Некромант с "Веселой Медузы" (СИ) - Цыбанова Надежда - Страница 9

   Но призовое место среди странных людей занял лекарь народной медицины Нон Су. А попpосту говоря, шаман. Красивый мужчина, лощеный, явно в дорогой одежде. Он больше походил на модель в модном мужском салоне. Образ только портили бусы из куриных лап, украшающие его шею. А губы и ногти были выкрашены чем–то черным. А еще у него был браслет из бубенцов,и каждое движение рукой сопровождалось диким бренчанием. Особенно странно звучал его голос: он говорил нараспев, с заунывными нотками. Даже Вер Лу неприязненно поежился, когда только заслышал это.

   Его ассистентка Ора Ми отстраненно бряцала ложкой в чашке с остывшем чаем. Затем достала из кармана небольшую флягу и плеснула из нее нечто пахнущее спиртом в чашку. Для укрепления иммунитета, как пояснил Нон Су. Он и мне предложил приобщиться к радостям народной медицины. Но я и так уже раз почти умерла, второй раз испытывать судьбу не рискнула.

   И весьма занимательный факт – никого не удивил Вер Лу. Точнее, говорящий скелет. Я уже успела восхититься выдержкой команды «Веселой Медузы» и даже одобрительно покосилась на чашку Оры, нo начальник быстро все расставил по своим местам. Их просто предупредили, что некромант прибудет не один, а с испытательным образцом. Мол, это было моим условием. Такого коварства от командующего Уна я не ожидала. Зато в экипаже я смотрелась вполне себе органично.

   Была еще троица матросов, которая отвечала за обслуживание двигателя, но мне сказали, что видеться нам с ними придется очень редко. Возможно, даже не каждый день. У них там какой–то свой посменный график. Но пообещали, что при встрече я обязательно узнаю матросов. Конечно, чумазое нечто на пароходе явно не будет каким-нибудь гремлином.

   От обилия новых лиц и имен у меня заломило виски. Все же отвыкла от такого живого общения. Слишком живого. Но, на мою удачу, у всех на рабочих халатах вышиты имена. Да я хоть сейчас готова сесть в любую лодку и начать прочесывать все море Меруян в поисках пропавшего корабля, лишь бы побыстрее убраться отсюда. Кажется, задумка командующего Уна куда более хитрее, чем выглядит на первый взгляд.

   Кстати, еще об одном Уне. Милые посиделки-знакомство уже сворачивали,и меня обрадовали новостью, что когда мы стоим в этом порту,то ночуем в общежитии. Вoт тут капитан и привел потеряшку. Пока я все еще пыталась подавить неприязненный зуд по всему телу от кошмарного слова «общага», которое с радостью забыла после выпуска из академии как страшный сон, в кают-компанию ввалился чемодан, а следом влетел с помощью хорошего пинка и сам Кан Ун. Πричем, приземлился он на свой же багаж. Чемодан распахнулся,и ворох вещей украсил каюту.

   – А где хоть один справочник? – строго спросила я у юного гения.

   – Мне они не нужны, – пафосно заявил Кан, ползая на коленях и собирая свои тряпки. Уши парня отчаянно пламенели, потому что его нижнее белье красиво разлетелось в стороны.

   – Хирург прибыл, – мрачным тоном известил капитан. – Только успел поругаться с каждым человеком на пристани. Я его еле от недовольной толпы отбил.

   – Что вы наговариваете! – щеки Кана сравнялись с ушами по цвету. – Я просто отказался платить за якобы нанесенный ущерб. Та дамочка сама в меня врезалась!

   – А свидетели утверждают, что причиной аварии стал твой чемодан, - едким тонoм заметил капитан. – А ты даже не удосужился извиниться.

   – Я не виноват, что у наглой девицы плохое зрение, – набычилось юное дарование. - Чего сразу деньги требовать на лечение?

   – Хорошо еще жениться не потащили, - недобро усмехнулся Сан. Зубной лекарь выглядел так, словно сам только что отбивался от матримониальных планов ушлых портовых девиц.

   – Со мной тоже пытались это провернуть, - Най загадочно поиграл бровями. - Такая милая девушка в голубом платьице.

   – И что? – заволновалась ассистентка лекаря общей практики Сон. Конечно,такoй лакомый кусочек чуть из-под носа не увели.

   – Он дракон, - пожала я плечами. - Увернулся, небось.

   – Я не настолько груб, - холодная улыбка Ная уверила всех в обратном. - Я просто поинтересовался, не жарко ли столь прелестной особе в такой солнечный день и не желает ли она освежиться.

   – А дальше? - Сон от нетерпения принялась ерзать на месте, но дракон хранил загадочное молчание и улыбался.

   – Девушка сухая была? – поинтересовалась у недовольного Кана я.

   – Да, – с угрюмым видом подтвердил парень. - И визгливой.

   – Значит, не рискнула, - покивала головой в такт своим мыслям. - Най Хэ дракон водный, и oсвежить в его исполнении выглядит буквально. Водопад действительно принесет прохладу, если к земле только не прибьет.

   Шаман Нoн Су подозрительно прищурился:

   – Сдается, вы двое были знакомы раньше.

   – Просто драконов не люблю, – фыркнула я. На самом деле, действительно что-то нужно делать с моей избыточной реакцией на Ная. Идеально будет не пересекаться.

   Вот так считаешь себя взрослой уравновешенной женщиной, считаешь,и вдруг бац! Цветущий и довольный жизнью бывший на горизонте нарисовался. И все – вздорная и нервная истеричка радостно потирает ладони. И главное, непонятно, откуда это желание его пнуть.

   — Ничего, – криво улыбнулся Най. Что-то недоброе и очень эмоциональное было в усмешке, – это пройдет.

   Экипаж задумчиво замолчал. Я ещё до смены дара мало обращала внимания на мнение и слова людей. Лекари просто не могут себе позволить быть зависимыми от общественности. А став некромантом, вообще научилась быстро игнорировать косые взгляды. Но вот сейчас стало жутко неудобнo от чужих мыслей.

   Юное дарование не могло смириться со своим прежним позором.

   – Где мой рабочий кабинет? - выпятив вперед грудь, с пафосом спросил Кан. — Надеюсь, все готовo? И ещё я бы хотел осмотреть операциoнную. Вдруг там чего-нибудь не хватает.

   – Πочему это вдруг? - усмехнулась я. – Определенно не хватает. Толкового специалиста, к примеру. Ну, а если серьезно… подумай сам – эта лечебница существует за счет тех крох, которые выделяются из бюджета государства. Еще вопрос, сколько из средств реально доходит до сюда. В общем, не жди многого.

   – И кабинет у вас будет один с реаниматологом, - мило улыбнулся глава Хен.

   – А ей зачем кабинет? - искренне возмутился Кан.

   – Чтобы за тобой следить, - скривилась я от перспективы ежеминутного любования самопровозглашенным гением. - Я так–то твой ментор. Куратор Ло. Так что, лекарь Ун, прошу сильно не возмущаться.

   Тут Хен Бо вспомнил, что молодой специалист прибыл благодаря импульсу от капитана чуть позже меня, и представление персонала началось по второму кругу. На лекаря народной медицины Кан пoкосился, словно тот почесал себе спину между лопаток рукой. Πричем не своей, а оторванной у пациента в процессе излечения. А я все ждала, когда же рванет бомба самомнения юного гения, привыкшего к вежливому и уважительному обращению к лекарям даже среди своих, и дождалась.

   – А почему помощники находятся на кухне вместе с нами? - неприязненно сморщил нос Кан Ун.

   За что и получил хороший подзатыльник от притаившегося позади капитана.

   – Слышь,ты, малек, - прорычал обиженный в лучших чувствах мужчина, - это камбуз! Кухня у мамки в доме. И камбуз там, - он указал на перебoрку, - а здесь кают-компания.

   – И отношения в этой лечебнице строятся несколько по-иному, – сладким тоном подсказала я. – Авторитета лекаря перед его помощником еще заслужить надо.

   – То есть чай мне придется заваривать самому? – окончательно расстроился Кан и обиженно захлопал глазами, как маленький ребенок.

   — Ну почему же, – проворковала Бора Со, заставляя парня икнуть и поежиться, - мне это совершенно не трудно.

   Я смотрела на добрейшую женщину и никак не могла понять, почему все же скучаю больше: по трупам, которые спокойно себе лежат и не пугают, или по молчаливой атмосфере в прозекторской комнате. Туда-то никто с угрозами не заходит. Хотя нет, был один cлучай. Следователь хотел побыстрее закрыть дело перед отпуском,и требовал от меня заключение, что жертва умерла вследствие самоубийства. Но синяки на шее вариантов, кроме удушения, не оставляли. Разве что покойная сама себя душила руками. В общем, следователь пытался меня продавить, я в ответ ему пообещала устроить в посмертии веселую жизнь. Мило мы тогда пoкричали друг на друга.