Измена. Без права на ошибку (СИ) - Бестужева Стася - Страница 1

Хрустальный бокал в моей руке дрогнул, когда я в очередной раз оглядела гостиную в поисках Максима.

– Катенька, какой же у вас прекрасный дом! – восхищенно воскликнула Марина Сергеевна, жена начальника Максима. – И как все продумано до мелочей!

Я улыбнулась, машинально благодаря за комплимент. Да, дом действительно был красивым. Я потратила два года на то, чтобы довести его до совершенства – от итальянской плитки в холле до дизайнерских светильников в гостиной. Каждая деталь была выверена, каждый предмет находился на своем месте. Как и полагается архитектору, я создала идеальное пространство для жизни.

– Спасибо, – ответила я, снова осматривая комнату глазами хозяйки. – Мне важно, чтобы гостям было комфортно.

И гостям действительно было комфортно. Тридцать человек – коллеги Максима, наши общие друзья, соседи – свободно размещались в просторной гостиной, перетекавшей в столовую. Кто-то расположился у камина с бокалами игристого, кто-то изучал мою коллекцию книг по архитектуре, а группа мужчин активно обсуждала что-то у панорамного окна. Идеальная картина домашнего праздника.

Вот только главного героя вечера не было уже полчаса.

– А где же сам именинник? – как будто прочитав мои мысли, спросил Виктор Петрович, подходя ко мне с тарелкой канапе. – Совсем зазнался, решил, что без него веселее будет?

Я рассмеялась, но смех получился натянутым.

– Знаете, как мужчины. Наверное, срочный звонок поступил. Вы же знаете Максима – работа для него святое.

– Это точно, – кивнул начальник. – Такие сотрудники на вес золота. Но в день рождения-то можно и расслабиться!

Последний раз я видела мужа, когда он помогал мне выносить торт из кухни. Семикилограммовое произведение кулинарного искусства с тридцатью пятью свечами – я заказывала его в лучшей кондитерской города. Максим тогда обнял меня за талию, поцеловал и прошептал: "Ты лучшая жена на свете". А потом растворился среди гостей, как будто его и не было.

Кабинет. Конечно! Максим мог засесть там с ноутбуком… даже в свой день рождения он не умел отдыхать по-настоящему. Вечно какие-то отчеты, презентации, звонки клиентам. Иногда я шутила, что он женат на своей работе, а я всего лишь любовница.

– Девочки! – раздался голос Виктора Петровича. – А где же торт? Может, пора уже свечи зажигать?

Я взглянула на часы. Действительно, пора. По плану мы должны были зажечь свечи полчаса назад, но без именинника это выглядело бы глупо.

– Сейчас схожу за Максимом, – сказала я, ставя бокал на ближайший столик. – Пора его вытаскивать из кабинета.

Я направилась к лестнице. Странно, но среди гостей я не заметила Вику. Моя лучшая подруга приехала одной из первых, в потрясающем изумрудном платье, которое мы выбирали вместе на прошлой неделе. Но вот уже минут двадцать ее нигде не видно. Наверное, отошла в туалетную комнату или вышла на террасу подышать воздухом.

Мраморные ступени холодили ступни даже через подошвы туфель. Я поднималась медленно, прислушиваясь к звукам сверху. На втором этаже было тихо – только приглушенный шум голосов доносился снизу.

Дверь в кабинет была приоткрыта, и из щели пробивался свет настольной лампы. Значит, я была права – он действительно работал. Ну что за человек! В собственный день рождения, когда полный дом гостей, сидит с компьютером.

Я подошла ближе, собираясь постучать или сразу войти. И замерла.

Из кабинета доносились звуки. Не стук клавиш и не шелест бумаг. Что-то другое. Тихое дыхание. Шепот. И еще какие-то звуки, от которых у меня похолодела кровь.

Сердце забилось так громко, что, казалось, его слышно во всем доме. Я знала, что должна развернуться и уйти. Знала, что то, что я сейчас увижу или услышу, навсегда изменит мою жизнь. Но не могла заставить себя сделать хотя бы шаг назад.

Рука сама собой потянулась к двери. Толкнула ее чуть шире.

И мой мир рухнул.

Максим сидел в своем любимом кожаном кресле – том самом, которое мы выбирали в Милане два года назад. А на нем... на нем была Вика. Моя лучшая подруга. Женщина, которую я считала сестрой.

Изумрудная ткань ее платья задралась, светлые волосы растрепались. Руки Максима, скользили по ее спине, впивались в ее бедра. Они целовались с такой страстью, что на мгновение я подумала: "А когда он в последний раз так целовал меня?"

Время остановилось. В голове было пусто, как будто кто-то стер все мысли. Я не чувствовала ни боли, ни ярости – только странную отстраненность, словно смотрела фильм о чужой жизни.

А потом до меня дошло. Это не чужая жизнь. Это моя жизнь. Мой муж. Моя лучшая подруга. Мой дом. И они предают меня в нем.

– Как долго вы меня предаете? – услышала я свой голос. Он звучал тихо, но в наступившей тишине был слышен очень отчетливо.

Они замерли, как будто кто-то нажал кнопку паузы. Максим побледнел так, что его темные глаза стали казаться черными провалами на белом лице. Вика съежилась, пытаясь поправить платье, но ее руки дрожали.

– Катя... – хрипло произнес Максим, осторожно поднимаясь с кресла. – Это не то, что ты думаешь...

Я рассмеялась. Рассмеялась так истерично, что сама себе показалась сумасшедшей.

– Не то, что я думаю? – Я вошла в кабинет и тихо прикрыла дверь за собой. – А что я думаю, интересно? Что вы репетировали танец для конкурса?

– Катенька, пожалуйста... – Вика наконец заговорила, и в ее голосе дрожали слезы. – Дай мне объяснить...

– Объяснить? – Я повернулась к ней, и она отшатнулась от выражения моих глаз. – Что тут объяснять, Вик? То, как ты восемь лет притворялась моей подругой? То, как ты сидела за нашим столом, слушала мои проблемы, давала советы о браке и все это время спала с моим мужем?

– Мы не хотели, чтобы так получилось! – воскликнула Вика, и слезы потекли по ее щекам. – Это просто случилось! Мы не планировали...

– Случилось? – Я сделала шаг к ней. – Случайно споткнулись и упали друг на друга? В моем доме? Пока я внизу развлекаю гостей?

– Катя, не надо так, – попытался вмешаться Максим. – Давай поговорим спокойно...

Я медленно обернулась к нему. Мой муж стоял рядом с креслом, где только что лапал мою подругу. Рубашка расстегнута, волосы взъерошены, на губах следы помады. Он выглядел жалко и растерянно.

– Спокойно? – переспросила я очень тихо. – Ты хочешь, чтобы я спокойно обсудила тот факт, что мой муж изменяет мне с моей лучшей подругой? В нашем доме? В день твоего рождения?

– Это ничего не значит, – быстро заговорил Максим, делая шаг ко мне. – Катя, ты же знаешь, я люблю только тебя...

– СТОЙ! – крикнула я, и он замер на месте. – Не смей подходить ко мне. И не смей говорить о любви после того, что я только что видела.

– Мы можем все исправить, – продолжал он, не слушая меня. – Забудем об этом как о страшном сне...

– Забыть? – Я почувствовала, как во мне поднимается ярость. – А что забывать? День? Неделю? Месяц?

Максим и Вика переглянулись, и в этом взгляде я прочитала ответ раньше, чем они произнесли его вслух. Землю снова качнуло под ногами.

– Сколько? – спросила я, хотя уже знала, что ответ будет болезненным. – Сколько времени это продолжается?

Молчание затягивалось. Вика всхлипывала, Максим смотрел в пол. Никто не хотел говорить правду.

– СКОЛЬКО?! – рявкнула я.

– Полгода, – едва слышно прошептала Вика. – Полгода, Катя.

Полгода. Полгода они встречались за моей спиной. Полгода лжи, обмана, предательства. Полгода, пока я строила планы на наше будущее, думала о детях, которых мы хотели завести с Максимом. Полгода, пока я доверяла им обоим больше, чем самой себе.

– Полгода... – повторила я, пытаясь осознать масштаб их предательства. – И за все это время ни один из вас не подумал мне сказать?

– Мы боялись тебя ранить, – всхлипнула Вика.