В активном поиске (СИ) - Коэн Даша - Страница 37

А она и не сопротивлялась, лишь шептала мне бесконечно:

— Только не здесь, Саша, только не здесь...

Конечно, не здесь.

Что я конченный, что ли, и до дома не дотерплю? С прошлых выходных же как-то бегаю с колокольным звоном в штанах — и ничего, живой.

Но это я так тогда думал, когда жрал рот Вики и жадно лапал под офисной юбкой ее зачетную задницу. Мял ее, подныривал под кружевное нижнее белье и рычал, чувствуя жар между стройных ног. Перся на полную катушку, пару раз врезавшись в нее пахом и почти словив сердечный приступ от похоти.

Бедное мое сердце, кажется, что оно таких перегрузов с подростковых эмоциональных качелей не испытывало. А я ему тут устроил «back to school».

— Где там твой кружок по макраме находится? — еле ворочающимся языком спросил я.

— По йоге. Но я ничего еще не решила, — пытаясь одернуть юбку и краснея, словно маков цвет, пролопотала Крынская, пока я нагло оттянул ее блузку на себя и быстро облизал глазами ее девочек в белоснежном кружевном бюстгальтере.

О, какой восторг! Просто — ням!

— Где Вика? — задавил я ее интонациями, но она только выше вздернула голову и смерила меня убийственным взглядом, а мне и не жалко повоевать. Я зажал ее лицо своей ладонью и слегка надавил, пока ее рот чуть соблазнительно не приоткрылся.

Такая блядская буква «О», что меня повело капитально. Кровь зашарашила по мозгам, как сумасшедшая: бах, бах, бах! И я прям увидел, как вставляю ей по самые яйца меж этих обалденных губ.

Ебать!

Крышу сносит напрочь!

— Выбирай: или ты даешь мне адрес, или я прямо здесь и сейчас даю тебе в рот.

Вот же черт, я ебнулся, не иначе! Она же меня пошлет на кол к Бабе-Яге в дремучий лес, но Вика и тут меня шокировала до звона в ушах: облизнулась неспешно и с совершенно пьяным взглядом, произнесла томно название улицы и номер дома.

А я уже и не рад, что нафантазировал себе все это порнографическое продолжение в своей больной и лысой башке. Ну реально, чем я думал?

Чем? Чем? Хуем, Вельцин!

Вздыхаю расстроенно, но врубать заднюю уже некрасиво. Мужик я или где?

— Во сколько заканчиваешь? — спросил, а сам голос свой не узнал, так там все было изувечено страстью.

— Через два часа, — отвела Вика глаза и чуть меня оттолкнула, начиная поспешно приводить себя в порядок, пока я стоял и уговаривал себя не заваливать ее прямо в этом кабинете, где за тонированной стеклянной стеной кишмя кишел огромный опенспейс. Но так хотелось наплевать на обещания!

— Ок, — прохрипел я, отвернулся и практически позорно сбежал из ее кабинета, на ходу скидывая с плеч пиджак и прикрывая свой член, который не просто стоял сейчас по стойке смирно, изображая стальной кол, а еще и дергался, как припадочный и разве что не орал в голос «дай, дай, дай!».

Вот это баба!

Но все же из этого логова змеи я выходил, хоть и подорванный местами, но еще живой. Улыбался что-то в никуда, а сам уже в уме отсчитывал минуты до того мгновения, как смогу к этой заразе свои руки протянуть на полную катушку. А там уж, помоги ей Боже, я заезжу ее до полнейшего безобразия.

А уже в лифте я не отказал себе в удовольствии в предвкушении потереть ладони, облизнуться и улыбнуться, радостный до невменоза, что дело выгорело и теперь у меня под боком будет она — моя персональная Клубника.

Ну кайф же!

За два часа, пока ждал Вику, успел намутить дома романтическую обстановку, хотя она у меня заранее была почти вся готова, ибо я знал, что дело на мази. Мне, разумеется, все эта ванильная туфта, что шла что ехала, но женщине всегда приятно, чтобы обычный трах пренепременно был подан под соусом из заботы и внимания: свечи, цветы, дорогое вино и тихая музыка на фоне завораживающего вида из панорамных окон. Это я плевал на то, где ей засаживать. А Вике было важно, чтобы помимо оргазма она словила еще и эстетический восторг, с пометкой «зачет — не просто отодрал, но еще и заморочился».

Ну а что, мне жалко, что ли? Нет, конечно, я вообще по натуре добрый самаритянин. Ну, или почти. А тут для понравившейся женщины гореть ни разу не жалко.

Но стоило только стрелкам часов замереть на той отметке, где Вика-клубника должна была выйти из своего спортивного клуба, как фляга моя многострадальная засвистела не по-детски. А уж когда я ее увидел, выходящую из здания: всю такую тоненькую, маленькую, без макияжа и чуть прибитую от усталости — так все, вообще накрыло.

Вышел к ней, затолкал беспардонно в салон своей тачки, сам за руль прыгнул и погнал, не разбирая дороги. Какой там ужин при свечах, какой романтик, какая на хрен ваниль — в жопу все. Мне бы ее быстрее раздеть и присвоить, а там хоть трава не расти.

А она еще что-то бурчит несогласно, артачится, но тем самым еще больше в мою внутреннюю печь дровишек подкидывает.

— Саша, можно мне домой, а? Я устала как собака.

— Вик, не нагнетай, — отмахнулся я. — Сегодня не получится никак соскочить. Я неделю тебя ждал.

— Саш...

А я только еще сильнее педаль газа в пол притопил и каким-то немыслимым образом долетел до дома за рекордные двадцать минут. Зарулил на парковку, встал на свое место и тут же к ней потянулся. Без задней мысли, просто чтобы ее взбодрить и себя чуть потушить.

Потушил, блядь!

Лишь язык в ее сладкий ротик сунул, и все — поминай как звали. Только и помню, как закинул субтильное тельце Вики на заднее сидение, как поспешно вытряхнул ее из спортивных штанов и хрипло спросил:

— Ты предохраняешься?

— Да.

— Заебись! — я чуть не прослезился от счастья, а в следующее мгновение залетел в нее на всю длину и чуть не сдох, отвечаю. Ибо там уже было горячо и влажно. Так, как надо! И только для меня...

Я словил какой-то нереальный всплеск кайфа! Целовал ее, обнимал, тискал, гладил, доводил до исступления и сам от этого отлетал в соседнюю галактику ничуть не меньше, чем сама Крынская. Но как же она стонала! Так тихо, будто бы пыталась глушить эти свои порывы. А еще протяжно, отчаянно хватаясь за меня, пока я яростно вколачивался в ее глубину.

А потом она кончила. И покуда ее било в конвульсиях наслаждения на моем члене, я сам замер над ней и вглядывался в ее образ, отчего-то не в силах оторваться. Когда же она затихла, я крутанул и поднял ее на сидении, а затем приставил ее грудью к спинке и быстро догнался, прикусив ее за плечо.

Улетел.

Порвало.

Убило.

Спустя, кажется, вечность, пришел в себя, а потом обалдело уставился на спящую Крынскую, прямо так, пока я еще был в ней и обнимал до боли в суставах.

— Вик? — позвал тихонько, но она даже не шелохнулась.

Заездил, что ли? Ну нет...так быстро?

Я протестую!!!

Но все же осторожно перевернул ее, без белья натянул на нее спортивки и только тогда оделся сам. Вытащил из салона максимально аккуратно и практически на буксире потащил Вику к себе.

Надо ли говорить, что ужин остался мимо кассы? Да, точно так же, как и цветы, свечи и долбанный панорамный вид из окон. Никому он не сдался, тем более этой женщине, которая предпочитала смело брать от жизни все, а не гордо дуть губу, между тем мечтая о сладком.

Именно поэтому, наверное, я на нее и клюнул, как глупый карась на червя.

Короче, все осталось побоку. А я, дотащив Вику до своей спальни, раздел ее мало что соображающее тело, разделся сам и лег рядом, укрывая нас обоих пуховым одеялом.

Да так и отрубился до самого утра.

А там уж, даже еще не разомкнув веки, потянулся к теплому и такому желанному телу и понял, что конкретно это утро начнется не с кофе. И не получил отказа. Да, офигенно просто. Тепло, хорошо, сыто.

И мозг никто ебать не станет по поводу и без. Зачетное приобретение.

Пятерку мне!

Снежа

За пару дней в отеле я совершенно освоилась и вообще, если уж положить руку на сердце, не хотела думать о предстоящей работе, так мне понравилось праздно проводить время.