Пленница амулета страсти (СИ) - Лаут Шана - Страница 20

Да и не скажу, что быть в таких сильных и нежных руках неприятно. Скорее наоборот, слишком приятно. Его тепло и сила проникают мне под кожу, согревая изнутри. Не будь у нас такой накалённой ситуации, вынудившей всё прийти к тому, где мы сейчас, то может я бы наслаждалась моментом. Только вот я могла лишь обдумывать уже случившееся, рыться в деталях, ну и смотреть за дорогой. Впереди и позади.

В салоне кара не было света, что позволяло легче видеть всё, что происходило снаружи. Напряжение внутри от ещё плескающихся гормонов стресса в крови буквально не давало расслабиться. Муж и сам был напряжён, но его, кажется, волновало больше явно необычное поведение варпа, чем то, что я выбрала его супругом и меня срочно нужно показать родным. Без встречи с ними не обойтись, ведь мы едем к нему домой.

Дом. Какой он у него? Может он вообще отдельно живёт. Почему я решила, что там живёт целая семья? Видимо, всё дело в восприятии Нарейи и укладу большинства семей в этом мире. Многие живут на больших и не очень территориях, в домах или целых комплексах, где размещается почти весь клан (если в они в одном городе и районе), и редко кто живёт отдельно. У каждого есть своё место в клане и положение в семье, что определяет, где и каком месте относительно главного дома он будет жить.

Наверняка Варс сейчас везёт меня как раз в клановый мини-район или поместье, где собрались все родные, кровные и не очень, и близкие по духу и убеждению существа (например, служащие и работающие в клане люди-нелюди тоже считаются его частью и могут проживать на его территории, а не только на территории своих семей и кланов). А значит, там будет и его семья, которой ему точно нужно меня представить, как свою супругу. Ну уж главе клана точно обязан.

Интересно даже, какое он занимает положение в этой структуре? Всё же он молод, но смог так быстро достичь положения в карьере, что даёт ему право быть начальником целой охранной группы в таком политически важном месте, как посольство.

Я не расстроюсь, если будет простым рядовым жителем, но и не удивлюсь, если будет связан кровью с главной семьёй в клане. Меня больше волнует то, что мы едем прямо туда, к нему домой, и ни муж, ни его друг-водитель совсем не смотрят — а нет ли за нами погони. Они словно уверены, что такого быть не может, что уже всё позади, и можно спокойно топить в сторону дома.

Уж чему хорошо научила меня жизнь на земле, так это тому, что нельзя лишний раз никому говорить, где, как и с кем ты живёшь, чтобы не возникло проблем в виде преследования, сталкинга, воровства или, не дай Бог, убийства и чего ещё похуже. Как ребёнок, выросший в неблагоприятные временя, и тем более девушка, что жила одна, пусть и в съёмной квартире, я выучила это правило назубок. И ведь много неприятных примеров было везде и всюду.

Вот и сейчас я всматривалась в темноту дороги за нами, стараясь выловить проблеск или намёк на то, что погоня имеет место быть. Да даже если и нету, то бережёного Бог бережёт. Поэтому я сначала посмотрела на мужа, потом на водителя, стараясь выглядеть так, словно просто интересуюсь.

— Дейс, верно? — обратилась я к ним обоим, но больше к самому водителю.

— Верно, эри, — чётко и по-военному ответил тот, а супруг кивнул, хотя всё его тело как-то странно напряглось. — Вас что-то беспокоит? Укачало? Я могу снизить скорость, дорога тут ухабистая, но скоро выедем на улицы основной части города, там будет уже полегче.

— Нет, не укачало. Не сбавляйте скорость. Я бы хотела попросить вас кое о чём, — мой голос был напряжён, мужчины точно это почувствовали, так что теперь муж смотрел уже не куда-то в сторону окна, а точно на меня и с тревогой.

— Всё, что угодно, эри, — с напряжением ответил и наш извозчик, старающийся не показывать, что его что-то взволновало.

— Прошу вас выбрать максимально загруженные транспортом дороги города и двигаться по ним так, чтобы не вызвать подозрения, но удостовериться, что на нами нет погони, — предельно честно попросила я. Теперь Варс был очень хмур, но как-то оглядываться по сторонам не стал. А ещё я почувствовала, что в случае чего, он схватит меня и броситься на утёк. Буквально в любую удобную секунду.

— Погони? — чётко переспросил водитель, словно пробуя это словно на вкус, а потом посмотрел на зеркала, что были приделаны к внешним углам каров. Они были небольшие и повёрнуты так, чтобы карщикам было удобно видеть то, что происходит позади, но не внутри салона. Проверил? Но убеждать, что её нет, не стал. Это хорошо. Осторожные люди — живые люди. — Я вас понял, эри. Будет исполнено.

— Боишься, что нас выследил кто-то из тех, что пришёл за тобой? — через пару минут напряжённой тишины спросил муж. Мы как раз подъезжали к окончанию лесной полосы, за которой нас ждали огни улиц и домов.

— Думала, спросишь о варпах, — зачем-то призналась ему о своих мыслях. — Но ты прав. Я не упускаю и такого варианта. У них очень длинные руки. Кто знает, может их люди есть как среди посольства, так и среди жителей этой страны. И я не хочу попасть в их руки.

— Кто они? Расскажи всю ситуацию, я должен знать, к чему быть готовым, — Варс был очень серьёзен и не ставил мои слова под сомнения, наоборот, готовился дать отпор обидчику, даже если он мнимых. Это давало ему много плюсов в моих глазах.

Может всё же и правда мужчины этого мира чуточку другие.

И я рассказала. Всё, что знала о Нари и её ситуации. Что «меня» держали в пределах клана матери, не выпуская без причин с территории, а то и дома. Что мать строила козни и планы, как избавиться от нелюбимой дочери, приплода от её мимолётной связи с безродным, и желательно избавиться так, чтобы и следа в этом мире не осталось. Иными словами — убить.

Но просто так это сделать было нельзя по закону, ведь смерть женщины — это то, что привлечёт очень много внимания, даже если она естественная (её естественность будет доказывать целая комиссия целителей, лекарей, дознавателей и хранителей правопорядка, включая законников). Поэтому от нежеланной дочери нужно было избавиться максимально законно и так, чтобы точно канула в лету. А как это сделать проще? Правильно, отдать замуж за чудище, что точно убьёт её своей природой, и законники со всеми остальными проверяющими будут иметь дело с её неаккуратным мужем, а не матерью. И уж тем более не такой знатной особой, что покажет себя убитой горем в спектакле, где и так многие знаю, что всё было подстроено, но предъявить ничего не смогут.

И вот, получив момент временной свободы, Нари… вернее я уличила момент и воспользовалась им, чтобы сбежать и найти максимально законный и безопасный метод, чтобы уйти от контроля опасной родительницы. Даже описала конкретно свой путь к побегу: увидела возможность взять себе ирна, укрыться с ним там, где не будет лишних глаз и охраны, сбежать с ним, найти законников и…

— Я хотела сначала просто сменить имя и исчезнуть, стать новым человеком в системе, — подходил к концу мой рассказ, который мужчины слушали и не перебивали, даже вопросов не задавали. — Но оказалось, что без согласия родителей, а точнее матери, такое сделать… Можно, но займёт слишком много времени, включая то, что мать могла оспорить моё решение и вызвать меня в суд. Это всё заняло бы время, что дало бы ей его на то, чтобы доказать мою недееспособность и вообще украсть. Воплотить её старый план, а потом пожать плечами, мол, я тут ни при чём, спрашивайте со вдовца. Поэтому я решила пойти по второму плану, когда первый провалился, и попросила политического убежища. Законник подготовил мне список, куда я могла бы отправиться. И я выбрала Шадию. Она далеко и довольно закрыта от остального мира. А наг, мой временный ирн, стал хорошим подспорьем и пропуском на территорию посольства.

Мы ехали по оживлённым вечерним улицам города, поворачивая в разные стороны, чтобы точно затеряться и увести погоню. Иногда даже делали целый круг и поворачивали в обратную сторону, объехав целый квартал. Я следила за всем краем глаза, пока делилась ситуацией. И особенно много внимания у меня уходило на движение каров, что ехали позади нас, но ни один не повёл себя странно или так, чтобы вызвать у меня более пристально внимание или волнение.