"Фантастика 2026-63". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Кагорлицкая Татьяна - Страница 92

– Как я уже сказала, ответственность лежит на мне, не отрицаю. – Она смотрела только на Джейн, ища её понимания. – Мне было страшно. Я не знала, как поступить. Это единственный выход, который пришёл мне на ум. Тем более я не имела права утверждать, что в письме содержится ложь! Не удивлюсь, если кузина миссис Финчли действительно похищена.

– Именно поэтому мы сделали всё так, как было продиктовано, – тихо произнесла Мередит. – Энн живёт слишком далеко, чтобы быстро добраться до неё и проверить, что с ней.

– У нас не осталось выбора, мы не смели рисковать её жизнью, – кивнул Бенджамин.

– Сомневаюсь, что получится узнать о судьбе кузины, пока вы прозябаете здесь, – Уолтер ещё раз подчеркнул с нескрываемым злорадством: – Из-за мисс Эймс.

Джейн сжала пальцы в кулак.

– Из-за меня. На самом деле из-за меня.

Она слишком хорошо знала на собственном опыте, как Уолтер умеет оплетать паутиной сомнений. К тому же искренность переживаний журналистки ей тоже была очевидна.

– Маргарет права: если ты задумал причинить зло тем, кто бескорыстно помог мне, то сделал бы это неминуемо.

– С этим сложно поспорить, – подмигнул Уолтер. – Не хочется лишать себя такого удовольствия.

От его слов по телу прошла дрожь. Джейн инстинктивно дёрнулась в сторону Бенджамина и Мередит, хоть и понимала, что не сумеет их защитить. Норрингтон покачал головой.

– Чуть позже, мисс Хантер, чуть позже. Сейчас уже глубокий вечер, вам нужно выспаться, ведь завтра предстоит не менее важная встреча. Ваш отец долго готовился к ней. У него теперь новое шоу. – Окинув нечитаемым взглядом супругов Финчли, он бросил напоследок: – А вами займётся кто-нибудь из моих людей. Я бы поручил вас кому-нибудь вроде мистера Фарлоу – вышло бы интересно… Вот только его повесили, какая незадача. Значит, пожалуй, мистер Дулин. Он тоже неплох в такого рода развлечениях.

Страх, исказивший лицо Джейн, стал великолепным лакомством для Уолтера.

Сумерки укрыли Долину Смерти тёмным пологом. Куана, так и не вернувшийся в поселение, укрылся от чужих глаз, найдя плато, огороженное грядой валунов. Прислонившись к камню спиной, он силился нащупать связь с духом-покровителем, хоть и понимал, что она безвозвратно утрачена. Индейца терзала горечь – чувство, с которым сложно совладать, когда оно явилось на порог. Прикрыв глаза, Куана попытался своими силами приглушить слишком сильные эмоции, раз на помощь духов рассчитывать больше не стоило. Чони, сидевшая рядом, мягко коснулась его щеки.

– Не грызи себя.

– Я не прощу себе то, что с тобой сделали, – отрезал он.

– Ты поступил так, как должно, твоей вины нет. Нам была предначертана разлука, а как можно защитить кого-то, если вас разделяют и расстояние, и время?

Речи сестры теперь звучали не по годам мудро. Муки, через которые Чони прошла, закалили не только её тело, но и разум. Куане надлежало согласиться с её словами, поскольку она говорила верно, и всё же он лишь вздохнул. Для тех, кому судьба определила путь шамана, воля духов являлась основой и главным ориентиром, однако для Куаны семья всегда занимала особое место, а Чони осталась единственным родным по крови человеком, поэтому её боль он переживал как свою собственную. Исполняя наказ Исатаи, Куана готовился к тому, что может никогда больше не вернуться в племя, не страшился погибнуть, зная, что предстоит неравное противостояние. Зато к тому, что враг отыграется на Чони, оказался не готов.

– За каждую пролитую каплю твоей крови они поплатятся реками своей, – сквозь зубы проговорил он.

Чони помолчала немного. Сначала, когда Карла привела к ней брата, радость от встречи захлестнула обоих. Потом Куана увидел шрамы Чони, услышал об издевательствах, которым она подвергалась, о сальных намёках шерифа Дулина, и исполнился яростью. Всей правды Чони не открыла, чтобы гнев успел улечься к моменту мести и не застилал взор. «Ему понадобится время, чтобы успокоить сердце. До рассвета ещё много часов». – С такими мыслями она, решившись, призналась:

– Ты спрашивал, кто пытал меня. Я не дала ответа, ведь не всё так легко. Это Джозеф Хантер.

Куана замер. Раз так, то убить Джозефа Хантера он обязан, но жажда мести столкнулась с неразрешимым противоречием: речь шла об отце девушки, которая стала его сердцем. Не ведая о метаниях брата, Чони продолжила:

– Джейн Хантер… За время, проведённое в плену, я немало о ней узнала. Кроме отца у неё никого не осталось. Пусть он низкий, подлый человек… Всё равно.

Её голос стал серьёзнее.

– Когда-то она спасла мне жизнь. Только ей решать судьбу Джозефа Хантера.

Видя, что Куана медлит, Чони взяла его за руку, мягким касанием утихомиривая ярость.

– Я сама горела желанием отомстить, и в первые недели лишь оно придавало мне силы бороться. Я и сейчас не раздумывая перережу глотки многим из тех, кто обретается в Долине Смерти, особенно шерифу Дулину. Это самый гнусный человек здесь, и я не прощу посягательств на мою честь.

– Фрэнка Дулина я убью, – пообещал Куана не моргнув глазом.

– Но Джозеф Хантер… – Чони наморщила лоб. – Спустя время некоторые события видятся в ином свете. Порой мне кажется, что он, согласившись пытать меня, надеялся защитить от чего-то худшего… А может, я думаю о нём лучше ради его дочери. Не знаю.

Качнув головой, она поймала сосредоточенный взгляд Куаны и попросила:

– Главное, не спеши браться за оружие прямо сейчас. Месть лучше вершить с холодным сердцем. А ещё…

Неожиданная улыбка украсила лицо Чони, напомнив Куане, что его сестра – ещё совсем юная девушка, и испытания не забрали у неё умение так беззаботно улыбаться.

– После разлуки мне не хочется говорить о том, что оставляет горький привкус. Я не видела тебя так долго и уже не надеялась увидеть! Давай радоваться тому, что духи подарили нам встречу.

Обняв её, Куана вновь закрыл глаза. Мрачные мысли, кружившие в голове подобно растревоженным птицам, затихали. На смену им приходило умиротворение – хрупкое и, вероятно, готовое раствориться без следа с началом нового дня. К счастью, Куана умел ценить моменты настоящего, даже если будущее нависало грозной свинцовой тучей.

– Ты права, не будем обрекать сердца на грусть и злобу.

– Конечно, права, – усмехнулась Чони. Положив голову ему на плечо, она подняла задумчивый взгляд к небу. – Расскажи мне о ваших странствиях.

– До утра могу и не успеть, – заметил он, мысленно перебирая в памяти все приключения.

– Значит, не затягивай, начинай. – Улыбка Чони стала предвкушающей.

Несмотря на то что день Куаны прошёл вдали от Джейн, индеец решил, что она не станет таить обиду: после долгой разлуки он не хотел расставаться с сестрой. Наверстать упущенное время и стереть мучения, через которые Чони прошла, было не в его силах, зато братское тепло, которым полнилось сердце, теперь не находило преград. Куана не сомневался, что Джейн отнесётся с пониманием к тому, что ему необходимо побыть с Чони.

– Когда мы покинули стоянку племени, то направились к тотему предков. – Прижав сестру к себе, он накрыл ладонью её запястье. Пальцы нащупали сеть шрамов, оставшихся на коже Чони после пыток, и сердце вновь исполнилось болью. Тем не менее Куана не позволил голосу дрогнуть и спокойно, размеренно продолжил: – Вскоре на нашем пути возник торнадо…

Джейн провела бессонную ночь в фургоне. Её донимали мысли о «новом шоу» отца, которое обещал представить Уолтер; тревожило отсутствие Куаны; глодал страх за Бенджамина и Мередит; в памяти упрямо прокручивалась сцена с Маргарет, пытавшейся объясниться. Если в первые мгновения Джейн, поддавшись эмоциям, мысленно проклинала журналистку, то постепенно пыл поутих. «На её месте я попалась бы в эту же паутину, – призналась себе Джейн. – И потом, Уолтеру ничего не стоило убедить Маргарет, что я на его стороне и плету козни за спиной у остальных. А она всё-таки не потеряла веру в меня! Если мы обе выживем, может, у нашей дружбы ещё останется шанс…»