Архитектор Душ IX (СИ) - Карелин Сергей Витальевич - Страница 1

Зал взорвался аплодисментами. Хлопали все: и столичные снобы в первых рядах, и суровые сибирские патологоанатомы, и наша крымская делегация. Я тоже хлопал, отдавая должное не столько званию оратора, сколько его умению держать аудиторию. Генерал стоял на кафедре, принимая овации как должное с постным лицом, лишь изредка кивая.

Когда шум начал стихать, он поднял руку. В зале мгновенно воцарилась тишина.

— Господа, — его голос зазвучал мягче, но не потерял стальных ноток. — Вы — элита. Вы те, кто стоит на страже истины, когда умолкают живые свидетели. Вы — те, кто говорит за мертвых.

Он сделал паузу, обводя зал тяжелым взглядом.

— Империя огромна. От холодных скал Дальнего Востока до жарких песков южных границ. И везде, в каждом городе, в каждом поселке, есть вы. Люди, которые не боятся взглянуть в лицо смерти. Люди, чьи руки не дрожат, вскрывая грудную клетку, и чей разум остается холодным, когда вокруг бушуют эмоции. Вы не просто врачи. Вы — последний рубеж правосудия. Именно от вашего росчерка пера зависит, будет ли наказан убийца или оправдан невиновный.

Речь была пафосной, пропитанной имперским величием и патриотизмом, но, черт возьми, она работала. Я видел, как выпрямляют спины мои коллеги, как загораются глаза у молодых специалистов. Оратор умело играл на струнах профессиональной гордости.

— Здесь, в этом зале, собрались лучшие умы, — продолжал он, повышая голос. — Мастера своего дела. Те, кто прошел жесткий отбор, доказав свою компетентность не словом, а делом. Я смотрю на вас, и вижу будущее нашей службы. Будущее, в котором нет места ошибкам и халатности.

Он оперся руками о трибуну, нависая над залом.

— Но я также понимаю, что вы — люди. Многие из вас проделали долгий путь. Смена часовых поясов, дорога, напряжение последних дней… Усталый коронер — это опасный коронер. Дрогнувшая рука или замыленный глаз могут стоить слишком дорого.

Генерал выпрямился.

— Поэтому мы даем вам время. Первый этап финального отбора начнется через двое суток.

По залу пронесся вздох облегчения.

— Используйте это время с умом, — напутствовал он. — Отоспитесь. Придите в себя. Акклиматизируйтесь. Погуляйте по Москве в конце концов. Вы это заслужили. Но помните: ровно через сорок восемь часов двери закроются, и начнется работа.

Он кивнул куда-то в сторону кулис.

— Чтобы вы не потерялись во времени и пространстве, каждому из вас будет выдан специальный хронометр. Это ваш пропуск, таймер и ваша связь с организаторами. Носите их не снимая. Вольно.

Генерал резко развернулся и, чеканя шаг, покинул сцену.

Толпа начала рассасываться. Люди выглядели воодушевленными: перспектива двух дней отдыха в столице радовала куда больше, чем немедленное вскрытие.

— Два дня! — Дубов поправил шляпу, и его усы, казалось, встали дыбом от предвкушения. — Господа, это же подарок судьбы! Можно сходить в Большой Театр, посетить выставки, да просто пройтись по набережной!

— Или просто выспаться, — заметила Мария, которая выглядела так, словно готова была уснуть стоя.

— Я планирую заняться шопингом, — безапелляционно заявила Виктория. — В Москве есть бутики, которых нет у нас в Крыму, и тоже отоспаться.

Мы вышли из главного корпуса и направились к жилому блоку.

Распрощавшись с коллегами в коридоре второго этажа, я вошел в свой номер.

Тишина. Покой.

Я снял пиджак, бросил его на кресло и огляделся. На прикроватной тумбочке рядом с лампой лежал прозрачный стеклянный футляр.

Внутри на бархатной подушечке покоились часы. Я открыл футляр и достал устройство.

Это были не классические часы со стрелками, а современный гаджет. Широкий черный браслет из приятного на ощупь силикона, крупный изогнутый дисплей, сливающийся с корпусом. Выглядело стильно и дорого. Никаких кнопок, только гладкая поверхность.

Я коснулся экрана пальцем.

Стекло ожило, вспыхнув мягким голубоватым светом. На черном фоне высветились крупные белые цифры, которые начали обратный отсчет.

01:23:55:40

Один день, двадцать три часа, пятьдесят пять минут и сорок секунд.

— Интересная система, — пробормотал я, вертя браслет в руках. — Стильно, модно, молодежно.

Я надел часы на левую руку. Браслет сам подогнался по размеру, мягко обхватив запястье. Застежка щелкнула магнитом. Удобно.

Но старая привычка, выработанная годами жизни в двух мирах, никуда не делась. Я поднес запястье к глазам, внимательно рассматривая гаджет. Камеры вроде нет. Микрофон? Возможно. GPS-трекер? Наверняка.

— А не отслеживают ли они, куда я двигаюсь, и не подслушивают ли меня? — спросил я вслух, обращаясь к пустоте комнаты.

Вопрос был риторическим. На таком мероприятии, организованном на государственном уровне, контроль — это часть программы. Им нужно знать, где находятся участники. Чтобы не сбежали, не напились до состояния нестояния и не вляпались в историю перед стартом.

Но одно дело контроль перемещения, и совсем другое — прослушка.

Я прикрыл глаза, делая глубокий вдох. Мир вокруг привычно потерял цвета, превратившись в серую схему. Я переключился на магическое зрение.

Энергетические потоки в комнате были спокойными.

Я посмотрел на часы. Ничего.

В энергетическом спектре они выглядели как обычный кусок пластика, металла и микросхем. Слабое свечение от батареи, тонкие нити электрических цепей. Никаких магических закладок, никаких подозрительных уплотнений эфира или следов чужой воли. Если это и была слежка, то чисто техническая, без примеси магии.

И уж тем более никаких темных клубящихся дымков, способных вытянуть жизнь по капле.

— Часы как часы, — констатировал я, возвращаясь в обычное состояние. — Ну не разбирать же их по винтикам, в конце концов?

Сломаю, и дисквалифицируют еще. А искать «жучки» отверткой — это уже занятие для параноиков уровня шапочки из фольги. Будем считать, что Большой Брат просто приглядывает, чтоб я не потерялся.

Я сел на кровать.

Два дня.

Сорок восемь часов свободы в городе, где где-то бродит существо, укравшее чужое лицо, и где живет единственная эльфийка, которая знает обо мне правду.

Я достал телефон. Палец привычно скользнул по экрану, открывая мессенджер. Чат с Шаей висел в топе.

Быстро набрал текст:

«Привет. Я уже в Москве. Заселился, получил вольную на два дня. Встретимся?»

Нажал «Отправить».

Сообщение улетело, отметившись одной галочкой. Я откинулся на подушку, глядя в потолок. Теперь оставалось только ждать ответа.

Хотя, зная Шаю, она найдет время. Любопытство — ее вторая натура, а я сейчас — самая большая загадка в ее жизни.

Лежать в номере и гипнотизировать потолок было невыносимо. Энергия, накопленная в дороге, требовала выхода, а мозг — смены картинки. Стены, пусть и оклеенные дорогими обоями, все же давили.

Я накинул куртку и вышел на улицу.

Территория комплекса, которую я мельком оценил по дороге к корпусу, при ближайшем рассмотрении оказалась не просто большой. Она без преувеличения была огромной. Необъятный город-сад, отгороженный от шумной Москвы высоким забором и невидимым куполом тишины.

Я неспешно брел по аллеям, вымощенным брусчаткой, и с каждым шагом мое удивление росло.

Архитектура здесь была странной смесью дореволюционного ампира и современного хай-тека, но, как ни странно, это не резало глаз. Жилые корпуса прятались в зелени вековых лип и голубых елей. Садовники, коих тут, судя по всему, был целый штат, явно знали свое дело: газоны были подстрижены под линейку, кусты сформированы в идеальные геометрические фигуры, а опавшая листва исчезала с дорожек быстрее, чем успевала коснуться земли.

Я прошел мимо спортивного кластера. Небольшие, но, судя по оборудованию, упакованные по последнему слову техники залы с панорамным остеклением. Беговые дорожки, эллипсоиды, зоны свободных весов — все новенькое, блестящее хромом.