Красный Ангел (ЛП) - Харпер Хелен - Страница 16

Несколько камер вспыхивают ярким светом. Мы с Майклом входим в ресторан, не сказав больше ни слова.

— Как ты думаешь, это сработало? — спрашиваю я его вполголоса.

— Судя по денежным знакам, которые я видел в глазах каждого чёртова фотографа, я бы так и сказал, — ворчит он. В его голосе слышится раздражение.

Нас подводят к столику, расположенному на видном месте перед окном. Каждый посетитель заведения наблюдает, как мы занимаем свои места. Кимчи, в кои-то веки ведя себя прилично, устраивается у моих ног.

— Мисс Блэкмен? — появляется хорошо одетая женщина. — Я Дебора, менеджер La Maison. Я очень рада, что вы решили присоединиться к нам сегодня вечером, — она бросает взгляд на Кимчи. Понятно, что она хочет добавить, но слишком нервничает, чтобы произнести это вслух. — Лорд Монсеррат, — бормочет она. — Само собой, приятно снова видеть вас здесь, с нами. Если я могу что-то сделать, чтобы сделать ваш вечер более приятным, пожалуйста, дайте мне знать.

Она ускользает. Я удивлённо поднимаю брови.

— Ты часто сюда приходишь? С девушками?

— Несколько раз. Обычно я тот, кого приветствуют первым, — шутит Майкл. — Быть рядом с тобой будет полезно для моего самолюбия.

— Это хорошая идея? — напряжённо спрашиваю я. — Прийти туда, где тебя уже видели с другими женщинами?

На его губах играет едва заметная улыбка.

— Ты ведь не ревнуешь, правда?

— Нет, — огрызаюсь я. — Это понарошку, помнишь?

— Так к чему ты клонишь?

— Если ты хочешь, чтобы люди поверили, что наши… отношения особенные, тогда нам нужно отправиться в какое-нибудь новое место. А не туда, куда ты повёл бы любую старую пассию.

— Бо, — убеждённо говорит он, — наши отношения совершенно особенные.

Мгновение спустя раздаётся ещё одна вспышка фотоаппарата, заставляющая меня моргнуть и отвести взгляд.

— Хорошая работа, — бормочу я. — По крайней мере, на этой фотографии будет казаться, что мы смотрели друг другу в глаза.

Его голос становится тихим.

— Так и было.

От необходимости что-либо говорить меня спасает официант, который любезно предлагает нам бутылку вина — «комплимент от управляющего». Я любезно принимаю и делаю глоток. Трудно не поморщиться от его терпкости.

— Ты можешь отослать его обратно, если тебе не понравится, — говорит Майкл, забавляясь.

— Я уверена, что оно вкусное. Просто я обычно не пью вино, — я промокаю рот салфеткой, чтобы скрыть отвращение.

— У нас в особняке есть несколько хороших винтажных бутылок. У меня дома есть ещё лучше. Я уверен, что смогу найти то, что тебе понравится.

Я делаю глубокий вдох.

— Буду ждать с нетерпением.

Майкл поднимает свой бокал и чокается с моим.

На стол падает тень.

— За что мы пьём?

Мы с Майклом оба поднимаем глаза на непрошеное вмешательство.

— Чего ты хочешь, Медичи?

— Насколько я помню, я всё ещё Лорд.

— Не мой, — выплевываю я.

Кимчи, почувствовав мою неприязнь, вскакивает на ноги, заметно ощетинившись. Несколько человек за соседними столиками отшатываются, и снаружи раздаётся новый шквал вспышек фотоаппаратов.

— Ну-ну, мисс Блэкмен, не стоит грубить. Хотя, возможно, это из-за того, что вы любимица прессы, — холодные глаза Медичи насмешливо смотрят на меня. — Это ненадолго, вы же знаете. Чем больше они любят вас сейчас, тем больше будут ненавидеть позже, когда всё пойдёт наперекосяк. А всё пойдёт наперекосяк. Вы слишком безрассудны, чтобы долго оставаться на верном пути.

— Вы ничего обо мне не знаете.

— Я знаю достаточно, — он пододвигает свободный стул и садится рядом с нами.

— Лорд Медичи, — произносит Майкл, и в его голосе отчётливо слышен яд, — это частный ужин. Если вы хотите поговорить с кем-либо из нас, пожалуйста, назначьте встречу на более поздний срок.

Медичи, похоже, слишком доволен собой, чтобы уйти. Я хватаю Кимчи за ошейник и отвожу его на другой конец стола, чтобы он был подальше от вампирского Лорда. Последнее, что мне нужно — это чтобы он кусался на глазах у всех этих людей. Медичи начал бы кричать о законе «Об опасных собаках» прежде, чем я успела бы что-либо предпринять.

— Ну же, ну же, — растягивает он слова. — Мы ведь теперь все друзья, не так ли? Особенно теперь, когда в «Новый Порядок» вошли все наши представители.

Я забываю дышать. Он признаёт, что отправил Далию к нам?

— Вы запели по-другому, — вмешивается Майкл.

Медичи протягивает руку к месту Майкла и берёт его салфетку, аккуратно разворачивает её и заправляет за воротник, чтобы получился слюнявчик.

— У меня не было особого выбора. Чёртова недолетка сбежала, чтобы присоединиться к вам, не так ли? Я должен был догадаться, что вербовать её было плохой идеей.

— Вы её не вербовали, — говорю я сквозь стиснутые зубы. — Вы заставили её.

Он поднимает голову, словно пытаясь вспомнить.

— Ах да. Я совсем забыл об этом, — он одаривает меня, как ему кажется, очаровательной улыбкой. — Ну что ж.

— Её бегство плохо отражается на вас. Почему вы не попытались вернуть её?

Взгляд Медичи снова становится неприятным.

— Я сделаю это. Просто жду подходящего момента.

Мои глаза сужаются. Либо он хочет заставить Далию вернуться в лоно Семьи Медичи в тот момент, когда это причинит Арзо наибольшую боль, либо всё это блеф, чтобы заставить нас думать, будто она больше не работает на него. Внутри меня поднимается комок раздражённого гнева. Он знает, на какую кнопку нажать, чтобы вывести меня из себя. Единственный способ победить — сохранять спокойствие и играть с ним в его же игру.

Я легонько пинаю Майкла под столом, чтобы предупредить его, насколько это возможно. Его глаза встречаются с моими, как будто он боится того, что я могу сделать. Ему действительно не стоило так сильно волноваться.

Я подзываю официанта и показываю, что ему следует сервировать ещё одно место для Медичи. Он подбегает, а я осторожно извлекаю из волос разработанный для Монсеррат цветок, и передаю его ему.

— Вот, — говорю я. — Разве не красиво? Вам стоит носить его на лацкане пиджака. Он будет великолепно смотреться на фоне красного цвета Медичи.

Единственный намёк на то, что мои действия повлияли на него — это то, как он слегка поджал губы.

— Я бы не посмел, — возражает он. — Он так идёт к вашим волосам.

— О, но я настаиваю. В конце концов, — улыбаюсь я, — теперь мы все друзья.

У него не остаётся выбора, и он берёт у меня маленький цветок, зажав его между большим и указательным пальцами, как будто боится, что тот его укусит. Он продевает его в петлицу и заставляет себя улыбнуться. Я скрещиваю пальцы, радуясь, когда очередной уличный папарацци делает снимок. Это будет хорошо смотреться в утренних газетах — Медичи в цветах Монсеррат.

К несчастью для меня, Медичи тоже не закончил играть. Он перегибается через стол и берёт мои руки в свои. Ради приличия я сдерживаюсь, чтобы не отшатнуться, хотя его прикосновение заставляет меня вздрогнуть. Я вспоминаю про белый камешек в моём клатче, лежащем на столе. Я мысленно представляю его, пока Медичи совершает свой ход, крепко прижимаясь губами к моим губам. Раздаются восторженные крики и возникает эффект стробоскопа, когда срабатывает ещё больше камер.

Я вырываюсь, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не дать ему пощёчину или не сломать его скользкую шею. Тело Майкла напрягается, кулаки сжаты. Он начинает подниматься из-за стола, и я понимаю, что он вот-вот ударит Медичи по лицу. Это будет настоящий пиар-кошмар. Я поспешно встаю и встреваю между ними.

— Это вино ударило мне в голову, — громко восклицаю я. — Я действительно неважно себя чувствую. Майкл, дорогой, отвези меня домой, хорошо?

Я вижу, что мои слова остаются без внимания. Я знаю, каково это, когда тебя переполняет жгучая ярость; в последний раз, когда она почти захлестнула меня, Майкл спас меня от края пропасти. Пришло время мне отплатить тем же. Я обвиваю рукой его шею и приподнимаюсь на цыпочки, чтобы крепко поцеловать его. Он отвечает не сразу, но я не сдаюсь. Через несколько секунд я чувствую, как его тело расслабляется рядом с моим. Его руки опускаются на мою талию, и он углубляет поцелуй. У него вкус не только вина, но и чего-то более глубокого и мужского.