Пленница амулета страсти (СИ) - Лаут Шана - Страница 46

Я постаралась подать знак, что слышу, хрипела, шевелила пальцами, двигала глазами под этим ослепительным лучом. И сработало, мужчина стал более энергичным, что-то кому-то скомандовал, а потом снова обратился ко мне:

— Вы помните, кто вы? Ваше имя Лиса?

— Да, — просипела еле слышно, но меня не услышали, зато горячее тепло окутало мои ледяные пальцы, и так приятно стало.

— Постарайтесь не напрягать голос, сжимайте мою руку, но осторожно, — чуть мягче сказал целитель — в его профессии я не сомневалась. — Вы Лиса?

Конечно, я сжала руку, подтверждая. Нет смысла говорить, что я не она. Возможно, можно было бы разыграть амнезию после случившегося (Лису очень помяло, и такой диагноз был бы встречен положительно, то есть не вызвал бы подозрений), но я успела заглянуть в её разум, в её память. Душа помнила многое, а теперь у меня её тело, и я могла использовать его помять. Аргумент в эту пользу: я понимаю речь местных жителей.

— Отлично. Реакция хорошая, давление в пределах нормы, повреждения верхнего позвоночного столба отсутствует. Проверка на проблемы с кровообращением мозга и понимание, — проговаривал он, а потом снова вернулся ко мне, но сжал уже другую руку. — Лиса, вы помните, какой сегодня день? Число? Пятнадцатое? Июль?

Я снова сдавила его руку. Да, она именно пятнадцатого попала в ту неприятную ситуацию. Июль… это месяц середины лета — самого жаркого сезона. Да. У них многое очень похоже на наше, но имеет свои особенности. Двенадцать месяцев, странное количество дней в них, в каждом дне всего чуть-чуть не хватает часов. Придётся долго привыкать к новому времяисчислению, раз уж попала сюда.

О возвращении назад даже думать не хотелось. В Лисе я уверена, она что-то придумает, справиться, сделает так, как она сама того захочет. А я… я провалилась как Нарейя Эло. И думала уйти к предкам, но, видимо, мне тоже решили дать шанс прожить своё. Точнее её время.

— Хорошо, реакции положительные, кровообращение в норме, давление неизменно. Память не нарушена, но нужны будут ещё проверки, — целитель снова к кому-то обращался. Видимо, привёл с собой помощника.

Нет, не целитель. Здесь они назывались врачами — подсказала мне память. И магии в этом мире не было. Точнее было что-то отдалённо похожее, но иное, то, что использовала я, чтобы поменять нас. А ещё — оно приносило больше беды Лисе, чем помощи. Лучше не пользоваться этим, а ту книжку сжечь и забыть, как самый большой страх. Отрезать путь себе, но такова будет моя плата Лисе за возможность пожить ещё, хоть и за её счёт.

— Лиса, слушай внимательно. Ты попала в аварию. Тебе сейчас нужен покой и присмотр, обещаю, мы поставим тебя на ноги. Но и ты не сдавайся, помогай нам, хорошо? — врач был очень добрым, на памяти Лисы такое встречалось крайне редко, значит, мне повезло. Я сжала его руку. — Вот и умничка. Сейчас ты захочешь спать, не пугайся, это лекарство. Тебе нужно много отдыхать, чтобы тело быстрее вернуло себе силы для борьбы. Мы рядом, семья тоже рядом. Спи.

И едва он закончил, как я уже провалилась в сон. Сновидений не было, зато я поглощала всю память, которая мне была доступна, чтобы пропитаться прошлым Лисы и никто не смог найти отличия. А если мелкие детали и будут замечены, то можно будет списать на травму и пережитое.

Когда же проснулась, то сил прибавилось, а там и глаза открыть смогла. Я находилась в палате, довольно широкой и свободной, а ещё приватной, только на меня одну и рассчитанную. Это очень дорого, но кто-то точно постарался. Может братья Лисы скинулись? Они довольно неплохо зарабатывали, вот только верилось с трудом, ведь все они больше любили другую сестру, принимая старшую как должное, как такую же пацанку, как они.

О том, что придётся общаться с Арией, думать не хотелось. Но я найду способ, как не дать себя запугать и использовать. Только не снова. Я не наступлю на те же грабли, хватило и прошлой жизни. А тут у этой дрянной девчонки точно не столько власти, как у моей матушки, старшей дамы Эло, значит я точно справлюсь.

Я должна. Я обязана!

Первое время меня не кормили, давая всё через капельницы, так что полноватое тело худело и отдавало все накопленные ресурсы, чтобы помочь себе. Ко мне часто заходил тот врач, проверял состояние, беседовал, задавал вопросы (видимо, чтобы проверить ментальное состояние и выявить проблемы), но, с его слов, я показывала положительную динамику, то есть восстанавливалась телом, а головой была и так относительно здорова. Это хорошо.

Так же он присылал ко мне других своих коллег, чтобы я быстрее могла хотя бы сесть. Лежать было очень утомительно, и я старалась воспринимать это время, как отдых, но всё равно уставала. А вот когда смогла уже более менее двигаться и говорить без хрипа (врачу очень понравилось, что в голос вернулась сила, он прям довольный от меня уходил), то ко мне было дозволено приходить родным. Почему до этого не заходили? Видимо, дяденька врач ну очень этому сопротивлялся, так он ворчал на них, когда упоминал.

Как я поняла из его случайных фраз, он был знакомым одного из дядей Лисы, ну и, как по иронии судьбы, другом отца того, кто меня сбил. Точнее сбил Лису местным каром, называемым автомобилем. Конечно, я выведала у него, что же случилось. Оказалось, что у мужчины за рулём отказала механическая часть авто, и машина не смогла остановиться вовремя на светофоре (местном регуляторе перекрёстного движения), ну и пролетела его, а потом вылетела на пешеходную дорожку, где шла Лиса. Её задело довольно сильно, но спасло то, что впереди оказалось стекло (чудом не порезало), а не стена, часть которой остановила машину от дальнейшего вредительства.

Водитель тоже пострадал, но не так сильно. Даже находится в соседней палате. И это он, в качестве части возмещения нанесённого ущерба, выкупил мне (пора воспринимать случившееся, как с собой, и это тело, как себя) эту палату, ну и лучших врачей из знакомых. Иронично, что один из дядюшек тоже знал этого врача, вместе учились в старших классах школы.

И вот теперь, семья стала приходить ко мне. Первой, конечно, зашла мать. Она была бледной осунувшейся, но очень красивой ухоженной женщиной. Судя по тому, какой она была раньше в воспоминаниях, то новый брак был ей на пользу. В нём она была счастлива. Вот только случившееся с её ребёнком всё же немного надломило это счастье.

Мать плакала, спрашивала, как я, как идёт моё восстановление, ворчала на Павла Петровича (присматривающего за мной врача), что он злыдня такой и не пускал к кровиночке. Тёплая женщина, не сказала бы, что любящая, но что-то в ней есть такое, чего я никогда не чувствовала в своей. Что-то родное и приятное. Материнские узы с ребёнком?

Лиса очень любила мать, поэтому не навязывалась, когда та нашла своё счастье и зажила больше для себя, чем для семьи прошлого мужа и всех её частей, включая дочь.

«Странная, могла бы и на развод подать, ну или любовника завести для счастья», — подумала я, а потом поняла, что не могла. В этом мире другие правила, другая структура в семьях и союзах. Странно, что их называют браком… словно что-то сломанное. Хотя если присмотреться, чаще всего так оно и есть. Что-то сломанное и ломающее тех, кто решился на союз. Чаще ломались женщины, ведь мы более чувствительны к миру, энергиям и воздействию.

Вслед за матерью в палату время от времени забегали братья. Приносили вкусняшки, в виде фруктов и всяких нежёстких вариантов пищи (врач запрещал, да и фрукты тоже пока было нельзя, но парням всё равно), даже игрушки мягкие приносили в виде местных животных. В этом мире живут только люди, а остальные его жители лишь частично разумны, либо совсем без особой способности к точному мышлению. Но я привыкла, что вокруг больше людей, чем иных рас, мне будет проще приспособиться к их поведению и мышлению.

Братья ухаживали и задаривали подарками, вот только с Лисой так не делали. И это настораживало. Да они понимали, что я тоже девочка, тоже хрупкая, но не такая, как Ария, и что справлюсь с любой ситуацией. Поэтому и волновались редко. Не волновались, даже когда болела чем-то опасным. Настораживает такое. Словно они почти всё время были под ментальным вмешательством.