Мир жизни и смерти 10 - Пуничев Павел - Страница 4

Впрочем, капитан быстро перестал меня рассматривать, отдал какой-то приказ старпому, небрежно махнув рукой. Я уж приготовился к тому, что тот попытается меня выкинуть, как и остальных переговорщиков, но был приятно удивлён:

— Идём, я покажу тебе ваши каюты, — прогудел старпом низким басом,- и у вас есть две минуты чтобы загрузиться на борт, через три мы отчаливаем.

— С каютами потом разберёмся, сейчас нам загрузиться нужно, все остальное по ходу дела.

Я перегнулся через борт и замахал руками:

— Снег! Пацаны! Давайте бегом, загружаемся, загружаемся и телеги…

Бам!Бам!Бам!

Мои последние слова заглушил гулкий звон набата, разнёсшегося над сонным городком. Над деревьями и крышами домов, треща крыльями, взвились стаи перепуганных птиц. Набат грохнул ещё раз, а затем начал бить не переставая, предупреждая горожан о надвигающейся беде.

— Давай, давай, давай! — Тщетно стараясь перекричать оглушительный звон, заорал я, — живее!

Кажется, меня никто не слышал, все и так резко всполошились: Странник и Резак схватили за уздцы тягловых волов и потащили их по пристани к грузовому трапу. Я же вскочил на борт и, приложив свернутую ладонь к глазам, начал всматриваться в противоположную сторону и уже через несколько секунду увидел это: ближайшая сопка, чьи пологие отроги спускались прямо в морской прибой, разродилась ещё одной птичьей стаей, а деревья около самой её вершины начали рушиться.

Они падали не как подрубленные или сваленные пробирающимся сквозь лес чудовищем, а в мгновение ока лишившись листвы и ветвей падали вертикально вниз, будто проваливаясь под землю. Только они не проваливались, а моментально превращаясь в прогнившую труху осыпались на земь гнилыми ошметками. Я будто наяву слышал мерзкое хлюпанье, с которым они шлёпались на сгнившую землю, пятная шкуру шествующего мимо них животного буро-зелёными пятнами. Расчёты Снегиря оказались неверны или, почувствовав меня, бог пришпорил свою животину, добравшись до нас за считанные минуты.

Я соскочил с борта, рванувшись к сходням, придётся уплывать без запаса съестного, в надежде на удачную рыбную ловлю, и частые дожди, чтобы можно было собрать питьевую воду: разгружать телеги нам сейчас некогда. То, что пора поторопиться поняли все, так как моряки забегали как тараканы, выполняя сразу, кажется, десятки дел. Хлопнул, разворачиваясь один из парусов, стоящий на причале белозубый морячок сбросил в воду одни швартовы и уже бежал ко второму канату.

— Буэнос диас, Броневой, смотрю у тебя как всегда всё под контролем.

Над сходнями показалось белокурая головка, а затем и загорелые обнажённые плечи говорящей.

— Лапа, блин, а ты откуда здесь⁈

— Так меня же тоже из империи выгнали, я на время передала управление своим замам и решила, что мне тоже неплохо бы отдохнуть. Тем более, ты обещал мне какой-то супер-пупер крутой меч, а какая же девушка откажется от такого щедрого предложения?

— Понятно, — отмахнулся я, пытаясь переорать не утихающий набат, — некогда сейчас, присмотри за Флорой, пока мы отсюда не уберёмся.

Рванул мимо забравшихся на борт девушек, спрыгнул на грузовой трап, чтобы остановить погрузку, однако опоздал.

Командующий здесь старпом, правильно оценив ситуацию, выхватил из-за плеча полутораметровую саблю, одним ударом перерубая поводья и оглобли, отделяя повозку от испуганно блеющего вола, поднырнул под телегу, и закряхтев от натуги взвалил её на плечи, на подгибающихся ногах потащив её на борт.

У глядящего на это Странника аж дым из-под забрала пошёл. Он выхватил свою запасную секиру, рубанул и тоже полез под телегу. Не знаю, подсобил ли ему ушедший в невидимость Резак, но телега, заскрипев, поднялась в воздух, начав двигаться вслед за старпомом.

— На борт! Все на борт!

И не дожидаясь, когда все заберутся метнулся к капитану:

— Все мои люди на борту, можем отплывать и, если вы не против, побыстрее, движущееся сюда существо, — я указал рукой на полосу гнили уже спустившуюся до середины склона, — шутить не любит, здесь умрут все.

Капитан, наконец, соизволил отставить в сторону бокал с вином, подняться, рявкнув:

— Одсокир, комсяд насетлокые жапута, мдисокодирмя в удкомезию!

Я опять ничего не понял, но надеюсь, он сказал не что-то типа:

— Полундра! Мы все умрём, спасайтесь кто может!

Размышлял я об этом, уже стоя у противоположного борта, вглядываясь в приближающуюся точку в центре гнилого поля.

Быстро настигающего нас павшего бога было видно уже невооружённым глазом. Нам ни за что не успеть отплыть, ведь мы ещё даже не сдвинулись с места.

Надо готовиться к отражению атаки.

Посох упокоенного бога у меня с собой, и я смогу использовать любое заклинание, пришедшее мне на ум. Очень сомневаюсь, что смогу убить одним заклинанием другого павшего, но надо хоть его затормозить, дать нам время отчалить. Надо использовать сразу все силы, всю свою мощь, пусть после этого кулдаун посоха хоть сутки, хоть двое будет. Плевать. Я в это время воевать не собираюсь. Буду лежать в тенёчке на шезлонге и вести долгие обстоятельные беседы с капитаном. Очень разносторонняя личность, меня, можно сказать, с полуслова понимает.

Так остановить, остановить, остановить…

Думаю, кастовать под лапами его ездового животного безразмерное без границ и дна гнилое болото — это не лучшая идея. Он и так целыми днями хлюпает по болотам гнили без всяких для себя проблем. Какая-нибудь супер-молния? Мало у кого в этом мире есть хорошая защита от электричества, хотя бы небольшой стан гарантирован. Или пойти стандартным путём — заморозить этого терминатора к чёртовой матери?

Пока я размышлял, защитники города взялись за дело: первым что я увидел — это небольшие отряды местной стражи, вооружённых какими-то длинными кривыми пиками, выбегающих из тенистых улочек на просторы порта и выстраивающийся там редкими шеренгами.

К этому времени павший бог преодолел склон и стал окончательно виден во всей своей красе. В этот же момент я начал свой каст и чуть сразу же не сбил его, так как время, требуемое для его активации, было немыслимым — минута двадцать секунд, ёкарный бабай, да активация армагеддона проходит в восемь раз быстрее. Но тут уж ничего не поделаешь, если начал каст надо продолжать. В итоге я застыл в патетическом жесте, выставив вперёд разгорающийся жезл и с безумным оскалом на лице.

Зато в таком положении у меня было время рассмотреть всё в мельчайших деталях.

Этот бог кардинально отличался от предыдущего: к нему точно подходило выражение — поперёк себя шире. В его случае так оно и было. Громадный мужик, с ног до головы закованный в сплошной латный доспех так, что даже глаз видно не было. Не знаю зачем тощим как спички балеринам на занятиях зеркала на всю стену, такие нужны парням типа этого наездника, ибо в обычное зеркало он явно не поместится. Да и за притороченным рядом с ним щитом, наверное, мы бы смогли укрыться всей командой. Рядом со щитом приторочено длинное копьё, не смотря на свою огромность, на спине своего ездового он выглядел как жалкий бугорок, так как зверюга весила не один десяток тонн. Ящер, непохожий ни на одного из виденных нами здесь или же в книжках о древних животных в реале. По размеру он вполне мог тягаться с любым динозавром, но строение лап, выдвинутых далеко в стороны, выдавало в нём всё-таки ящера. В остальном он мало походил на этих юрких созданий, этого как будто сажали сзади и спереди укоротив все его части тела втрое, взамен стиснутые этим прессом кости вылезли во все стороны сотней шипов, костяных наростов и рогов. Впрочем, и часть костей была видна, проглядывая сквозь броневые пластины, чешую и сгнившую местами кожу. Ящер со своим наездником не спеша и при этом удивительно стремительно приблизился к городу, идущая впереди него аура заставила потемнеть песок на пляже, превратила в гниющий компост пригородные сады и упёрлась в раскинувшийся над городом защитный купол.

До этого его видно не было, но стоило богу приблизиться, как он полыхнул всеми цветами радуги и тут же замерцал, когда по нему побежали коричнево-зелёные разводы гнили, расширяющиеся всё больше по мере того, как наездник приближался всё ближе и ближе. Купол гудел, трещал и ходил ходуном, однако не сдавался, оставаясь стоять, прикрывая жителей города и даруя нам необходимые секунды отсрочки.