Строптивая в Академии. Практика истинной любви (СИ) - Герр Ольга - Страница 23

Пока Вэйд еще варился в котле собственных желаний, Диондра уже пришла в себя. Она всегда была более здравомыслящей, чем он.

— У меня к тебе просьба, — произнесла она, переступив с ноги на ногу.

Вэйд усмехнулся. О да, она не может без него. До чего же это приятно, черт возьми!

— Говори, — кивнул он.

— Ты мог бы не ставить меня на лучшие работы. Мне вполне подойдут обычные.

Диондра определенно мастер по убийству романтики. Одно слово — и всякое желание отобьет.

Вэйд поморщился:

— Ты ради этого меня искала?

— Разумеется, — деловито кивнула она.

— Да я же забочусь о тебе!

— Я об этом не просила. На меня уже друзья косятся. Говорят, что я твоя любимица.

— А хоть бы и так. Что с того?

Она удивленно моргнула, явно не ожидая такой степени откровения. Но Вэйд уже дошел до точки, ему скрывать нечего. Отныне он для нее — открытая книга, лишь бы читала.

На них стали оборачиваться, но он не мог отпустить Диондру просто так. В ближайшее время она точно не снизойдет до еще одного разговора. А потому взяв девушку за руку, он потянул ее подальше от любопытных глаз.

Первым на пути попался чулан. Когда-то они целовались в нем, пытаясь вернуть сателлитов. Не самое плохое воспоминание. Втолкнув девушку в чулан, Вэйд прикрыл дверь и еще спиной ее подпер, чтобы точно не сбежала.

Диондра нервно закусила нижнюю губу. Хотела проскользнуть мимо него, но он не позволил. Подтолкнул ее к полкам и зафиксировал руками с двух сторон. Все, теперь точно никуда не денется.

Вот только зря он полагался на свою выдержку. Опасно было так сближаться. Их лбы почти соприкасались, а губы… до поцелуя оставались считанные сантиметры, и это все, о чем Вэйд мог думать.

Но не Диондра. Она была до тошноты хладнокровной. Глядя куда-то в районе его солнечного сплетения, она произнесла:

— Мы же обо всем договорились… В конце концов, это нужно не мне одной! Снова хочешь потерять дракона и подыхать от бессилия? Завесить от чужого прикосновения и тщательно дозировать магию?

Она говорила умные вещи. Наверное, надо было послушать, но вместо этого Вэйд ее перебил:

— Ты вспоминала обо мне? Хотя бы иногда?

Диондра удивленно моргнула:

— Тебя только это волнует?

— Ответь, — потребовал он.

Она упрямо сжала губы. Еще до того, как Диондра заговорила, Вэйд понял, что ее слова ему не понравятся. Что ж, он сам напросился.

— Если бы каждый раз, когда я вспоминала о тебе, мне ставили высший балл, я была бы худшей ученицей в Академии! — выпалила она.

Надо же, как завуалировала. Вэйд усмехнулся.

— Могла бы просто сказать «нет». А вот я часто вспоминаю о тебе. Ты засела у меня в голове. Знаешь, это дико бесит! Все мои мысли поглощены тобой, — собственный голос показался чересчур хриплым из-за пересохшего горла. — С чего ты взяла, что мы снова обменяемся сателлитами? Мы же знаем ритуал. Если соблюдать осторожность, все будет в порядке.

— А вдруг случайный порез? Что тогда?

— Я обещаю убрать все острые предметы подальше, — говоря, Вэйд провел губами по щеке Диондры. До чего нежная кожа! А пахнет, м-м-м. Вдохнул — и голова закружилась.

— Ты не понимаешь, — качнула она головой, то ли отрицая, то ли отдаляясь от его губ. — Это опасно. Неизвестно, чем окончится следующий обмен…

— Понятно чем. Сателлиты перескочат туда-сюда. Морок совсем не против побыть еще немного твоим.

— Просто! — она вскинула голову и прямо встретила его взгляд. — У тебя все так. Просто! А расплачиваются другие.

В глазах Диондры стояли слезы. Но не боли, а злые. Что-то случилось, а он не в курсе. Упустил.

— В чем дело? Ну же! Мне ты можешь сказать все, — произнес он.

И она сказала. Выпалила ему в лицо:

— Я больше не слышу Кати! И вообще сателлитов. Вот так…

А после, словно истратив последние силы, обхватила себя руками за плечи и съежилась. А до Вэйда дошло, почему он так прекрасно себя чувствует после обратного обмена. Семейный дар вернулся к нему в полном объеме! Он забрал его у Диондры. Вроде надо радоваться, но на душе было погано.

— Возможно, если мы поменяемся еще раз, дар слышать сателлитов к тебе вернется, — предположил он.

— Возможно. Но что, если при этом дар пропадет у тебя? Мы не в состоянии это контролировать. Я не хочу… — она шумно сглотнула, — забирать у тебя ничего.

— Ты не забираешь, а я отдаю. Это разные вещи.

— Нет, — она упрямо тряхнула головой. — Мне чужого не надо. Спасибо за то, что есть Кати. Я слишком дорожу ею. Нам нельзя общаться. Это ведь несложно!

Черт, да это архисложно! Неужели она не понимает? Ничего сложнее этого в мире не существует. Не видеть ее, не говорить с ней, не касаться… Да он едва продержался пару недель! И уже, откровенно говоря, на пределе.

Будь на месте Вэйда другой, я бы просто послала его куда подальше и ушла. Но Даморри… он что-то сделал со мной, как-то приручил. До встречи с ним я была дикой кошкой и жила сама по себе. Грант Арклей взял меня к себе, но все равно оставался чужим — и он сам, и его семья, и их дом. А Вэйд непостижимым образом сумел пробить мою защиту. То, что я считала броней, под его рукой оказалось тонкой скорлупой.

И это было больно. Я так не привыкла и не умела. Мне было страшно! Я боялась потерять Кати навсегда, потерять себя и стать зависимой. Или того хуже — лишить Вэйда навеки дракона и наблюдать, как он страдает по моей вине. Пожалуй, это будет намного мучительнее.

Очевидно же, что мы только и делаем, что причиняем друг другу страдания. Нам следует держаться на расстоянии. Но этот упрямец не понимает элементарных вещей. Острые предметы он уберет! Смешно.

Я чувствовала, что увязаю. Погружаюсь, как в болото, в Вэйда Даморри. Его губы были так близко, что я ощущала его дыхание. Это было до одури приятно — вдыхать его выдохи. Я могла бы так говорить с ним часами, о чем угодно. Мне нравилось в нем все, даже то, что он все еще разгоряченный после тренировки.

Я хотела чувствовать его тепло, тонуть в обжигающе ледяном и одновременно невероятно жарком взгляде. Если пробуду рядом с ним еще хоть миг, точно забуду, почему нам нельзя целоваться. И даже понимание того, что все это действие связи, меня не остановит.

Но невозможно просто оттолкнуть Вэйда, и я, как мне показалось, нашла вариант.

— Давай останемся друзьями, — предложила я, рассчитывая смягчить наши разногласия.

Но Вэйд не оценил.

— Это твой гениальный план? Ты не понимаешь, да? Я не хочу дружить, Диондра. Мне мало держаться за руки, я хочу касаться тебя везде. Руками, губами, всеми частями тела… Ты нужна мне!

— Дружба это все, что я могу тебе предложить, — перебила я. — Она безопасна… для нас обоих. Принять мою дружбу или нет, решать тебе.

Пока Вэйд переваривал мои слова, я поднырнула под его руку и выскочила в коридор. Этот разговор окончательно меня вымотал, и я поспешила в нашу с Триной комнату. Немного личного пространства — именно то, что мне сейчас необходимо.

Подруги в комнате не оказалось. Но мне надо было с кем-то поговорить, излить душу, да просто высказаться, и я призвала Кати.

Общаться с ней давно вошло в привычку. Ей одной я доверяла все свои тайны, сомнения и страхи. Ближе у меня попросту никого нет.

Но теперь, не слыша ее голос в своей голове, я мучилась без обратной связи и могла ее получить только видя своего сателлита. Так она хотя бы отвечала жестами. То крыльями взмахнет возмущенно, то голову наклонит, показывая, что внимательно слушает. Я научилась понимать Кати без слов.

— Вэйд совсем сошел с ума! — говоря, я ходила по комнате. — Ему, видите ли, плевать, что будет. Он готов рискнуть. А обо мне он, как обычно, не подумал, только о своих желаниях. Я же могу вовсе остаться без магии! Остаться без тебя… — взглянув на Кати, я всхлипнула.

Я готова пережить, что угодно, лишь бы не потерять ее. Если ради сохранения сателлита надо перестать видеться с Вэйдом, что ж, я пойду на это. Будет тяжело, но я забуду мажора. В конце концов, у нашей истории попросту не могло быть счастливого финала. Подобное возможно только в сказках, а я в них не верю с пяти лет. С того самого момента, как извращенец рассказывал их детям на улице в попытке совратить. Я быстро смекнула, что сказки нужны лишь для одного — дурить головы.