Идеальный мир для Химеролога 8 (СИ) - Альтергот Марк - Страница 6

— Хозяин… А это может сработать! Униженные и оскорблённые — самый лучший материал для вербовки! У них мотивация бешеная!

— Вот именно. Нам нужны самые слабые и забитые. Те, кто потерял надежду. Мы дадим им прокачку. Сделаем их незаметными, быстрыми, неуловимыми шпионами…

— А кого брать-то? — спросил Кеша. — Конкретно?

Я задумался. Кто может проникнуть везде? Кто летает, но кого не принимают всерьёз?

— А может, колибри? — ляпнул Андрей.

Все посмотрели на него.

— А что? — смутился он. — Они маленькие, быстрые…

— Колибри в Диких Землях⁈ — Кеша захохотал. — Ну ты, парень, и сморозил! Да их там ветром сдует! Или комары сожрут!

Я поднял руку.

— А ведь отличная идея.

Смех Кеши оборвался.

— Хозяин, ты серьёзно?

— Абсолютно. Колибри никто не воспринимает как угрозу. Они слишком мелкие, чтобы быть едой для крупных хищников. Они быстрые. И их много, — я начал расхаживать по кабинету, развивая мысль. — Мы их модифицируем. Укрепим скелет углеродом. Замедлим метаболизм, чтобы они могли летать сутками без отдыха. Вживим в глаза кристаллы для панорамного зрения. Сделаем их перья мимикрирующими под окружение.

— Живые дроны… — прошептал Роман.

— Типа того! — кивнул я, мгновенно вспомнив Феликса Бездушного. — Рой живых, разумных, невидимых «дронов». Они проникнут в каждую щель. Зависнут над лагерем врага под видом крупных насекомых. Сядут на ветку рядом с совещанием главарей… — я повернулся к Кеше. — Твоя задача — найти их и объяснить перспективы. Скажи, что они станут королями воздуха. Что больше ни одна оса не посмеет на них жужжать.

Кеша, уже полностью захваченный идеей, отдал честь.

— Будет сделано, хозяин! Я им такое наобещаю… Они у меня в очередь выстроятся!

— Только не перегибай, — предупредил я. — Обещай только то, что я смогу выполнить.

— Обижаешь, Хозяин! Кеша дипломат, а не воздухан!

Я посмотрел на свою команду.

— Ну что, за работу? Готовим лабораторию к массовому апгрейду пернатых. Нам понадобится много кальция, энергии и… наверное, сладкого сиропа. Они же любят сладкое?

— Любят, — подтвердила Катерина.

— Значит, закупите сироп. Будем вербовать армию вкусняшками и могуществом.

Выспался я просто превосходно. Спал глубоко, без сновидений и, что самое главное, без экстренных пробуждений от сирен или воплей.

Открыл глаза, потянулся и почувствовал себя человеком, способным свернуть горы. Ну или, как минимум, создать пару-тройку новых химер до обеда.

Организм полностью восстановился. Энергетические каналы аж гудели от переполненности, мышцы налились силой. Я был готов творить.

— Вик, с добрым утром! — просунулась в дверь голова Валерии. — Гости приехали, машина Новиковых.

Я глянул на часы. Рановато ещё, но для Агнессы это нормально. Видимо, приехала обсудить детали нашего нового «героического» статуса или привезла очередной чек.

— Пусть заходит, — лениво махнул я рукой, вставая с кровати. — Кофе только организуй, будь другом.

Через минуту дверь кабинета открылась. Я уже нацепил свою дежурную улыбку «доброго доктора», готовый приветствовать графиню, но улыбка застыла на губах. В кабинет вошёл невысокий мальчик с серьёзными, не по-детски взрослыми глазами.

Михаил Новиков.

Рядом с ним, с трудом протискиваясь в проём, пролез Багратион. Огромный тигр явно от чего-то тревожился, его хвост нервно бил по бокам.

Агнессы с ними не было.

Моё благодушное настроение мгновенно исчезло. Если вместо главы рода приезжает наследник, да ещё и с личным телохранителем, значит, случилось что-то из ряда вон выходящее.

— Э-м-м… Привет, присаживайся, — кивнул я на кресло напротив.

Миша сел — спина прямая, руки на коленях. Он больше не выглядел тем болезненным ребёнком, которого я лечил. Передо мной сидел маленький мужчина, на плечи которого рухнула ответственность размером с небоскрёб.

Я перевёл взгляд на шкаф, где всё ещё дремал Кеша.

— Эй, пернатый, хорош дрыхнуть, — я скомкал пустой лист бумаги и запустил в попугая. — Ты же докладывал, что операция прошла успешно. Что наша дорогая Агнесса Павловна на коне, все враги повержены, а народ ликует…

Попугай свалился со своей жёрдочки, встрепенулся и посмотрел на меня выпученными глазками.

— Что⁈ А, ну да! Так и было! Графиня вышла, дала интервью, все хлопали! Рейтинг до небес! Я сам видел! Клянусь своим роскошным хвостом!

— Тогда где она? — я кивнул на пустой стул рядом с Мишей.

Кеша растерянно моргнул, переминаясь с лапы на лапу.

— Ну… может, в салоне красоты? Или на приёме у Императора?

Я повернулся к мальчику.

— Рассказывай, что случилось.

Миша глубоко вздохнул.

— Агнессы нет, Виктор. Сегодня утром её забрала Тайная Канцелярия. Приехали с ордером, официально — для дачи показаний по делу о террористической ячейке. Неофициально… они её закрыли.

Я откинулся в кресле, барабаня пальцами по столу. Тайная Канцелярия… Это уже серьёзно. Это не бандитские разборки, тут грубой силой не решишь.

— И что говорят?

— Говорят, что у них появились вопросы. Слишком уж удачно она оказывается в нужных местах. Слишком быстро реагирует. Слишком эффективно решает проблемы, которые не могут решить государственные службы. Они подозревают её в организации этих самых терактов ради пиара. Или в связях с подпольем.

Я хмыкнул. Логично, конечно. Мы перестарались… Я перестарался. Хотел сделать из неё героя, а сделал мишень. Слишком яркий взлёт всегда вызывает подозрения у тех, кто привык ползать.

— Понятно, — протянул я. — Перегнули палку. Мой косяк, признаю.

Миша посмотрел на меня в упор.

— Я не знаю, кому верить, Виктор… Вокруг одни вруны и предатели. Советники шепчутся по углам, управляющие делят активы… Но Агнесса перед отъездом успела сказать мне только одно: «Если будет совсем плохо, иди к Виктору. Ему можно верить». И Багратион тебе доверяет.

Тигр, услышав своё имя, подошёл ко мне и ткнулся головой. Я почесал его за ухом. В моём присутствии зверь немного успокоился, но я всё равно чувствовал исходящую от него волну тревоги за хозяйку.

— Она права, — сказал я. — Мне можно верить. Продолжай.

— Всё плохо, — Миша держался молодцом, без детских истерик. — Они уже выходили на связь. Не Канцелярия, а другие… Наши враги… Они знают, что Агни в застенках. И знают, что я теперь, по уставу, временный глава рода с правом подписи, — он достал из кармана сложенный листок бумаги. — Мне передали условия. Если я хочу увидеть сестру живой и на свободе, я должен подписать отказ от всех активов. Заводы, земли, патенты, лаборатории… Они просят отдать всё, что у нас есть. Хотят полностью уничтожить наш род. Оставить только фамилию и дом.

Я взял листок. В принципе, стандартный шантаж, только уровень ставок запредельный.

— И ты, конечно, отказался?

— Конечно. Я понимаю, что это ничего не изменит. Если я подпишу, они всё равно её не выпустят. Или выпустят, но… сломанной. А род уничтожат. Отец учил: с террористами переговоров не ведут.

Я внимательно посмотрел на него.

— Отец учил… Миша, послушай… Насчёт родителей…

Мальчик поднял руку, останавливая меня.

— Виктор, давай не будем об этом. Я всё знаю.

— Знаешь? Что именно?

— Что они погибли. Давно знаю, с того самого дня, — он посмотрел в окно, и в его глазах я увидел такую взрослую, застарелую боль, что мне стало не по себе. — Агнесса думает, что я маленький, что не вынесу. Она придумывает сказки про длительные командировки, про секретные миссии… Пишет письма от их имени. А я ей подыгрываю, потому что ей так легче. Она держится, потому что думает, что защищает меня от правды. Если я скажу, что знаю… она расстроится.

Я смотрел на этого пацана и чувствовал, как внутри меня растёт уважение. Ни хрена себе «малый». Пока сестра играла в железную леди, он играл роль беззаботного ребёнка, чтобы дать ей силы жить. Это требовало мужества побольше, чем у многих взрослых мужиков.