Фиктивный брак, или "Спасибо за покупку!" (СИ) - Давыдова Ирма - Страница 17

В прихожей Зиновьева тепло прощается с родителями, обнимая мою мать и пожимая отцу ладонь. На меня ноль внимания, и это, если честно, напрягает. Вернусь – очень серьёзно поговорим. Без свидетелей и вправду будет сподручнее, так что беру в руки кадушку с комнатным растением и выхожу из квартиры первым.

Честно говоря, из-за этой дурацкой раскидистой пальмы вообще ничего не вижу – ни дорогу впереди, ни лица родителей, которые, как на грех, шушукаются между собой. Ох я и буду ругаться, если после выходки Зиновьевой усилия двух с половиной месяцев пойдут насмарку!

- Лёш, ты чего такой рассеянный сегодня? – интересуется мать, когда я после выхода из лифта едва не врезаюсь в ближайший столб подземной парковки. – Может нужно тебе отдыхать побольше?

- Отличная идея, мам, - киваю, едва не задев лбом один из листьев пальмы. – Обязательно так и поступлю.

Вот только поругаюсь дома как следует, и сразу же отправлюсь отдыхать.

Автомобиль отца припаркован недалеко от моего, и он вначале помогает усесться матери, а потом – устроить на её коленях это зелёное недоразумение в горшке. Очень надеюсь, что растение не станет мешать обзору по зеркалам, но до того, как говорю это своему старику, тот захлопывает пассажирскую дверцу и разворачивается ко мне.

- Извинись.

- Э… За что? – с непониманием спрашиваю. Что я такого умудрился сделать, что отец требует от меня извинений?

- Тебе лучше знать, - строгий взгляд, руки сложены на груди. Неужели всё-таки догадался про фиктивный брак и то, что всё это затеяно ради компании? Чёрт… - А даже если и не понимаешь, всё равно извинись.

- Пап, я…

- Женщины вообще существа странные, - отец пожимает плечами и косится на салон авто. – Лучше заранее согласиться, что виноват, и попросить прощения, чем слушать эти бурчания ещё неделю, а то и две.

Минуточку! Женщины? Бурчание? Мы вообще о чём сейчас разговариваем?

Но отец, к счастью, не особо замечает моё удивление, и, похлопав по плечу, направляется к машине.

- Ну всё, меня твоя мама уже ждёт, - говорит он, открывая дверь со своей стороны. – Давай там, не подкачай: извинись, приласкай ночью жену, а утром проснёшься пораньше и принесёшь ей цветы. Никакой доставки, только сам!

- Да у нас и так не квартира, а оранжерея, - тяну, пытаясь сообразить, о чём твердит мой родитель.

- Лишним никогда не будет. Ну всё, утром позвоню и будь готов к отчёту.

Меня оставляют на парковке одного, совершенно не понимающего в чём вообще дело. Но, кажется, я знаю, кто мне сейчас всё объяснит.

К лифту я возвращаюсь, начиная накручивать себя. Пока поднимаюсь на свой этаж, мысленно ругаю Зиновьеву на чём свет стоит. Вот не нашла она другого времени, чтобы высказать своё «фи»? Нормально же жили, не лезли друг к другу. У нас был устоявшийся график. Изо всех сил гоню мысли о соседе-Толике, но это тут вообще не причём. Зачем было устраивать сцены перед моими родителями?

Открываю дверь в квартиру я уже порядком заведённый. Так и тянет гаркнуть фамилию жены, но в этот момент та сама выходит из кухни и с совершенно спокойным видом спрашивает:

- Чаю?

Честно, очень хотелось поругаться, но меня словно окунули в ледяную воду – настолько доброжелательный у неё был взгляд. Так что стою, как истукан, и жду от Сони подвоха.

- Пироги я уже убрала, но у меня ещё есть печенье. Ты ведь не против?

Ну и что я на это должен сказать? Особенно когда она уже скрылась из вида, а на кухне слышны привычные и такие уютные шорохи.

Когда снимаю верхнюю одежду и прохожу к столу, на том уже стоит свеженький ягодный чай с мелиссой, а в вазочке разложены домашние печенья различных форм. Пахнет корицей и ванилью, тканевые салфеточки создают ощущение уюта, и ругаться расхотелось окончательно.

- Сонь, ты почему так вела себя перед родителями? – всё-таки спрашиваю, похрустывая первым из печенек. Отличный вкус, как и всегда.

- Правда же здорово получилось? – с энтузиазмом интересуется супруга, делая глоток чая, а глаза её горят энтузиазмом.

Мы словно говорим о каких-то пустяках, хотя вообще-то на кону моя карьера. И это заставляет припомнить поутихший вроде бы гнев.

- Какое «здорово», Зиновьева?! Мы же должны были изображать из себя любящую пару! Отец вот-вот поверил бы, но эта твоя выходка…

- Стоп-стоп-стоп.

София мотает головой, а после тянется к своему телефону. Выкладывает его передо мной на стол и выводит на экран какое-то приложение. «Лит…» что-то там.

- Поставила себе дня через три после замужества, и сразу оформила немало подписок, - едва ли не с гордостью говорит жена. – Смотри, сколько книг в библиотеке!

Кажется, это ресурс с интернет-изданиями книг, и под внимательным взглядом Зиновьевой начинаю вчитываться в названия обложек. Ох, лучше бы я этого не делал… «Развод в сорок один – он будет сожалеть!». «Жена дракона поневоле». «Толстушки рулят, или пирожки для миллиардера». И это я только самые адекватные выхватил из общей кучи! Обложки так и вовсе заставляют поморщиться, потому что с экрана на меня глядят сплошные мачо, либо смазливые и с длинными волосами, либо небритые бруталы. Компанию же им составляют дамочки такого вида, будто бы месяц назад потратили на пластикового хирурга половину бюджета Италии.

- Сонь, - тяну, возвращая телефон жене. – Я, конечно, не осуждаю, и такое хобби тоже имеет место быть. Но к делу это вроде как не относится.

- Ещё как относится, - победно улыбается Зиновьева. – Возможно там и клишированные сюжеты, зато они отражают как раз те модели отношений между парами, которых от нас ждут твои родители. Смотри, мы ведь уже два с половиной месяца женаты?

- Верно, - киваю, по-прежнему не понимая, к чему она клонит.

— Значит конфетно-букетный период пора прекращать, уступив место притирке характеров. Но если твои родители не увидят хотя бы маленькой ссоры, то рано или поздно до них дойдёт, что мы просто играем на публику.

Хм. Вообще-то логика в словах жены присутствует, но как-то это… сложно, что ли?

- Если бы я была азартной, то обязательно предложила поспорить на коробку конфет с бельгийским шоколадом, что завтра отец позвонит тебе и спросит, помирились мы или нет. А когда ты ему это подтвердишь, расскажет, что только сейчас и начал верить в наш брак по-настоящему.

- Хорошо, что ты не азартная, - хмыкаю, - потому что конфеты бы не получила.

- Посмотрим, - Соня улыбается мне и опять заправляет локон за ушко. Маленькое. Аккуратное. – Ладно, давай заканчивать с чаем и спать – время уже совсем позднее.

А конфеты я следующим утром всё-таки купил. Правда на вопрос, как у неё получается так предугадывать события, Соня напомнила, что давно стала специалисткой по вранью. И ещё раз поблагодарила за покупку. Бельгийский шоколад перешёл в её владение целиком, потому как настроение моё почему-то пошло на спад.

Надо же! Оглянуться не успела, как по календарю зима закончилась, уступив место весне. Правда исключительно по календарю, и доставать весеннее пальто из шкафа рано. А ведь, казалось бы, совсем недавно отмечали Новый год…

Встретили мы его, разумеется, в кругу семьи Алексея, и я наконец-то была представлена старшей сестре мужа Маргарите. Ну и заодно поняла, почему Лёша так долго скрывал меня от этой своей части семейства.

Без предварительной подготовки выдержать напор этого семейства не так-то и легко. Трое мальчишек-погодок с шилом в одном месте на деле оказываются только вершиной айсберга. Сама Рита – активная, пробивная дама, которой палец в рот не клади, обладает недюжинным умом и отменной интуицией. Нас минимум три раза спасало от разоблачения лишь то, что с момента брака успели немного изучить привычки друг друга. А «Валерик»! Это только с первого взгляда думаешь, что перед тобой сидит типичный подкаблучник, который на любое предложение жены отвечает «да, дорогая». На самом деле, и мозгов, и выдержки, и тяги к интригам у этого матёрого юриста буквально вагон и маленькая тележка. Подозреваю, что если бы Николай Алексеевич действительно решил оставить семейный бизнес ему, то они вместе с супругой справились бы с возложенной на них миссией на ура. Другое дело, что это место просто создано для Лёши. Он знает о бассейнах всё «от» и «до», буквально горит любимым делом и на работу ходит всегда с удовольствием. В том числе и поэтому я намерена помогать шефу достичь цели и заполучить компанию отца. Хотя двенадцать миллионов, разумеется, приятно греют душу и кошелёчек.