юнги, и они смогли втиснуть его в двуколку, – правда, он все вокруг заляпал кровью.