Непутёвые ведьмы-попаданки. Дилогия (СИ) - Губина Мотя - Страница 25

Аристократичные призрачные усы подозрительно задвигались, так как их обладатель явно чувствовал наличие подвоха, но определить его не мог.

— Теоретически, — осторожно проговорил он, — так и есть, но я думаю…

— Брайн, хорошему слуге нужно не думать, а выполнять, — наставительно произнесла я, подняв вверх указательный палец.

Затем обвела хищным взглядом притихшего ворона и вечно молчаливую горничную.

— Так, дрУги мои… А сходите-ка вы во дворец, да притащите-ка мне сюда главного распорядителя по хозяйственной части. Мне бы с ним перетереть кое о чём надо.

— Что? Нет! Исключено! — взвился призрак.

— Никаких посетителей в доме! Я уже пятнадцать лет охраняю это здание и при мне ни одна мышь внутрь не проскочила! Не ведьме здесь распоряжаться!

— Крэг дал запрет на посетителей? — подняла я бровь.

— Нет, но это моя святая обязанность…

— Ваша святая обязанность, Брайн, была вовремя отбыть в мир иной, — парировала я, осуждающе качая головой, — но раз уж вы здесь, значит, благородный некромант позволил вам остаться и приносить пользу!

Я скосила взгляд на Каркуша, который подавал невербальные знаки о том, что я явно переигрываю, но на меня снизошло вдохновение.

— Так неужели вы ставите своё личное, прошу заметить, необъективное мнение выше прямого указа вашего благодетеля? Или вы считаете, что имеете право распоряжаться в его доме?

— Что? О чём вообще эта ведьма говорит?! — возмутился дворецкий, впрочем, на глазах теряющий остатки былой уверенности. — У меня есть приказ…

— Охранять меня, — закончила за него, — а охранять и приглядывать — не значит сторожить. Это значит — помогать и оказывать содействие! Видел, как твой хозяин за меня заступился? А что делаешь ты?! Ты меня от меня отмахиваешься, тем самым нарушая волю своего хозяина! О, неблагодарное создание! Если Крэг узнает…

Тут я сделала театральную паузу, а краем глаза заметила, как Каркуш молча похлопывает одним крылом об другое, имитируя аплодисменты. Медленные, но аплодисменты.

Я победно посмотрела на поверженного и растерянного оппонента.

— Но я могу тебе помочь, Брайн! Помоги мне осчастливить твоего хозяина, и он не узнает о твоём вопиющем проступке…

Благодаря необыкновенному уму и смекалке мне всё же удалось уломать растерянного дворецкого нам посодействовать.

Бедняга понимал, что его точно где-то надули, но не понимал, где. Видимо, в жизни мало общался с интриганками. А зря — нигде так больше не научишься мастерству увиливания и игре слов, как в старом добром серпентарии.

Так что буквально через полчаса передо мной стоял весьма нахального и вороватого вида Королевский распорядитель дворца по хозяйственной части.

— Я знаю, сколько ты наворовал, — без предисловий заявила я, встречая его сидя в кресле, что мы стащили из комнаты Крэга. Хорошее кресло — с высокой спинкой и широкими подлокотниками, на которые я величественно положила ладошки с аккуратным маникюром. Ноги закинула друг на друга, открывая сбоку вид на высокий, до самого бедра разрез. Декольте опустила пониже, а губы намазала алой помадой из запасов Нинаты.

Роковая баба! Настоящая ведьма.

Бедняга пытался выглядеть внушительно, но его глаза то и дело разъезжались, не в силах выбрать, в какой разрез заглядывать.

— Поклёп и неправда, — прохрипел он, ослабляя шейный платок, что явно начал душить хозяина.

— Это ты своей любовнице рассказывать будешь! — нагло ухмыльнулась я.

Оппонент побледнел.

— Откуда ты знаешь?!

Откуда? Да у него на хитрой роже написано, что гуляет, как кот мартовский!

Вместо слов я медленно поменяла ноги, чем вызвала нервное дёрганье глаз у посетителя.

— Душечка, не стоит врать ведьме. Если я получу всё, что мне нужно, то никто о твоих грязных делишках не узнает.

— Ну ты даёшь, Нинка! — восхищённо проговорил Каркуш, помогая мне заправить кроваво-красным покрывалом широкую кровать Крэга. — Даже Нината такой наглой не была!

— Ты мне льстишь, — отмахнулась от незаслуженной похвалы, — я не наглая, я — заботливая. Вот не поверишь, как только узнала, что Крэг живёт здесь один-одинёшенек и никто его не любит, так сразу сердце сжалось и захотелось обогреть беднягу…

— Ты его в этом виде обогревать будешь? — насмешливо поинтересовался птиц, кивая на моё вызывающее платье. — Если так, то я, пожалуй, самоудалюсь. У меня тонкая душевная организация.

— Что? Что ты такое говоришь? — возмутилась я. — Чтобы я… Да за кого ты меня принимаешь?! Я тебе про душу говорю!

На столик у кровати я поставила резную белую вазу с ярко-алыми розами. Не уверена, что Крэгу они нужны, но хозяйственник приволок их столько, что хватило бы на цветочный магазин, так что я расставила их по всему дому. Скорее всего, он пытался ведьму задобрить. А я что? Я и так добрая! Вот как забрала у него всё, что нужно для комфортного проживания в доме мужчины, так сразу и отпустила с миром.

Это случилось в тот момент, когда я укладывала трусы мужчины ровными рядками в длинный короб, что специально для этого дела отобрала из всех присланных коробок.

Пуговица на моём платье, аккурат на декольте, что совершенно неприлично оголяло верхние части тела, нагрелась и засветилась.

— Горим! — дёрнулась, падая на попу и отползая незнамо от чего. Только когда сообразила, что горит моё собственное платье, паника стала ещё больше.

— Снимай его! — завопил ворон.

Я уже задрала подол, когда пуговица с громким хлопком лопнула, а из неё повалил густой зелёный туман.

Мы с фамильяром испуганно застыли, не в силах оторвать взгляды от того, как дымчатые плети расползаются по всей комнате, ощупывают каждый угол, осматривают все щели и, наконец, густеют и формируются в овальное полу-прозрачное зеркало.

С глухим хлопком последовала яркая зелёная вспышка, и в зеркале появилась моя старая знакомая.

— Значит всё же подселенка, — изогнув губы в страшной ухмылке, проговорила верховная ведьма. — Безмозглая девица вселилась в тело могущественной ведьмы.

Тут она сжала подлокотники кресла, на котором сидела, и резко придвинула своё лицо ко мне, заставляя испуганно взвизгнуть и закрыть голову руками.

— Человеческое отродье, — с дьявольской ухмылкой выплюнула она, — ты умрёшь, девочка. Умрёшь, но поможешь нашим планам. В теле Нинаты ты принадлежишь ковену ведьм. Мы воспользуемся тобой, раз ты посмела убить одну из нас.

— Это не я! — прохрипела испуганно. Шевелиться под её черным немигающим взглядом было страшно.

В ответ женщина расхохоталась.

— Этой ночью ты проберёшься в королевское хранилище и выкрадешь оттуда портальный артефакт. Принесёшь к воротам и оставишь под третьим по счёту кустом роз с правой стороны аллеи.

— Некромант не позволит, — осмелев, вякнула я, искренне надеясь, что сейчас прибежит страшный-страшный Крэг и прогонит прочь не менее страшную бабку.

— Попробуй ему сказать о нашем плане, — оскалилась она, щёлкнув пальцами. И в тот же миг одно из призрачных зелёных щупалец метнулось ко мне и буквально влетело в мою шею, вызывая болезненный спазм.

Я испуганно схватилась руками за горло, захрипев от скрутившей меня боли.

— Если хоть слово о нас вырвется из твоих уст или же из уст твой животины, — я скосила глаза вбок и увидела, как рядом со мной хрипит на полу Каркуш, тоже окутанный колдовским дымом, — то ты тут же испустишь дух. И на этот раз навсегда.

Ворон болезненно захрипел, а я, схватив деревянный короб, что оказался под рукой, с силой метнула его в зеркало, вызвав жуткий звон. Стекло за секунду покрылось мелкими трещинами, а затем, с истошным визгом ведьмы, разлетелось миллионом острых осколков.

Зелёный дым мгновенно схлопнулся, а мы с Каркушем рухнули на пол как подкошенные. И только разлетевшиеся мужские трусы медленно спланировали с потолка, осыпая всё доступное пространство.

Ведьма исчезла. Исчезла без следа. Но спазм в горле, что остался практически незаметным, но всё же точно был, лучше всяких слов говорил о том, что нам всё не привиделось.