Отморозок 8 (СИ) - Поповский Андрей Владимирович - Страница 4

Немного пообщавшись на вольные темы Валентин Степанович приступил к главному, ради чего он сегодня приехал.

— А у меня для тебя есть хорошая новость, Петрович. — С хитрой улыбкой начал он.

Виктор Петрович вопросительно посмотрел на товарища. Тот не стал тянуть паузу и приступил к делу.

— Я на счет твоего крестника — Костылева Юры. Он, как оказывается, выжил при взрыве и американцы вывезли его сначала в Германию на базу Рамштайн, а потом уже и в США в Военно морской госпиталь, который находится в Бетесде, пригороде Вашингтона. Парень, был серьезно ранен и несколько месяцев находился в коме. А когда очнулся, то спустя пару-тройку недель, смог бежать и теперь его ищет целая команда из различных спецслужб. Якобы Юра при побеге выкрал какие-то важные документы. Точнее искала, потому как, по последней информации, Юрий считается утонувшим в Миссисипи при попытке скрыться от полиции, после ограбления банка.

Виктор Петрович, оживившийся в начале рассказа, при словах о том, что Юра утонул, скривился и покачал головой. Козырев, с интересом следивший за гаммой чувств, пробегающих на лице товарища, усмехнулся.

— Ну да, как то все невероятно звучит, но давай по порядку. Пару месяцев назад я ездил на Лубянку к Крючкову, по его личному приглашению. Темой нашей беседы был никто иной как Костылев. И вот он то мне и дал розыскные данные на Юру, по которым его несколько месяцев искали по всем Штатам. — Козырев достал серую папочку из своего портфеля и подал Смирнову. — Вот копии документов. Взамен, он попросил поделиться полной информацией о Юре и пояснить, какой такой интерес, он мог бы представлять для американцев. Я, честно говоря, был застигнут врасплох этой информацией. То, что Юра жив, это очень здорово, но что он мог такого натворить, чтобы поднять на уши чуть ли не все спецслужбы американцев, я до сих пор понять не могу. Указанная в розыскных документах причина розыска, скорее всего фальшивка. Вряд ли Юра мог получить доступ к каким то важным документам, находясь в госпитале и вообще. Да и с самим побегом много неясного. Не думаю, что его плохо стерегли, но он, все же, сумел как то уйти. Возможно, это какая-то игра американцев. Документы о побеге Юры подбросили в машину нашему торговому атташе в Нью-Йорке. То есть, был инициативный контакт, но его источник неясен.

Смирнов кивнул, соглашаясь с последним предложением Козырева.

— Это все похоже либо на плохой детектив, либо на оперативную комбинацию американцев, либо на невероятную цепь случайностей, — с трудом проговорил он. — Насколько ты уверен в людях добывших информацию?

— Информация, которую я тебе изложил, поступила от двух независимых источников и является взаимодополняющей, — задумчиво ответил Козырев. — Не поручусь, что это не игра американцев, но пока не понимаю смысл подобной игры. При всем уважении, Юра не является для нас настолько ценным кадром, чтобы мы ввязывались в это дело, рискуя своими людьми в Штатах.

— Думаешь, они могли нарочно устроить этот тарарам и дать нам знать об этом, чтобы вынудить нас задействовать своих людей, и тем самым попытаться вскрыть нашу разведывательную сеть? — Написал на листке бумаги Смирнов, и подвинул листок товарищу.

— Мелькнула такая мыслишка, — согласился Валентин Степанович, прочитав написанное, — Но послушай дальше. Ты же в курсе, что несколько месяцев назад, мы взяли генерала майора Полякова, который оказался завербованным американским агентом?

Смирнов утвердительно кивнул. До него уже дошла информация о раскрытом «кроте». Он лично знал Полякова, который много работал за границей, и его предательство сильно резануло по сердцу старого служаку.

— Поляков в еще восьмидесятом вышел в отставку по состоянию здоровья, но остался работать вольнонаемным в отделе кадров ГРУ. — Сокрушенно сказал Козырев. — Он имел доступ ко многим секретным документам и передал на ту сторону много секретной информации. В ЦРУ он проходил под псевдонимом «Бурбон». Так вот, на допросах, он в числе прочего, дал показания, что по специальному запросу, передал на ту сторону данные об операции «Крепость» в Бадабере, и о Юрии Костылеве, как исполнителе. Американцев, почему-то, очень интересовали медицинские показания Юры, и вообще вся информация о его подготовке, и даже об учебе в школе. К сожалению, результаты нашего наблюдения за Юрием по твоему запросу, как и материалы по операции «Крепость» были выданы американцам.

— По «Крепости» понятно, там мы крепко утерли им нос, и им хотелось понять, что к чему. — Медленно выговаривая слова, проговорил Смирнов — Но зачем им его медкарта и результаты нашего за ним наблюдения? Почему такой интерес к простому сержанту, не являющемуся секретоносителем?

— А вот тут мы становимся на зыбкую почву догадок и предположений Витя, — усмехнулся Козырев. — Нам стало известно, что в Бетесде с Юрием помимо црушников активно работал некто Майкл Фергюссон из РУМО, который занимается всякими там паранормальными явлениями в рамках исследований DARPA и в частности проекта «Grande Junction». Мы немного в курсе того, чем они занимаются и считали, что вся эта ерунда о вселении в тело, назовем его «приемник», сознания другого человека, это очередная блажь. У них вроде были несколько примеров подобных людей, но все они быстро умерли, так что реальной доказательной базы почти никакой. И вот теперь перед нами, в полный рост, встает вопрос. Если это не игра ЦРУ против нашей резидентуры, то что такого они увидели в Костылеве, что пригнали туда этого Фергюссона, а потом, после побега Юрия из госпиталя, подняли на уши ФБР? Мы проверяли, действительно розыскные листы на Костылева были разосланы практически по всей стране.

Виктор Петрович долго молчал, потом, наконец, стал медленно говорить с трудом подбирая слова.

— С ним все с самого начала очень непросто, Валя. Помнишь, я тебе рассказывал о нашем с ним разговоре после бойне на даче у Березовского? Он мне тогда сказал, что многие его необычные способности это результат снов. Во снах он видит себя другим человеком, намного более старшим чем он есть, с большим жизненным опытом, в том числе и военным.

Козырев терпеливо слушал старого друга. Наконец когда тот закончил он пожал плечами.

— Сны, в которых он видел себя другим человеком. Я помню. Тогда я во многом был против того, чтобы пробовать его на операцию, именно из-за ореола таинственности и непонятности вокруг этого парня, но ты, все же, настоял на его кандидатуре. Должен признать, что был неправ в своих сомнениях, и с задачей парень справился. Но теперь меня мучает мысль. Не отдали ли мы американцем что-то очень важное, ценности чего пока сами еще не понимаем? Тут еще есть один тревожный звонок. Врач, которая наблюдала Юрия в госпитале Бетесде, через пару месяцев после его побега, была сбита машиной насмерть. И это говорит о зачистке, тех кто прикоснулся к какой-то важной тайне. Если они проводят зачистку среди своих людей, значит там действительно что-то весьма значимое.

— Но, как ты сказал, Юра все же ушел от них. У него прекрасная подготовка, аналитический ум и его не так просто будет поймать. Проблема в том, что его не готовили как нелегала. Не смотря на отличное знание языка, ему должно было быть трудно выдавать себя за местного. Но если его так и не поймали, это говорит о том, что он все же как-то сумел освоиться. В то, что Юра утонул при попытке ограбления банка, я не верю. Скорее всего, он таким образом попробовал сбить накал поисков.— Быстро написал на листке Смирнов.

— Так-то оно так. — Крякнул Козырев, внимательно прочитав написанное. — Не думаю, что американцы купились на этот трюк. То, что они свернули масштабные поиски, не значит, что их прекратили совсем. Скорее всего, поиск перешел в скрытую фазу, так как те, кто его ищет, не хотят привлекать много внимания к парню и к себе. Беда в том, что без поддержки Юра не сможет долго уходить от преследования. А оказать помощь мы ему не сможем, потому что, если его не может найти ФБР и полиция, нам это будет сделать еще труднее. Наши возможности там неизмеримо меньше.