Идеальная пара для риндалца. Проект 1067 - Тая Ирова - Страница 6

Я послушалась. Первые попытки были комичными: я раскачивалась, а хвост болтался как плеть. Один раз я снова дёрнула им резче, чем нужно, и едва не упала, однако риндалец успел меня поймать, обнимая за талию и оказываясь ко мне слишком близко. Наши губы соприкоснулись в мимолётном поцелуе, отчего у меня запылали щёки от смущения, а я сама снова дёрнулась из его объятий пробормотав:

– Простите… Это… Божеее.

– Ничего страшного, – ничуть не смутившись, ответил генерал-майор, протягивая мне руку со словами: – Главное сейчас для вас – научиться твёрдо стоять на ногах. Потом начнём ваши тренировки, чтобы вы смогли не только стоять, но и постоять за себя в случае чего.

– Спасибо за то, что помогаете освоиться.

– Всё в порядке. Продолжим?

Через десяток повторений, между мной и новой конечностью начало возникать подобие связи. Он перестал быть чужим придатком. Он стал… противовесом. Когда я наклонялась вперёд, его конец непроизвольно поднимался вверх, а когда отклонялась в какую-то сторону, он отклонялся в противоположную от наклона сторону, помогая улавливать баланс.

– Я… Я думаю, начинает получаться, – выдохнула я, останавливаясь посередине комнаты уже без поддержки. На лбу выступил лёгкий пот, но это была приятная усталость от работы, а не от беспомощности.

– Значительно лучше, – Тайрс подошёл ближе, его взгляд был оценивающим, но одобрительным. – Завтра добавим упражнения на координацию. А сейчас, думаю, достаточно. Не стоит переутомляться.

Я кивнула, с облегчением опускаясь на край кровати. Хвост аккуратно устроился рядом, и я наконец-то не чувствовала его враждебной помехой.

– Спасибо, – тихо сказала, глядя на генерал-майора. – За… всё. За еду. За терпение. За то, что не смотрите на меня как на монстра.

Тайрс покачал головой, его золотые глаза стали чуть мягче.

– Вы не монстр, капитан. Вы – военный пилот, попавший в чрезвычайную ситуацию. А с такими я умею работать. Отдыхайте. Завтра будет новый день.

Когда он вышел, я снова посмотрела в иллюминатор на сияющую бездну. Мандраж перед неизвестностью накатил с новой силой, как и тоска по потерянному миру – тоже. Но теперь к ним добавилась тонкая, едва уловимая нить любопытства. Какой стала Земля будущего? Смогу ли я найти там своё небо? И смогу ли я контролировать ту странную силу, которой меня «наградили» зелёные чудики?

Пока ответов не было. Но завтра я обязательно сделаю новый шаг навстречу неизвестности. Под руководством генерал-майора мне уже не казалось, что это что-то нереальное, и я не смогу совладать с собой. Правда, я не совсем понимала, кем он был готов быть для меня? Наставником? Союзником? Стражем? Время покажет. А пока нужно было научиться обращаться со своим хвостом и способностями.

Яна Синичкина

Тренировки стали моим новым ритуалом, якорем в этом странном море звёзд и незнакомых лиц. Днём я занималась самостоятельно в палате, повторяя движения, которые показывал Тайрс, стараясь почувствовать хвост как продолжение себя. А по ночам, когда коридоры базы погружались в полумрак, мы с генерал-майором стали ходить тренировочный зал. Это была его идея, когда он в очередной раз наблюдал за мной, иногда уворачиваясь от хвоста.

– Если хотите по-настоящему научиться владеть тем, что стало частью вас, то можем переместиться в тренировочный зал, где сможете продолжить тренировки без лишних глаз, – предложил генерал-майор, и я согласилась не раздумывая. В наших тренировках не было давления или криков, лишь тишина, иногда прерываемая нашими голосами и свистом воздуха, рассекаемого борле.

Борле оказался боевым посохом риндалцев. Первый раз, когда Тайрс вручил мне гладкий, матово-серый цилиндр, он показался мне неподъёмным. Но стоило нажать на едва заметную кнопку сбоку, как устройство ожило в руках. С тихим шипящим звуком он удлинился, утяжелился, сбалансировал себя, подстраиваясь под мой рост, вес, даже, как позже выяснилось, под особенности хвата. Он стал идеальным продолжением моих рук. Тайрс начал с азов: стойки, простых блоков и ударов. Моё тело, помнившее армейскую подготовку, схватывало быстро, но хвост постоянно вносил свои коррективы. То он путался у ног, то, наоборот, инстинктивно помогал сохранить равновесие в сложном вращении.

– Не борись с ним, – спокойно подсказывал Тайрс, ловко парируя мой неуклюжий выпад. – Используй. Твой хвост – твоё преимущество. Лишняя точка опоры, дополнительный импульс для удара. Посмотри.

Он взял второй борле и показал комбинацию: шаг, разворот, резкий выпад. А потом он показал пару видео с румдалцами, именно так называлась раса зелёных гоблинов, которые мучали меня своими опытами, вгоняя в тело иногда множество игл, с разными составами, отчего иногда казалось, что меня разрывает на части. Но, надо отдать должное этим зелёным гадам – своими хвостами они владели отлично и использовали их как серьёзное оружие в схватках. Правда, у них и скафандры были специально адаптированы для нанесения максимального урона их оппоненту. На видео, которое показывал Дин, румдалец провёл серию ударов руками и ногами, после чего он сделал резкий выпад и в то же мгновение его хвост ударил по риндалцу, усиливая инерцию всего тела, отбрасывая его в сторону и вышибая из лёгких воздух, рассекая тому лезвием на кончике хвоста форму, заставляя застонать от боли. Мне было жаль риндалца, которому досталось. Но его спас тот, от кого и было предоставлено видео в рапорте.

Но! Выпад румдалца был красив, явно смертелен, просто риндалец успел уйти из-под удара, пусть и не до конца, и грациозен. Даже позавидовала румдалцу. А потом пыталась повторить его удар хвостом. Сначала выходило карикатурно. Но ночь за ночью я тренировалась, мышцы ныли приятной усталостью, а связь между мной, посохом и хвостом крепла. Я начала чувствовать его не как придаток, а как мощный инструмент, шестое чувство, предупреждающее о потере баланса за долю секунды до того, как мозг успевал это осознать, а я сама упасть.

А ещё мне нравилось, что после изматывающих упражнений мы садились на маты, пили что-то тонизирующее, похожее на терпкий чай, и Тайрс Дин отвечал на мои вопросы о Земле, о Риндале, с его некоторыми традициями. Показывал, как выглядят их города и города Земли. Рассказал про стычки с румдалцами, в том числе и недавнюю, в результате которой пострадала Академия Содружества планетарных государств, в которой обучались представители практически всех рас из содружества и куда сами риндалцы только-только начали летать, производить обмен студентами и преподавателями.

Да, генерал-майор опустил некоторые подробности. Но я понимала, что рассказывать некоторые вещи равносильно рассекречиванию военной тайны. Они же всё-таки явно более продвинуты технически, чем Земля, например. Плюс… Риндалцы, как поняла, пока не светили своими пси-способностями, которые теперь были и у меня. Из того, что я успела продемонстрировать, получалось, что я обладаю минимум тремя видами: пирокинезом, эмпатией и телекинезом. Но была вероятность, что румдалцы каким-то удивительным образом напихали в меня больше видов пси-способностей, что в глазах риндалского общества и не только делало меня опасным созданием.

Однако… Рядом с генерал-майором я ощущала себя в безопасности и слушала его, заворожённая приятным тембром голоса, иногда забывая о чашке в руках. Пару раз за несколько недель, что мы тренировались вместе с генерал-майором, поправляя мой захват борле, он касался моих предплечий руками в перчатках, что было странно, но каждое такое прикосновение отзывалось внутри странным, согревающим трепетом. Мне нравился его спокойный, низкий голос. Нравилось, как золотые глаза искрятся азартом, когда он объясняет сложный приём. Нравилось чувствовать его уверенность, которая, казалось, создавала защитный кокон вокруг меня в этом огромном, пугающем мире.

Постепенно я начала пробовать управлять и «тем», что во мне оставили гоблины. Тихими ночами в палате я концентрировалась на чувстве лёгкого давления в висках, на той странной энергии, что пульсировала где-то глубоко внутри. Однажды, разозлившись на непослушный хвост, я нечаянно швырнула им подушку через всю комнату. Сила была явно не физической. Это испугало и заинтриговало одновременно. Я рассказала об этом Тайрсу. Он не удивился, лишь кивнул.