Князь Андер Арес 8 (СИ) - Грехов Тимофей - Страница 4

— Кого? — тут же переспросил я. В бестиариях и хрониках я такого не встречал.

— Нефилимы, — произнес Карус с отвращением. — Это раса, которая была очень близка по силе к богам. Мне рассказывал отец, что Вефнир привел их из другого пространства… из другой вселенной. Как он склонил их на свою сторону, я не знаю. Но они были чудовищно сильны. Каждый из них стоил армии. И, более того, многие из них остались на Грее после финального сражения.

— И что с ними стало? — спросил я. — Если они были так сильны, почему их нет сейчас? Или они прячутся?

— Их уничтожили Вестники смерти, — ответил дракон.

— Вестники? — я удивился. — Но ты же сказал, нефилимы были почти богами. Почему Вестники смогли их убить? Вернее, как…

— Не торопись. Я всё расскажу, но постепенно. Война вестников и нефилимов произошла из-за того, что они не смогли поделить территорию Пустоши, — ответил Карус. — Понимаешь, Андер, после того великого сражения мы, победители, заключили договор. Мы были истощены. У нас не было сил добивать врага.

Он скривился.

— Мы договорились с нефилимами, вестниками и теми человекоподобными тварями, что воевали за Вефнира. Земля, на которой происходило основное сражение, была, если так можно выразиться, отравлена магией. И тогда же она получила название Пустошь.

— Не поверю, что у вас не было сил уничтожить их пока они были ослаблены? Оставить такого врага у себя под боком…

— Потому что мы не хотели больше воевать! — рявкнул Карус, и в его голосе прорвалась старая боль. — Миллионы жизней были уничтожены! Вефнир был, как мы тогда думали, повержен и запечатан. Мы тогда просто не думали, что он сможет вернуться. Арес, лидер нашей фракции, тоже была низвержена и лишена сил. Мы думали, что нефилимы и вестники со временем ассимилируются или вымрут. Мы надеялись, что они будут стараться интегрироваться в нашем мире, станут просто еще одной расой. — Он покачал головой. — И поначалу так и было. Они грызлись между собой, делили остатки ресурсов. Но не прошло и ста лет, как у них началась внутренняя война. Мы не вмешивались в их дела, считая пусть убивают друг друга, нам же меньше работы. Но, как оказалось, зря.

— Почему? — спросил я, уже догадываясь, что ответ мне не понравится.

— Потому что вестники провели ритуал, — голос Каруса стал ледяным. — Они убили всех нефилимов. И используя их кровь они смогли разрушить одну из печатей, сдерживающих Вефнира. Когда мы узнали об этом… когда поняли, что происходит, и собрали армию, чтобы положить конец вестникам… было уже поздно.

— Поздно для чего? Они стали слишком сильны?

— Паучье озеро, — произнес дракон, словно выплюнул проклятие. — Раньше это было просто место битвы. Теперь… Рядом с ним вестники становятся в десять раз сильнее. Энергетика этого места изменилась, приоткрыв врата Вефниру.

— Получается, пока вестники в Пустоши, их не победить? — попытался я осмыслить масштаб угрозы.

— Нет, их сила увеличивается только у озера, — поправил меня Карус. — На границах они просто сильные твари, с которыми можно справиться.

— Так в чём проблема? — я не понимал. — Если они сильны только у озера, почему мы не можем зажать их там, оцепить и методично уничтожить издалека? Артефактами, магией?

— Причина в зове, — ответил Карус, и в его взгляде я увидел тень страха.

— Зов… — повторил я.

— Андер, не всё так просто. Зов, это не только нападение, но и защита тварей Пустоши. Всем, кто обладает настоящей силой…

— Что ты имеешь в виду?

— Если в Пустоши появляется сильный одаренный рангов «S» и «SSS»… чем ближе он подходит к озеру, тем выше вероятность, что Зов заберёт его. Мы теряем контроль над телом, разумом и просто проваливаемся в небытие, и после нас остаётся только противный запах серы.

Тогда я вспомнил свою недавнюю вылазку.

— Погоди, а как же тогда охота? Я же был в Пустоши с Миленой, и мы заходили довольно глубоко, но никакого зова я не ощущал.

— С тобой была Вестница, — ответил Карус. — Пока кто-то из них рядом, пока ты под защитой её ауры или договора, зов считает тебя «своим». Или по крайней мере не трогает. Но стоит ей исчезнуть, стоит договору нарушиться… — Он посмотрел на меня очень серьезно. — То лучше как можно быстрее убираться из Пустоши.

— «Почему Милена мне этого не рассказывала в подробностях?» — задался я вопросом, и посчитал, что видимо эта информация относится к той, которую я должен был узнать именно здесь.

Мне понадобилось время, чтобы переварить полученную информацию, и Карус ждал, когда я буду готов слушать дальше.

— Лучше скажи вот что, — попросил я. — Мне в Академии, как и другим студентам, рассказывали, что Пустошь не раз разрасталась. Взять хотя бы Великие стены. Это ведь не первый раз, когда твари прорывают периметр?

— Верно, — кивнул Карус. — Не первый.

— Тогда как мы загоняли тварей Пустоши обратно за стены? — спросил я. — Если у озера они непобедимы, а сильные маги не могут подойти близко из-за зова… Как удавалось восстанавливать границу?

Карус помолчал.

— Неся потери, — ответил он тихо.

— В смысле? — не понял я.

— В прямом, Андер. Каждый раз, когда Пустошь расширялась, нам приходилось платить кровью. Каждый день войны, пока мы оттесняли тварей, зов забирал кого-то из высокоранговых. К слову, он очень избирателен и предпочитает забирать драконов. И как бы страшно это не звучало, мы его лакомый кусок.

— Погоди, — произнёс я. — Ты хочешь сказать, что именно поэтому вас так мало осталось? Вы принесли себя в жертву, чтобы загнать тварей Пустоши назад?

Карус медленно кивнул.

— Можно сказать и так, — ответил он. — Но ты забываешь одну деталь, Андер. Долгое время на Грее не существовало защиты от зова. У нас просто не было выбора, кроме как воевать с тварями Пустоши лоб в лоб. Мы несли колоссальные потери. Вестники, к слову, тоже. Но когда эльфы, наконец, изобрели архил и научились добывать арихалковую энергию, мы прекратили активные боевые действия.

На некоторое время между нами повисла тишина.

— Почему вы не использовали архил для войны с тварями? — спросил я. — Если у вас появилась защита, вы могли бы добить их. Очистить Пустошь раз и навсегда.

Карус покачал головой.

— Потому что нам это было больше не нужно. Вернее, не так… — Он сделал паузу подбирая слова. — Андер, мы чуть не вымерли как вид. Ты не представляешь с какой скоростью мы теряли своих сородичей. Вестники с каждым сражением становились сильнее. Это было похоже на безумную гонку. Стоило кому-то из них убить в бою дракона или «SSS» рангового одарённого другой расы, как эта тварь становилась в разы мощнее. Её атаки ускорялись, плотность магии возрастала, а оперирование чарами выходило на какой-то запредельный уровень. Я до сих пор не знаю, как именно это происходило, но факт остаётся фактом, наши смерти делали их сильнее.

Я слушал его и чувствовал, как по спине бегут мурашки. Разумеется, я не стал озвучивать свою догадку вслух, но, кажется, я знал почему вестники становились сильнее. Всё дело в том, что у них тоже был свой аналог «божественного механизма». Другого логичного объяснения тому, как они могли мгновенно ассимилировать силу убитых врагов, просто не существовало. Они «лутали» нас. Получали опыт, повышали уровни, открывали новые навыки. Прямо как я.

Эта мысль была неприятной.

— Я так понимаю, эльфам тоже не нужно воевать и лить кровь, потому что у них есть архил? Да? — спросил я.

— Всё верно, — подтвердил Карус. — Они защищены от зова. Они создали барьер и закрылись в своих лесах. Им этого достаточно.

— Но они могли бы дать архил людям! — с раздражением сказал я. — Чтобы люди под его защитой уничтожали вестников. Это же логично! Чужими руками жар загребать, это же в духе ушастых, так почему…

Карус посмотрел на меня с грустной усмешкой.