Жрец Хаоса. Книга ХI (СИ) - Борзых М. - Страница 11

— Эй, парень! Они тебя надуют. Я знаю, кто даст честную цену.

Обращались ко мне на таком же ломаном датском, причём с акцентом. Видно было, что для говорившего язык не родной. А ещё я рассмотрел, что мужчина имел костюм тройку из качественных дорогих тканей, а на плаще меховую опушку Плащ привлёк внимание ещё застёжкой-фибулой в виде морского змея. Подозреваю, что сейчас помочь мне вызвался кто-то из рода Зислангов.

А между тем два мордоворота, взявшихся меня сопровождать к месту скупки, прорычали моему нечаянному заступнику:

— Шли бы вы отсюда, ваша светлость. Вам-то какая разница? Не мешайте честным людям честно работать.

— Мне-то вообще никакой, — парировал тот, — но у парня, возможно, единственный шанс в жизни получить достойное вознаграждение за столь редкий ингредиент, купить на него дом и завести семью. А вы хотите оставить его нищим. Несправедливо.

Я мысленно похвалил себя за хорошо наложенную иллюзию. Вид у меня был ещё тот. Не сказать, чтобы простец-простецом, но одежда на мне была без украшений, простая и практичная, словно у горожанина или в лучшем случае у торговца. Не работяга, конечно, но и не аристократ. Так, может быть, моряк или владелец небольшой рыболовецкой шхуны, и то не факт.

— Вот и не вмешивайтесь, ваша светлость! Он сам согласился! Сам дурак.

— Вот спасибо, — отреагировал я. — Дураком меня ещё не называли. С учётом того, что сами же и хотели на мне нажиться, уж простите, но в данном случае к этому уважаемому господину я отношусь с большим доверием, чем к вам.

— Уважаемого человека зовут Альфред Зисланг, — представился незнакомец. — Рад знакомству… — и вопросительно уставился на меня.

— Йорген Виггосон, — представился я датским аналогом своего реального имени, где Йорген был аналогом Юрия, а Виггосон — аналогом «сын Виктора» (победителя).

— Я уж второй день наблюдаю, как местные ловкачи щиплют вашего брата. Организовали прям здесь же скупку алхимических ингредиентов и попросту не дают местным выйти за территорию порта, пока те не сдадут собственные богатства. Правда, кто порасторопней, то же самое провернули у вас на родине. Ну а тех, кто проскочил и отправился за пределы городка в столицу, этих вылавливают уже местные дельцы. Пойдём прогуляемся: сначала до местной скупки, посмотришь, какую цену дают, потом проведу к тем, кто даст честную цену, — предложил представитель рода морских змеев.

— Уж случайно не в какой-нибудь алхимической лавке Зислангов? — простодушно уточнил я.

— Угадал, парень. Но поэтому и веду тебя здесь, чтоб ты цену сравнил и понял, что я действительно не вру. Разница будет раза в два, а то и в три.

— Что ж, пойдёмте, — согласился я.

При этом я заметил, что Альфреда в толпе вели ещё три человека, старавшихся не попадаться на глаза и двигавшихся почти незаметно. Выходило, что Альфред у нас не абы кто в доме Зислангов. Эх, надо было как-то изучать мне их родословную, но некогда. В любом случае, после бабушкиных нелестных характеристик в адрес морских змеев неожиданно было встретить кого-то адекватного в этом роду. С другой стороны, в семье не без урода, как говорится, но и нормальные люди в семьях уродов тоже встречались. В качестве исключения.

Видя, что я иду рядом с уважаемым аристократом (а уж считать в нём аристократа по повадкам было несложно), остальные желающие поживиться за мой счёт обходили нас стороной. Мне же играть свою роль помогли уроки Ражева. Тот гонял меня, требуя уместной демонстрации мелких ужимок, повадок и прочих классовых и профессиональных отличительных черт. Потому сейчас рядом с Альфредом я шёл не как аристократ с высоко поднятой головой, а чуть ссутулив плечи, стараясь казаться меньше ростом, чем я есть на самом деле. Обычно такого поведения ждали от простецов в компании аристократов, тем более столь важных, семья которых имела герцогское достоинство. В любом случае я хоть и не лебезил, но играл некоторую стеснительность и скованность, которая была вполне объяснима разницей наших положений.

До местного портового скупщика мы добрались быстро, буквально за пять минут. В главном зале воздушного порта в отгороженном уголке с пенсне на носу, тощий как жердь алхимик растекался патокой ещё перед одним пассажиром нашего дирижабля, уверяя того, что работает себе в убыток и отдаёт ему едва ли не свои кровные сбережения в виде справедливой цены.

Я, нарочито удивляясь, старательно запоминал, шевеля губами, цифры, названные алхимиком. Сперва тот обрадовался, когда я спросил про цену на кровь ледяных виверн, но, увидев рядом с собой человека с фибулой Зислангов, тут же скривился, понимая, что нажиться на мне ему не светит. Пока я сверялся с остальными ценниками в лавке, он уже начал нас выпроваживать, шипя пусть и не откровенные ругательства, но что-то вроде:

— Не задерживайте мне очередь! Смотреть можете в другом месте. Здесь либо покупают, либо продают.

Мы не стали злить старого сквалыгу и вышли из лавки.

— Надеюсь, лавка представителей вашего рода находится не сильно далеко от воздушного порта? Мне бы ещё хотелось вернуться домой обратно дирижаблем, меня невеста ждёт.

Альфред отчего-то взглянул на один из собственных перстней, а потом покачал головой:

— Юлишь? Ну да, твои личные дела меня никоим образом не касаются.

— Да уж, юлю… — тут же отреагировал я сообразно обстоятельствам. — Она ещё не знает, что будет моей невестой. Официально предложение не делал, только ухаживаю.

Альфред вновь взглянул на кольцо и теперь улыбнулся:

— Ну, если так… Оно и понятно, что теперь-то, с деньгами, и посвататься можно будет.

— Вот именно, — кивнул я, представляя момент сватовства в Туманном Альбионе. Какая же русская свадьба без драки. Мы усугубим, сватовство тоже отметим, как следует. Губы сами собой растянулись в улыбке. Зисланг же принял мою счастливую улыбку на совершенно иной счёт.

— Пойдём уж, жених. Если тебя красавица-невеста ждёт, нужно соответствовать.

— А вам-то зачем к алхимику? — вроде бы тоже набрался я смелости задать ответный вопрос, раз уж сам разоткровенничался. Роли нужно было соответствовать. — Я, конечно, могу поверить, что дворянину захотелось сделать доброе дело, но не настолько же, чтобы меня провожать непосредственно в лавку.

— Да всё просто, парень, — открыто улыбнулся Альфред. — Я, считай, от имени своего рода скупкой крови занимался на месте последней битвы с ледяными вивернами. Сам иду сдавать ингредиенты. Ну и тебя заодно проведу: и мне компания, идти не скучно, и доброе дело сделаю.

Пока мы шли к алхимику, успели немного поболтать. В том числе и Зисланг аккуратно выведал у меня, где я добыл кровь виверн. Пришлось рассказать несколько переиначенную реальную историю с учётом наличия у него артефакта, определяющего правду.

— Да чудище, защитившее город, летало над крышами с отрубленной башкой ледяной твари. Вот с неё наверно и натекло немало повсюду. Я отыскал свои брызги в одном из переулков. А нескольким горожанам не повезло, их плевками заморозило, вот когда помогал им выбираться, там и нашёл.

— Так я и думал, — кивнул Альфред, поправляя капюшон плаща. Из-за меховой оторочки я даже цвета его волос угадать не мог. — Очень многие также по городу искали. Редчайшая алхимия буквально под ногами валялась. Кто посообразительнее, успел собрать. Так что молодец, что рассмотрел. Считай, что твоя наблюдательность сильно помогла тебе в жизни.

В Стокгольме, в отличие от нашей северной столицы, морской и воздушный порт находились рядом, видимо, для удобства перегрузки товаров. Алхимическая лавка Зислангов располагалась где-то в пятнадцати минутах ходьбы от воздушного порта в респектабельном районе, в трёхэтажном здании из красного кирпича с высокими стрельчатыми окнами.

Вообще все строения здесь были будто кукольные: кирпичные, с черепичными крышами, аккуратные — так сильно отличающиеся от приземистых строений на крайнем севере. Но что действительно удивляло — это чистота. Несмотря на то, что, казалось бы, воздушный и морской порт не способствуют чистоте и порядку, однако, глядишь ты, немецкий ордунг дисциплинен и здесь навёл порядок, приведя всё к единоначалию. Во всяком случае, в столице. На крайнем севере, в небольших городках, всё ещё чувствовался старый скандинавский дух.