"Фантастика 2026-63". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Кагорлицкая Татьяна - Страница 52

– Замещаю господина Норрингтона я, а не вы, – напомнил Джозеф. – Нечего лезть, куда не просят.

– Нам велено, чтобы к возвращению всё уже готово было! – Бутч погрозил ему пальцем. – Как там господин Норрингтон сказал… «Нужно порадовать маленькую мисс Хантер, кода она явится».

– Точно, точно, – сально усмехнулся Харви. – Уж он прямо поджидает её.

Джозефу стоило больших усилий промолчать, сохранив непроницаемое лицо перед головорезами, которые легко перегрызли бы глотку любому, в ком почувствуют слабость. Если ему и удалось сделать так, чтобы переживания никак не проявились внешне, то сердце всё равно предательски сжалось, и навязчивое воспоминание помимо воли опять всплыло в мыслях.

Джейн подбежала к отцу, настойчиво дёрнув его за рукав.

– Кэйти Белл сказала, что родители привезли ей новую куклу! Можно мне поглядеть?

Джозеф опустил глаза на дочь, рассматривая её маленькое воодушевлённое личико, хорошенькое, точно она сама была куклой, но уже постепенно теряющее детскую округлость. Чем старше Джейн становилась, тем ярче проступали черты, до боли знакомые Джозефу, – родные, любимые черты. Видеть их и узнавать в дочери ту, кого он потерял навсегда, было невыносимо. Он дорого заплатил бы за то, чтобы Джейн росла похожей на него или на кого угодно другого из родни, лишь бы не на покойную мать.

Девочка понятия не имела о терзавших его призраках прошлого и ждала вердикта, умильно улыбаясь.

– Нет, нельзя, – наконец сухо ответил он.

– Почему? – она непосредственно удивилась.

Чем обосновать запрет, Джозеф не успел придумать. Он и сам себе едва ли мог объяснить, чем вызвано недовольство.

– Вырастешь неженкой, ещё не хватало, – буркнул он. – Иди поиграй лучше с Бертом и Диком.

– Я уже играла, и они больше не хотят! – Джейн хихикнула: – Мы были пиратами, и я утопила их корабль.

Джозеф тоже не удержался от усмешки. Характером бойкая девчушка как раз пошла не в маму, и это давало надежду, что удастся вырастить из неё другого человека. Может, так будет меньше болеть: чем меньше напоминаний о той, кого уже не вернуть, тем лучше. Иногда Джозефу казалось, что проще и вовсе пристроить дочь на воспитание к какой-нибудь из тётушек. Только он пообещал жене на её смертном одре, что никогда не бросит детей, и, куда бы ни завела жизнь, Джейн, Берт и Дик останутся подле него. «Теперь никуда не деться. Рядом всегда будет напоминание о тебе, Элизабет…» – Он сглотнул и твёрдо произнёс:

– Придумайте новую игру. В куклах нет никакого смысла.

Джейн приоткрыла рот, собираясь возразить, но так ничего и не сказала. Если отказ её опечалил, то вида она не подала. Несмотря на врождённое упрямство, Джозефу дочь перечила крайне редко. Ему приходилось уповать на то, что так продолжится и впредь и он сумеет вылепить то, что захочет, сумеет вырастить Джейн не трепетной хрупкой барышней, способной зачахнуть от малейшего дуновения ветерка, а смелой и устойчивой к любым напастям. Может, тогда она проживёт дольше, чем её мать.

Или хотя бы терять её будет не так больно.

«Проклятье!» – сквозь зубы прошипел Джозеф, возвращаясь в реальность. Последнее, чего он хотел бы, – увидеть дочь здесь, в гиблом месте, из которого Норрингтон собирался сделать оплот грехов и пороков, потому что золото притягивало именно их. Мистер Хантер знал это слишком хорошо. Оправдываться за алчность он не собирался, равно как и корить себя за совершённые ошибки, да и сил сопротивляться Уолтеру уже давно не осталось. Вероятно, Джозеф зря всю жизнь считал себя стойким и мужественным человеком, раз его так легко сломали.

И всё же он молил небо, чтобы дочь не добралась в Долину Смерти. Если бы она погибла в дороге, такой исход представлялся Джозефу щадящим по сравнению с тем, что ожидало её здесь. Однако сердце подсказывало ему, что надежда тщетна: «Не думал, что доживу до момента, когда буду сожалеть о том, какой упорной я тебя воспитал, Джейн…»

Сэр Перкинс, широко раскинув руки, шагнул навстречу маршалу, приветствуя своего старого знакомого.

– Мой дражайший друг! Бесконечно рад тому, что вы всё-таки добрались.

На его лице расцвела благожелательная улыбка, которую не портили отчётливо проступившие из-за неё морщины. Джейн отметила, что внешность у губернатора не самая приятная: маленькие, глубоко посаженные серые глаза, несколько обрюзгшее лицо и залысины, – а первое впечатление тем не менее оказалось хорошим. То ли дело было как раз в улыбке, то ли в мягком тембре голоса и располагающих к себе манерах.

– И я рад вновь вас видеть, – искренне ответил Ривз. Представив губернатору всех, с кем прибыл, он поинтересовался: – Признаться, весть о том, что я срочно вам понадобился, меня удивила. Изложите мне, в чём дело?

Тот зычно расхохотался.

– Вы не меняетесь, мистер Ривз. Никаких сантиментов, сразу к сути.

– Мы спешим и не имеем возможности задержаться здесь, поэтому уж простите за прямоту…

Взмахом руки перебив его, сэр Перкинс заговорил:

– Вам придётся подождать немного, поскольку вы приглашены на приём, который я устраиваю. Не знал, когда именно вы прибудете, но готов провести его уже завтра. Как раз там мы всё и обговорим, поскольку посреди людной площади дела не ведутся. Сейчас же я хотел бы пригласить вас на небольшую экскурсию.

Предвидя возможные возражения, он тут же добавил:

– Действительно небольшую, поскольку прекрасно понимаю, что вы устали с дороги, да и подготовиться к завтрашнему вечеру необходимо. Проведу вас хотя бы по нашим главным улицам.

Хотя губернатор не тараторил и не спешил, его речь лилась без остановок и никто не успевал вставить ни слова.

– Знаете, господа, пусть моя главная резиденция, разумеется, находится в Сакраменто[13], я недаром пригласил вас именно сюда. Лос-Анджелес – удивительный город, поэтому я предпочитаю находиться здесь, когда есть такая возможность.

По Ривзу было заметно, что перспектива праздно шататься его не вдохновляет, и всё-таки возражать давнему знакомому, который когда-то помог отстоять право на должность маршала, он не стал. Остальные тем более не видели смысла спорить.

Пересекая площадь, Джейн с любопытством разглядывала здания, краем уха слушая рассказ губернатора. За последнее время она невольно привыкла находиться в центре внимания, поскольку именно ей достался Золотой Змей, а вокруг него и вертелось всё их путешествие. Сэру Перкинсу явно не было никакого дела до некой мисс Хантер, которую он воспринимал лишь как одну из сопровождающих интересующего его человека, и она обнаружила, что это весьма приятно: бездумно прогуливаться по ярким улицам, ощущая себя просто одной из прохожих. Губернатор указал перед собой.

– В этом квартале совсем скоро мы возведём театр! Поскольку после Золотой лихорадки численность населения Лос-Анджелеса выросла в разы, мы немного не поспеваем за потребностями жителей. Тем не менее, согласитесь, прогресс идёт с завидной скоростью! Совсем недавно этот город походил скорее на деревню: лишь деревья, сады и несколько домишек… И что теперь? Небо и земля!

Куана едва заметно нахмурился. Ему сокращение природных уголков никогда не казалось прогрессом. Губернатор не обратил на индейца внимания, продолжая разглагольствовать.

– Мы идём вперёд семимильными шагами. Два года назад запустили первую трамвайную линию!

Заслышав это, Уильям заметно оживился и подался вперёд.

– Не соизволите ли рассказать подробнее, сэр Перкинс?

Губернатор будто только того и ждал: нахваливать город, по-видимому, он мог бесконечно. Воспользовавшись тем, что Оллгуд отвлёк его, Джереми замедлил шаг, воровато оглядываясь по сторонам. Это не укрылось от внимания Карлы:

– Куда-то собираетесь улизнуть?