Последний вздох (ЛП) - Диан Кэтрин - Страница 13

— Рис.

Он подпрыгнул и повернулся к выходу из коридора, где стоял Вэс, его серые спортивные штаны низко сидели на бёдрах, а руки были опущены по швам. За последние два месяца с Тишью Вэс ещё больше накачал мышцы. Эти мускулы, эта поза — в его теле была готовность, которая всегда заводила Риса, но прямо сейчас всё, что он мог видеть — это выражение лица своей пары. Он выглядел несчастным.

Бл*дь.

Вэс сказал:

— Перестань выглядеть так, будто я застукал тебя за чем-то плохим.

Рис позволил своим пальцам опуститься на островок, удерживая себя, чтобы снова не начать расхаживать по комнате.

— Так и есть.

Вэс нахмурился. На какую-то ужасную секунду Рис подумал, что Вэс повернётся и уйдёт, но вместо этого Вэс зашёл на кухню. Он подошёл к буфету и достал стакан.

Пока Вэс наполнял стакан в раковине, Рис сказал:

— Я знаю, ты недоволен мной.

На лице Вэса промелькнул гнев. Он с резким стуком поставил стакан на стол.

— Это неправда.

Это правда. Рис знал это. Потому что иначе Вэс не сидел бы на противоположном конце стола.

Положив руки на стойку, Вэс хмуро уставился на стакан. Наконец, он сказал:

— Я просто…

— Что?

Вэс глубоко вздохнул, как будто морально готовился к ответу.

Бл*дь.

Бл*дь.

Взгляд ореховых глаз Вэса скользнул выше. Он посмотрел на Риса через весь остров и сказал:

— Я не понимаю, почему ты прячешься от меня.

Сердце Риса пропустило удар.

— Ты имеешь в виду, потому что я вчера был у Ронана.

— Я не расстроен, что ты пошёл к Ронану.

— Я… — Рис на мгновение закрыл глаза. «Просто скажи это». — Не знаю, верю ли я тебе.

Вэс запрокинул голову и уставился в потолок, обнажая горло, к которому Рис прикасался, целовал и кормился от него всего несколько часов назад. Вся эта близость — и теперь Рис чувствовал, что расстояние между ними невозможно преодолеть.

Вэс снова опустил голову. Он выпрямился.

Вэс сказал:

— Наверное, я расстроен, но не так, как ты думаешь. Вот это, сейчас, что ты делаешь? Тебе что-то нужно — я вижу, что тебе что-то нужно, Рис — но ты не позволяешь мне дать тебе это. И это… это чертовски убивает меня. Ты делаешь это всё чаще и чаще, я знаю, что тебе больно, но ты не хочешь, чтобы я это видел. Я не понимаю.

У Риса перехватило горло.

— Это потому, что… Я хочу, чтобы всё было хорошо. Между нами. Я не хочу, чтобы всё, что у нас было, сводилось к моей похеренной башке! И я пытаюсь. Но это пи**ец как тяжело, и иногда я чувствую, что становлюсь только хуже, а не лучше, и я не хочу всё портить, но я всё равно всё порчу, и я, бл*дь, ненавижу себя за то, что делаю это, и я не знаю, что делать!

В своём неожиданном потоке слов Рис каким-то образом потерял Вэса из виду, не заметил, как тот сдвинулся с места. Но внезапно Вэс оказался на той стороне острова, где сидел Рис. Его руки обвились вокруг Риса, его тело прижалось к Рису, и расстояние между ними исчезло. Облегчение было таким огромным, что у Риса закружилась голова, но Вэс удержал его, крепко обнимая. Рис обнял Вэса и уткнулся лицом в изгиб его шеи.

«Я тебя не заслуживаю».

Он знал, что лучше этого не говорить, но Вэс, похоже, всё равно услышал, потому что пробормотал «Чёрт возьми, Рис» и погладил его по затылку.

Затем Вэс сказал:

— Нам нужно поговорить об этом.

Рис отстранился от него и повернулся к столу. Он облокотился на него и закрыл лицо руками. Он признался. Почему они просто не могли оставить всё как есть?

Пальцы Вэса легли Рису на затылок.

— Ты ничего не портишь. Ты должен перестать так думать. Я никуда не уйду.

— Но я хочу, чтобы всё было хорошо! — сказал Рис в свои ладони. — Это — ты — лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни, и я просто хочу, чтобы всё было хорошо!

— Рис, — Вэс начал тянуть его руки, пытаясь оторвать их от его лица, — это и есть хорошо, и единственное, что делает это нехорошим для меня — это когда я чувствую, что мне не позволено быть частью того, с чем ты имеешь дело.

Рис вырвался, отступив на шаг и снова увеличив расстояние между ними. Его кулаки сжались по бокам.

— Но это уродливо, Вэс! Это грязно. Из-за этого я чувствую себя самым грязным и отвратительным куском дерьма, — по щекам Вэса потекли слёзы, и сердце Риса сжалось. — И я не хочу делать тебя таким. Потому что ты этого не заслуживаешь, и я ненавижу то, что являюсь таким в твоей жизни.

Вэс сложил руки перед лицом, как будто молился.

— Боже, Рис, ты не понимаешь. Мне грустно, и я зол из-за того, что с тобой случилось. Но я предпочёл бы чувствовать это вместе с тобой, а не чувствовать пустоту от того, что меня отгородили. Это не защищает меня, Рис. Это ужасает меня. Это заставляет меня чувствовать, что ты хочешь чего угодно, только не меня, и нуждаешься в чём угодно, только не во мне.

— Бл*дь, Вэс, это неправда, — выдохнул Рис, и слёзы потекли по его лицу. — Ты нужен мне, ты пи**ец как сильно мне нужен.

— Тогда, чёрт возьми, Рис, — сказал Вэс, снова сокращая расстояние и притягивая Риса к себе, — позволь мне быть рядом.

У Риса перехватило дыхание, когда он попытался не потерять самообладание. И у него это не получилось. Потому что Вэс был рядом, поддерживал, давая ему свободу для его тела, его страха и всего того, с чем он не мог справиться в одиночку.

Вэс обхватил его за шею.

— Ты не грязный и не отвратительный.

Рис крепко зажмурился, уткнувшись в плечо Вэса.

— Я люблю тебя, Рис. И ты мне нужен. Ты нужен мне в моей жизни так сильно, что, я думаю, ты и представить себе не можешь. И мне нужно чувствовать, что ты доверяешь мне быть с тобой, независимо от того, через что тебе приходится проходить. Это не значит, что я хочу, чтобы ты держался подальше от других людей. Я рад, что у тебя есть другие люди, которые любят тебя. Я просто не хочу, чтобы ты держался подальше от меня. Я хочу быть с тобой в такие моменты. Я хочу быть с тобой, когда они исчезнут.

— Бл*дь, Вэс, я тоже тебя люблю.

Обычно Вэс закрыл бы тему после этого. Но, похоже, Рис до сих пор не давал ему возможности высказаться.

— Рис, ты понимаешь, что прямо сейчас мне очень хорошо? Это лучшее, что я испытывал за… Боже, я даже не знаю. Довольно долгое время.

Рис прерывисто вздохнул, расслабляясь в объятиях своей пары, и признался:

— Да. Мне тоже.

Глава 7

Со своего места на кухонном островке в аббатстве Ронан взглянул на часы над плитой. 22:14. К этому времени Тишь уже должна быть на улицах, охотиться. Но он сидел на заднице и читал книгу о слонах, ожидая.

«Несколько ночей», — сказал Кир. Комудари напомнил Ронану об этом пару часов назад, перед тем, как он отправился в штаб-квартиру. Затем комудари стал ещё более раздражающим, предложив то, что Ронан предложил прошлой ночью: чтобы Луку назначили нянькой (хотя Кир использовал термин «охранник») принцессы.

Ронан ответил на это молчаливым взглядом, провоцируя Кира сказать что-нибудь о противоядии, которое он ввёл прошлой ночью, через три дня после предыдущей дозы. Заставляя его сказать что-нибудь о том, как Ронану было плохо в медицинском кабинете аббатства несколько часов назад, когда лекарство токсично разливалось по его венам, и один яд убивал другой. Он ждал, что Кир скажет что-нибудь о том дерьме с больничным, которое Джонус пытался устроить прошлой ночью.

Но Кир ничего не сказал, и это было чуть ли не хуже.

Ронан услышал, как открылась дверь Сайрен. Его место за столом позволяло ему наблюдать за обоими коридорами, примыкающими к кухне. Даже если Сайрен спустится по лестнице в подвал, он услышит это. Так что, если она попытается улизнуть…

Она направилась прямиком на кухню.

Единственным источником света, который включил Ронан, был низкий, непрямой, над плитой, но и этого было достаточно, чтобы заметить её удивление. Затем на секунду на её лице появилась странная гримаса, как будто она собиралась заплакать. На какую-то секунду Ронан ощутил острое, неприятное чувство, будто он вторгся в её жизнь. Это обожгло его пониманием. То, что она чувствовала, обнаружив его здесь, было в точности тем же, что и он чувствовал всё это чёртово время. Кир следил за ним. Джонус не оставлял его в покое.