Командор. Том 2 (СИ) - Киров Никита - Страница 3

— Пятнадцать…

Все напряглись. Сейчас наступал самый важный момент.

— Десять метров!

— Пять…

Раздался глухой удар. Крепость вздрогнула, со стола штурмана упал карандаш, Флетчер вцепился в кресло сильнее.

— Опора три — контакт! — прокричал офицер связи то, что ему передала вышка.

— Крен на правый борт, компенсировать! — очень громко приказал старпом.

— Есть!

— Контакт опор один, два, четыре!

— Сбавить тягу!

— Есть!

Раздалось ещё несколько глухих ударов. Крепость покачнулась и начала оседать. Все ждали, что будет дальше. Касание было видно и на приборах и через наблюдательные пункты крепости, но дополнительно это всё страховали с земли.

— Все опоры — полный контакт, — доложил связист. — Крепость стоит на всех опорах, господин контр-адмирал.

— Все опоры в норме!

Извольский опустил перископ и посмотрел на приборы перед собой.

— Стоп машина, — отдал он приказ.

— Стоп машина! Прекратить подачу! — второй связист тут же схватил трубку. — Механики! Стоп машина!

Гул двигателей, к которому все привыкли, постепенно начал стихать. Бледный Флетчер устало выдохнул и вытер вспотевший лоб. Кеннет покачал головой. Он был впервые в рубке в этот момент, и сейчас выглядел счастливым человеком.

— Внимание экипажу, — старпом взял микрофон. — Посадка завершена. Отбой посадочной тревоги. Повторяю: отбой посадочной тревоги, — он посмотрел на часы. — Время: четырнадцать сорок семь.

Убрав микрофон, он начал делать запись в журнале. Операторы на помосте откинулись в креслах, начали разминать затёкшие пальцы. Связисты сели в свои кресла.

— Чисто сработали, — тихо сказал контр-адмирал Извольский.

Он с трудом встал с кресла, размялся. Затем посмотрел на остальных.

— Объявляю благодарность экипажу. Витя, — он посмотрел на помощника. — Будешь на земле, позвони секретарю Варга. Примут они меня сегодня или нет?

— Господин контр-адмирал, я уже просил вышку связаться с ними, — сказал тот. — Передали, что Варга сегодня не принимает, завтра принимает генерала Рэгварда, поэтому вас примет только через два дня.

Извольский поморщился.

— К императору попасть куда проще. Ладно, чего поделать. Здесь свои правила.

На этом у нас было всё. Наконец-то можно было ступить на твёрдую землю.

Служу империи, как я говорил. И для её спасения мне нужно действовать. В первую очередь — восстановить боеспособность десанта и подготовить всех к грядущему. Ведь много что может случиться.

Я спустился по трапу. Снаружи — полная темнота, хотя сейчас день.

Но Ограния, северная часть континента, на зиму погружается в полярную ночь, которая длится более полугода. Я к такому не привык, но много про это слышал.

Снег на самой базе расплавился, но по периметру его было полно. Кто-то из бойцов сделал снежок и со смехом кинул в соседа. Десант покидал крепость. Люди с облегчением и жадностью дышали свежим морозным воздухом, потому что несколько дней доступа к нему почти не было.

Но здесь возвышение, воздух чище, а вот заводы вдали капитально коптили небо. Там были видны сотни огромных подсвеченных труб, и из каждой шёл дым.

Это Нерская промышленная зона, главный производственный центр империи. Но большая его часть была в большом углублении, где и скапливался весь дым, так что неудивительно, что там ходили только в респираторах и противогазах.

Просто раньше здесь было озеро, которое было решено осушить, там и разместили новые заводы. Впрочем, база для обслуживания крепости была на возвышении, поэтому здесь нам повезло сильнее, мы могли вдохнуть полной грудью.

Так что не зря говорят, что в Огрании солнца нет полгода, а в Нерске — круглый год.

Десантники выстраивались передо мной повзводно. А не мёрзнут парни. На мне сейчас не шинель, а тёплый полушубок, но холод всё равно пронизывал до костей. А вот бойцам здесь будто было уютнее, чем там, на юге, особенно после тех сырых ночей в грязи во время городских боёв. Да и влажность здесь не такая высокая.

— Добро пожаловать домой, — объявил я. — Вольно.

Оба батальона разместят в казармах рядом с учебным центром к северу отсюда. Меня ждёт много бумажной работы — подписывать увольнительные, передавать раненых в госпитали. Тех заберут отсюда ещё севернее — там холоднее, но воздух значительно чище.

— Могу вас подвезти, командор, — сказал майор Варга. — За мной выслали машину.

— Не откажусь.

Штабист подошёл ко мне в расстёгнутом пальто и без шапки, будто совсем не мёрз. Но ведь эти Варга тоже из Климовых, на севере жили с древних времён.

— А ещё, командор… могу показать вам семейную гордость. Вы видели Аллею Титанов?

— Нет, но слышал о ней.

— Тогда тем более вам будет интересно это увидеть. Просто хотел обсудить один вопрос с вами, — в своём привычном вежливом тоне продолжал он.

— Слушаю, — так же вежливо сказал я.

— Я здесь, чтобы передать вам приглашение на ужин, — произнёс Варга.

— Здесь есть хорошие кафе?

— Есть, но на ужин приглашаю вас в свой дом. Мой дед о вас наслышан, и очень хочет познакомиться с вами.

— А ваш дед, — я задумался, — случаем, не тот человек, к которому так хотели попасть генерал Рэгвард и адмирал Извольский?

— Это он, — Варга кивнул. — Но сегодня он занят… потому что хочет увидеться с вами вечером, когда вы закончите свои дела.

— Со мной? — я удивился. — Он отказал им из-за меня?

— Да. Честно говоря, я не знаю причину, но мой дед — человек влиятельный и очень известный на севере, и просто так ничего не делает. Уверен, вам будет полезно с ним познакомиться.

— Ну раз так, давайте, — с удивлением сказал я.

Абсурдно огромные летающие крепости Юнитума — такое же бесполезное оружие, как их гигантские шагоходы в прошлом. У меня давно сложилось мнение, что конструкторы Риггеры знают о том, что имперские генералы не умеют воевать, вот и дают им пушки побольше, чтобы хоть как-то это компенсировать…

Дитрих Хардален — военный историк, генерал вооружённых сил империи Дискрем в отставке.

Генерал Дитрих Хардален за всю свою карьеру никогда не показывал носа из штаба и никогда не интересовался обстановкой на местах. Во время кампании на архипелаге он даже не поверил донесениям собственной разведки и очень удивился, когда наши летающие крепости вышли ему в тыл и открыли огонь…

Он до сих пор обвиняет в том поражении кого угодно, кроме себя…

Имперский генерал Конрад Рэгвард, командующий армией Юнитума

Поражение на архипелаге Меркато стало возможным вследствие неблагоприятных погодных условий и ошибочных политических решений, а также свою роль сыграла низкая выучка рядового состава, панические настроения командиров и откровенный саботаж моих приказов…

Дитрих Хардален — военный историк, генерал вооружённых сил империи Дискрем в отставке

За Станиславом Варга прислали очень дорогую машину. Это «Имперский орёл», очень длинная модель, с таким просторным салоном, что на этих кожаных диванах поместилась бы целая компания.

Причём у этой машины очень толстые двери и стёкла, она явно бронированная. Но этот транспорт не для войны, во время войны эта броня не проживёт и минуты. Зато здесь такая машина кричит о том, что владелец очень богат.

В «Орле» был свой водитель, но охраны никакой. Впрочем, зачем она здесь? Это глубокий север, и война с юга сюда просто не дошла. Город живёт своей жизнью мирного времени, а эти заводы работают всегда. Но всё равно было непривычно. Ещё несколько дней назад выстрелить могли из любого окна, а сейчас мы в месте, где люди ходят, не боясь засады.

Из необычного на машине — на капоте был закреплён флажок. На чёрном поле изображено жёлтое копьё, объятое огнём. Это герб Огрании и герб бывшего Великого Дома Варга, который потомкам разрешалось использовать до сих пор.