Настя, остановись! (СИ) - Зырянова Ирина - Страница 3

— Я наг, — сипло прошипел гад, щуря на меня свои пугающие зеньки. — Укусив тебя, я впустил в твою кровь свой яд. Вскоре ты испытаешь такое жгучее желание, что тебе уже будет всё равно, перед кем разводить свои прекрасные ножки, чтобы унять тот жар, что будет разъедать тебя изнутри. И, только испытав высшее наслаждение, которое может дать тебе только мужчина, ты угасишь это пламя, — буквально выплюнул он.

— Э-э!!! — возмутилась я, — ядом то не особо прыскай, чай не моя свекровь! — поморщилась не то от омерзения, не то от боли в шее, лавой расплывающейся по организму от места укуса. Словно заглянув в себя, увидела, как яд, золотой волной заполнив кровяную систему, принялся омывать вредоносной волной один орган за другим, стремительно убивая меня с особой жестокостью. От невыносимой боли всё тело скрутило спазмом, вынуждая сложиться вдвое. И, если бы не сильные руки моих похитителей, я бы так и рухнула коленками на асфальт. От боли хотелось орать в горло. Но я и пикнуть не могла от шока, сковавшего горло. Лишь слёзы, скользившие по щекам, оставляя горючие следы, раздражающие кожу, могли поведать моим мучителям о той нестерпимой боли, что я испытывала по их вине. Где-то на гране предобморочного состояния, пытаясь проморгаться от звёздочек, что плясали перед глазами на фоне расплывающейся наглой физиономии брюнета. Подметила, что когда Рик начинал злиться, его речь окрашивалась шипящими нотками: укусссив, иссспытаешшшь, угасссишшшь.

«Реально, змей ползучий», — промелькнуло в голове, прежде чем я начала оседать, проваливаясь в темноту.

— ТЫ С УМА СОШЁЛ!? — взревел Бен. — Ты же убил её!

— Сам не знаю, что на меня нашло, — подавленно ответил Рик, всё пытаясь отдышаться.

— Может мы действительно ошиблись? — запоздало изрёк блондин, чей голос уплыл в неизведанную даль.

— Нет, — произнёс Рик, — Вы же тоже это почувствовали…

Очнулась на постели с чрезвычайно жёстким матрасом, от которого спина нещадно ныла.

«Чувствую, значит ещё жива!» — попыталась приободрить себя. Вспомнив про укус, тут же провела пальцами по месту укуса, но никаких следов повреждённой кожи не обнаружила. На секунду решила, что всё мне просто приснилось. Но, логика, тут же засыпала вопросами: «Что ты тогда здесь делаешь?» А, «здесь», это где?

Огляделась и тут же ужаснулась, осознав, что мало того, что похищена, так и вообще, нахожусь не в своём мире, о чём свидетельствовала летающая в небе живность в виде ангелов и драконов, один из которых, коснувшись лапами перил балкона, тут же перевоплотился в прекрасного принца. Оскалившись белозубой улыбкой, он гордой поступью направился ко мне.

— Очнулась! — заявил капитан очевидность.

— Где я, и кто Вы? — прохрипела, словно после ночи в караоке.

— Встань и поклонись. Перед тобой человечка сам Дархан Великолепный — правитель королевства Арагон, — произнёс он с угрожающим пафосом. Не знаю, как вас, меня так проняло до мандража.

— А-Анастасия Задорнова. Д-для своих, просто Настя, — добавила я, заикаясь, даже не пытаясь встать. Под властным, давящим взглядом янтарный глаз, даже дышалось через раз. Что уж говорить о движении своими конечностями.

ОЩУТИ СЕБЯ БАНДАР-ЛОГОМ ПЕРЕД КАА.

— Анастейша! Это имя больше подходит моему народу, — выдал безапелляционно дон дракон после минутной паузы.

ВОТ ЗРЯ ТЫ ТАК, ЧЕШУЙЧАТЫЙ!!! НЕ ЛЮБЛЮ, КОГДА НАГЛО ВРЫВАЮТСЯ В МОЁ ЛИЧНОЕ ПРОСТРАНСТВО. ОСОБЕННО, КОГДА КОВЕРКАЮТ МОЁ ДОБРОЕ ИМЯ!

Услышав «пожелание» дракона, словно получила леща от своей сильной половины человеческой сущности, что помогло скинуть оцепенение страха. Возможно, даже наведённое, словно под гипнозом. Я, то, так, дама не из робкого десятка. Могла «соседу» сковородой и под зад дать, когда начинал буянить. А, тут какой-то хмырь чешуйчатый.

«Да, кто ты такой, чтобы указывать, как нам себя величать!?» — уже бесновалась моя валькирия, желая оттаскать ящера за хвост.

— Фу! Звучит так, словно я шлюха! — высказала своё мнение на этот счёт, на минуту потеряв страх. Ну, а что мне ровно сидеть на попе, в то время, как моё имя нагло коверкают.

— Так и есть, — констатировал он моё текущее положение, не поведя и бровью.

«Меня, что, продали в рабство?!», — ужаснулась я, от досады прикусив внутреннюю сторону щеки, натягивая одеяло до подбородка. Даже моя валькирия потеряла дар речи. Словно находясь в защитном коконе из одеяла, вновь решаюсь подать голос:

— Для чего я Вам? У меня ничего нет. Даже кредитной истории. Мои родители, давно на пенсии и не смогут дать за меня выкуп.

— Мне не нужны деньги твоих родителей, — усмехнулся он зловеще. — Я не собираюсь возвращать тебя в тот мир, о котором тебе лучше забыть. Ты призвана в этот мир, чтобы стать матерью моих детей. В идеале, дочерей.

— В моём мире дети рождаются от взаимной любви и по обоюдному согласию обоих родителей! — выдала я идеалистическую картину своего мира, — пытаясь унять нервную дрожь.

— Любовь здесь больше не живёт, — прилетело мне в ответ, словно Влада Сташевского услышала. Мы прокляты богами.

— Ну, так и разбирались бы со своими богами. Я то, тут причём?! Хотя, уверена, что и боги тут не пределах. Всё от людей зависит. Ну, или, кто вы тут?

— Ты, кажется, до сих пор не поняла, где находишься, чужестранка, — порыкивая, приблизился ко мне дракон, опасно сократив между нами расстояние. — Ты уже не в своём техногенном мире, которым правят машины. Ты на Мирте, где правит магия. Где правлю Я!

— Боги этого мира наделили тебя великим даром. В тебе столько магии, что твоя человеческая оболочка способна выносить сильное дитя любой расы, населяющей нашу планету. Узнай о тебе императоры других рас, неминуемо пошли бы на меня войной. Поэтому советую смириться с тем, что всю свою жизнь ты проведёшь в стенах этого замка. И, только от твоего благоразумия зависит, что станет твоей клеткой: эти прекрасные апартаменты, — обвёл он взглядом комнату, — или сырые казематы, из которых ещё никому не удавалось вернуться живым.

— Я так понимаю, свадьбы не будет? — усмехнулась, пытаясь отсрочить подступающую панику. Даже не знаю, откуда черпала я свою храбрость, будучи загнанной в угол.

— Свадьба, с простолюдинкой!? — заржал этот конь так, что штукатурка с потолка посыпалась. — Не обольщайся своим положением. Не припомню, чтобы кто-нибудь, когда-нибудь брал в жёны попаданку. В моём гареме хватает знатных особ, с которыми я могу заключить политически выгодный брак.

— Тогда в чём проблема!? Пусть они тебе детей и рожают. Иначе, зачем на них тратиться, — рявкнула на него на его же волне.

— Не ори дура! Не испытывай мои нервы на прочность! Перед тобой повелитель этих земель! — театрально он откинул длинные полы своего зелёного халата отороченного золотым витиеватым кружевом. — Я терплю твою дерзость, девчонка, только потому, что не желаю, чтобы мои дети родились в сырых подвалах дворца. И, не факт, что здоровыми. Там, всё-таки, условия не для хрупкой человечки, а тем более, для моего потомства.

А, что до моих наложниц… Они пустышки со слабым магическим резервом, признающие лишь роскошную жизнь, что я им даю.

— Правильно, ли я Вас понимаю, — подбоченилась я, отбросив одеяло, начиная выходить из себя, несмотря на испытуемый страх, — что на содержание «пустышек», как Вы изволили выразиться, средств не жалеете, а мать своих детей намерены держать в чёрном теле, и желательно на цепи?

— Да что ты себе позволяешь, чернавка!? — взревел дракон.

— Это я-то позволяю?! — вскочила на ноги, встав на кровать в полный рост. — Это Вы что себе позволяете?! Выкрали меня из моего мира, озвучили перспективу рабыни-инкубатора, которую собираетесь брать силой, вынуждая непрестанно рожать, пока не сдохну. И, думаете, что я буду молчать?! Не буду я молчать, раз мне всё равно терять нечего! — запустила в царька подушку. Тот, оторопело взглянув на меня, разорвал летящий в него снаряд на две части, отбросив их в разные стороны. Вихри белоснежного пуха, заполонившего пространство комнаты, вынудили меня расчихаться. Зайдясь чихом, сама не заметила, как сместилась к краю ложа, и если бы не дракон, поймавший меня, я бы рухнула на пол. Стоило ему взвалить себе на руки пятидесяти шести килограммовую ношу, как он запыхтел, словно паровоз.