После развода. Право на отцовство (СИ) - Бонд Юлия - Страница 35

Майорский призадумался: сегодня воскресенье, Яра приедет завтра; он обязательно должен присутствовать при встрече дочерей и их родной матери.

– Я подожду. Спасибо за звонок, – попрощавшись с врачом, Олег сжал пальцами виски из-за возникшей минуту назад головной боли.

Достал из ящика стола обезболивающее, сунул таблетку в рот и запил её стаканом воды. Сейчас немного попустит и он присоединится к девочкам.

***

Поздно вечером, укладывая малышек спать, Олег, как обычно, сидел на полу между двумя кроватками. Вооружившись книгой, читал любимые сказки девочек.

Юля уже тихо посапывала своим курносым носиком, а Оля всё никак не хотела засыпать. Отвлёкшись, Олег скосил взгляд на дочку и улыбнулся, зная, отчего не спится его крошке.

– А мама точно приедет? – с надеждой в глазах спросила девочка, прижимая к своей груди любимую куклу.

– Приедет, – улыбнувшись, Олег не удержался и погладил малышку по щеке, коснулся её волос и замер, вспомнив, что у Ярины такие же мягкие на ощупь волосы, как и у их девочек.

– Папа, ты меня не обманываешь?

– Нет, крошка. Папа тебя не обманывает, – ласково ответил Олег.

– Тогда покажи мне её фотографию. Ну, пожалуйста… папочка, – сложив руки под подбородком, Оля сфокусировала на Олеге жалостливый взгляд. У Олега даже сердце замерло, как отказать малышке в такой просьбе?

Найдя в галерее мобильного фотографии Ярины, Олег передал Оле телефон и стал наблюдать за малышкой: с какой любовью и даже обожанием она разглядывала свою мать.

– Очень красивая. Я когда вырасту, то хочу быть похожей на маму. Хочу быть такой же красивой, как она.

– Ты и так красивая, принцесса, – улыбнулся Олег. – Ну всё, Оленька, давай спать.

– Но я не хочу, – закапризничала малышка, но телефон всё-таки отдала. – Посиди ещё немного со мной.

– Оля, уже поздно. Тебе давно пора спать. Вон смотри… твоя сестра уже давно спит.

– Пап, ну ещё одну сказочку. Пожалуйста, папочка.

– Ладно, только одну.

– Давай мою любимую "Красавица и чудовище".

Олег мысленно ухмыльнулся. Красавица и чудовище – словно про него и Яру. Только его бывшая жена – не Белль, вряд ли она когда-нибудь полюбит заколдованного принца. В их сказке хеппи-энд не предусмотрен: даже лёжа на смертном одре, Яра не станет его оплакивать, потому что её сердце навечно принадлежит другому.

Олег

Проснувшись утром пораньше, Олег вскочил с кровати и по старой привычке пошёл в спортзал. Ненадолго заглянул в спальню к девочкам. Улыбка невольно расползлась на его губах. Такие милые крошки. Как же сильно он их любит. Как хочет, чтоб они были счастливыми по-настоящему. И если ещё год назад Майорский был уверен, что у его дочек для счастья есть абсолютно всё, то сейчас знал: это абсолютно не так.

Его девочкам очень нужна мама. Оля о ней постоянно спрашивает. А Юля, хоть и старается показывать всем своим видом, что нисколько не хочет видеть Ярину, всё равно остро нуждается в ней. Ведь каким бы ни был хорошим отцом, Олег никогда не сможет заменить родную мать по понятным на то причинам.

Выложившись в спортзале по полной, освежился под контрастным душем и вышел на улицу побродить по пляжу, заодно и подумать, что делать дальше.

Солнце поднялось над горизонтом. Надев солнцезащитные очки, всмотрелся вдаль.

Сердце волнительно стучало в груди, на подкорке постоянно всплывали воспоминания из того прошлого, где они с Яриной были одной семьёй. О плохом старался не вспоминать, оно и так прочно сидело в его груди как осколки от огнестрельного ранения.

Погрузившись в раздумья, стал визуализировать перед глазами образ бывшей жены. Буквально недавно видел её свежие фотографии. За пять лет Яра почти не изменилась, если не учитывать печального взгляда, застывшего в её глазах. И он – причина её печали, Олег это хорошо понимал. Но разве у него был другой выбор? Когда он пришёл в себя после амнезии и вернулся домой, Ярина уже жила с другим мужиком. Такая счастливая… без него.

Почувствовав, как воспоминания стали вскрывать плохо заштопанные на сердце раны, Олег мотнул головой, словно прогоняя виденья.

Взглядом наткнулся на женскую фигуру в белом. В нескольких десятках метров от него, волоча за собой сумку, уставшим шагом двигалась женщина. Олег сразу разглядел в ней Ярину, отчего сердце в его груди словно сделало двойное сальто.

На голове соломенная шляпа с большими полями, ветер трепал длинные волосы, которые Яра оставила распущенными.

Жадным взглядом пробежался по знакомому до боли силуэту. Вверх. Вниз.

К горлу подкатил ком, а пульс набатом застучал в висках.

Время будто остановилось. Как вкопанный Олег стоял на месте, не в силах заставить себя хоть немного пошевелиться.

***

– Чтоб тебя… – устав идти, я вынужденно остановилась.

С психом топнула ногой и от злости сжала пальцы в кулаках.

Ну какой же гад – мой бывший муж. Мало того, что заставил меня облететь половину планеты, так ещё пришлось идти почти целый час. Видите ли, у тех придурков, которые должны были меня привезти на машине, закипел двигатель. Неудивительно ни разу! Да кто вообще ездит на таких древних корытах, как у них? Это только на Кубе такое можно увидеть – по улицам рассекает раритетный автопарк, которому давно пора уже на металлолом.

Собравшись с силами, я подняла с песка дорожную сумку. Вздохнула, взглянув на её плачевное состояние – за время поездки она изрядно потрепалась, почти как я.

Сделав глубокий вдох, я оторвала взгляд от сумки и посмотрела вдаль.

Мощный всплеск адреналина в крови заставил моё сердце на мгновение замереть, а затем забиться в немыслимо быстром ритме.

Это же Олег! В паре десятков метров от меня. Черты лица разглядеть трудно, зато его фигуру я узнаю из тысячи. Всё такие же широкие плечи, узкий таз. Загорелый.

Сумка выпала из моих рук. Остолбенев, я смотрела на него, ощущая, как внутри разворачивается нешуточный ураган эмоций. Злость. Обида. Тоска. Всё смешалось в гремучую смесь.

Не знаю, сколько прошло времени прежде, чем Олег решительным шагом стал двигаться в мою сторону. Я пошла ему навстречу, оставив дорожную сумку на песке.

Шаг за шагом приближаясь друг к другу.

Один бесконечно долгий миг ожидания.

Остановились. Так близко, что я смогла разглядеть новые морщинки, появившиеся на его серьёзном лице, слегка обветренном палящим солнцем.

Он изменился, но я всё-равно его бы узнала. Невозможно стереть с памяти образ человека, который когда-то был тебе очень дорог. Эта память на всю жизнь, пронесённая через боль и тяжёлые испытания. Он весь до каждого сантиметра запечатлён на подкорке.

Я разглядывала его, а сердце будто вдребезги разбивалось… снова.

Где же ты раньше был, Майорский?! Почему исчез из моей жизни, когда я так сильно нуждалась в тебе, когда ты был для меня жизненно необходимым как воздух. Я же ждала тебя. До последнего верила, что ты однажды вернёшься ко мне.

Горячая слеза скатилась по моей щеке. Я быстро её смахнула рукой и с большим трудом смогла перебороть в себе желание разрыдаться.

Сняв с глаз солнцезащитные очки, Олег немного склонил голову набок. Прищурился. Ленивая улыбка поползла по его губам.

– Ну вот мы и встретились, Яра, – его голос с надменной усмешкой прошёлся по мне будто катком.

Тоска сменилась гневом. Поддавшись эмоциям, я замахнулась и со всей силы влепила ему звонкую пощёчину. Ладонь обожгло болью, а Майорскому всё нипочём. Не пошатнувшись, он потёр то место, куда я ударила и ухмыльнулся.

– Полегчало? – спросил он без обид.

– Нет, – качнув головой, я сжала пальцы в кулак и стукнула ним по сильному плечу. – Ненавижу тебя, чудовище.

Агония накрыла меня мощной волной. Я молотила по его плечам и грудной клетки до тех пор, пока Майорский не сгрёб меня в охапку и не сжал тисками моё тело.

Я сопротивлялась первые секунды, но всё-таки сдалась. Он сильнее меня физически во много раз, мне с ним не справиться.