Срочно замуж! или Демон в шоке (СИ) - Амеличева Елена - Страница 3

- Представляю.

- Он поднял! И даже не поморщился!

Я слушала вполуха, скользя взглядом по залу.

Гости заполнили пространство до отказа. Кто-то танцевал, кто-то теснился у фуршетных столов, кто-то уже умудрился найти укромные уголки в нишах окон. Воздух густел от смеси дорогих духов, пота и легкого, едва уловимого запаха бедствия. А вот и источник последнего.

Отец сидел в дальнем углу. Я увидела его сразу - слишком знакомой была эта напряженная спина, слишком неестественно прямая осанка.

Он играл в кости.

- …а графиня Штольц привезла всех трех дочерей! Ты представляешь? Трех! - без умолку продолжала щебетать кузина. - Как будто мы не знаем, что старшая уже два года как в монастырь Богини собралась, ведь никто не берет…

- Элизабет, - мягко перебила я. - Дай мне минутку.

Она обиженно захлопнула веер, но отстала.

Я двинулась сквозь толпу.

Стол с игрой стоял в самой дальней нише, укрытый от любопытных глаз тяжелой бархатной портьерой. Но щель оставалась - достаточно широкая, чтобы видеть лица.

Отец. Бледный, с капельками пота на висках. Напротив него - старичок. Экстравагантный. Дорогой камзол, расшитый серебром, но фасон - прошлый век. Седая коса, перетянутая черной лентой. В ухе массивная серьга с рубином, размером с мой ноготь. Он перекатывал кости в ладони с ленивой, кошачьей грацией.

Рядом с ним, чуть поодаль - дама. Ее пальцы обвивали бокал с вином, и я сразу поняла, почему она сидит в тени. Потому что пальцы были… неправильные. Слишком длинные. Слишком узловатые. С когтями, аккуратно подпиленными, но все равно не человеческими. Гарпия.

Я сглотнула и перевела взгляд дальше. И замерла.

ОН.

Его Темнейшество. Дэгир Этардар. Верховный демон.

Он стоял у колонны - расслабленно, почти лениво - и при этом занимал собой половину зала. Не фигурально. Буквально. Куда бы я ни посмотрела, взгляд цеплялся за него. Черный камзол с вышивкой серебром. Черные волосы, собранные в низкий хвост. Черная рубашка с серебристыми кружевными манжетами - единственное светлое пятно.

И лицо. Дьявольски красивое. Неправильное. То, от которого невозможно оторваться.

Я смотрела на него секунду. Две. Три. Он повернул голову. Наши взгляды встретились. И по коже побежали мурашки. Тысячи мелких иголочек, от затылка до пят. Кулон на груди дернулся словно живой.

- …семь, - сказал старичок с серьгой, выбрасывая кости.

Отец побледнел еще сильнее.

Я заставила себя оторвать взгляд от демона и шагнуть к столу.

- Папа.

Он вздрогнул. Поднял на меня глаза - растерянные, виноватые.

- Вивьен… ты здесь… Я думал, ты с гостями…

- Я с гостями. - Положила руку ему на плечо. - А ты играешь.

- Так, немного…

- Сколько?

Он промолчал. Старичок усмехнулся в усы.

- Ваш батюшка сегодня в ударе, мадемуазель, - промурлыкал он. - Очень щедром ударе.

Я сжала пальцы.

- Сколько? - повторила шепотом.

- Пятьсот, - еле слышно выдохнул отец.

У меня внутри что-то оборвалось. Пятьсот луидоров. Пятьсот. Это весь наш годовой доход. Плюс следующий. Плюс бабушкина брошь с драконьими камнями, которую он уже заложил сегодня утром. Я едва не ахнула, прозрев. Так вот зачем он созвал сюда все сливки дворянства. Надеялся сорвать куш – выиграть баснословную сумму, что покроет расходы и принесет прибыль. Подавила горестный вздох. Ох, отец!

- Папа…

- Я отыграюсь, - быстро заговорил он. - Мне просто не везло в начале, но теперь…

- Простите, - раздался низкий, тягучий голос, от которого мои фамильярчики присмирели, прекратив возню на моем плече.

Демон шагнул вперед. Всего один шаг - но пространство вокруг словно сжалось.

- Условия возврата долга, - сказал негромко, и в зале вдруг стало тише, - мы обсудим позже.

Старичок хмыкнул, но спорить не стал. Дама с когтями медленно отвела взгляд.

- Сейчас, - Дэгир Этардар посмотрел на отца, потом на меня, - самое время станцевать танец и посмотреть на слияние лун.

Это прозвучало как приказ. И отец - мой гордый, несгибаемый отец, всегда готовый поспорить даже с королем - просто кивнул.

- Конечно, Ваше Темнейшейство. Вы правы.

Я открыла рот, чтобы сказать что-то резкое. Очень резкое. Чтобы напомнить, что это наш дом, наш праздник, наши долги и вообще кто он такой, чтобы раздавать здесь приказы, прерывать мой разговор с папой и…

- Ах, милорд! - раздалось откуда-то справа, спасая мою репутацию от ярлыка скандалистки, истерички и вообще крайне дурно воспитанной дерзкой девицы, смеющей обрушивать шквал негодования на Его Темнейшейство.

К избежавшему скандала демону подплыла она. Певица. Я видела ее мельком, когда приехали артисты. Высокая, гибкая, с тяжелыми черными волосами и зелеными глазами, подведенными так густо, что казалось — она смотрит сквозь прищур. На ней было платье столь глубокого изумрудного цвета, что мое небесно-голубое рядом с ним выглядело как утреннее небо после дождя — бледно, размыто, жалко.

- Вы обещали мне этот танец, - пропела женщина, касаясь его рукава длинными, неидеальными пальцами – тоже гарпия. - Я уже заждалась.

- Клео, - сказал демон.

Всего одно слово. Но певица расцвела такой улыбкой, будто он признался ей в вечной любви и тут же, встав на колено, надел на ее птичий палец кольцо с бриллиантом-булыжником, чтобы эта птичка не смогла взлететь, а принялась, как порядочная курица, вить семейное гнездо.

Я отвернулась. И тут же пожалела — потому что наткнулась взглядом на Нельсона. Он стоял в двух шагах от Клео. И пялился на нее. Разинув рот, словно маленький мальчик, который впервые увидел взрослую красивую тетю.

- Нельсон, - прошипела я.

Да, мне было обидно. Хоть и статус жениха не ясен, это все же мой молодой человек, вроде как. А глазеет на гарпию так, словно я пустое место. Ревность крошечной иголкой кольнула в сердце. Впрочем, также ревновала бы старшего брата. А Нельсон… Это же ходячее недоразумение, что с него взять.

- А? Что? - он мотнул головой, пытаясь принять осмысленное выражение лица. Получалось плохо.

- Ты слюни пускаешь, - зловредно укорила его. - Прямиком в ее декольте до самого пупка!

- Я? Нет, что ты, тебе показалось, дорогая! - Торопливо вытер подбородок. - Я просто… задумался.

- О чем?

- О… погоде.

- Ну тогда хорошо. А то я ненароком подумала, что тебе эта гарпия приглянулась как женщина.

- Чегоооо? - голос парня дал петуха, моментально выдавая ложь. - Зачем она мне, Вив?

- Тогда объясни, милый, как ее декольте навело тебя на мысли о погоде? – невинно хлопая глазками, я включила женское коварство на максимальную мощность.

- Как?

- Да, как? – сложила руки на груди. Фамильярчики закружили вокруг.

- Нууу, - его глаза забегали. – Ее, э-э, эти… — нервно сглотнул, с опаской косясь на Пухлика, что завис перед его носом, сжимая лапки в кулачки. – Формы ее похожи на облака, вот! - нашелся жених. – Большие такие… облака. Дождевые, значит. Вот и подумал, что завтра осадки будут.

Выкрутился. Я подавилась смешком. Посмотрела на Клео. Потом на Нельсона. Потом снова на Клео. И мне даже жалко стало парня. Ну какой из него жених? Друг детства и все.

- Иди, - сказала устало. - Танцуй с ней, синоптик.

- Что? Правда? - Глаза у него загорелись.

- Нет, неправда. Я проверяла твою адекватность. Ты провалил проверку.

- Вивьен…

- Шучу. Иди уже.

Он ускакал, как нашкодивший щенок, которому вдруг разрешили погрызть хозяйские тапки. А я осталась стоять у колонны. Одна. В этом дурацком зале, среди чужих людей, с долгами отца за плечами и кулоном матери на груди.

Который снова стал теплым. Очень теплым.

- Мадемуазель Луувиль? - раздалось рядом.

Я вздрогнула. Демон стоял в полушаге от меня.

Я не слышала, как он подошел. Не чувствовала. Просто вдруг поняла, что он здесь, и воздух стал другим — плотнее, гуще, с привкусом грозы.