Стынь. Самая темная ночь - Лемад Ника - Страница 3

Сдался.

– У меня машина рядом. Давайте отвезу вас, куда скажете.

Опоздал так опоздал.

– Езжай, – отказался дедушка и махнул уже пустыми руками. Под рубашкой весь раздулся, карманы смешно оттопыривались. – За помощь спасибо, может, свидимся еще, и я смогу рассчитаться как-нибудь. Чем-нибудь.

Кирилл чуть не рассмеялся от предложения, но ограничился лишь вежливой улыбкой. Подумал, что на этом может закончить; в конце концов, он никто этому человеку, и его безопасность – не его забота. Запоздало решил, что и его старик опасался, поэтому в машину не сел. Похвалить, наверное, можно за мудрое решение, пешком и в людных местах и правда спокойнее будет.

– Хорошего дня вам тогда, – проговорил и помчался на соседнюю крытую площадку, где уже дожидался у заведенного внедорожника человек из охраны. Протянул руку, пожал ладонь и указал на открытую дверь.

– Прогрел.

– Спасибо, – выдохнул Кирилл на бегу, влетел за руль, дернул на себя дверь и, убедившись, что дорога свободна, выехал со стоянки. Не больше пары минут уделил другому человеку; убеждал себя, если Карина ждала его столько времени, то их и не заметит.

Пока гнал Тойоту к автобусной остановке, несколько раз превысил скорость, попался на камеры и, уверен был, что фото ему вышлют на пару со штрафом. Все бы ничего, но Оксана, если выяснит, не преминет ткнуть отца носом. Как нарочно, Виктор мог похвастаться идеально чистой историей вождения.

Вечное соперничество. Поморщившись, Кирилл выкинул дурную мысль из головы.

На остановке Карины не оказалось.

Не было ее и в квартире, куда он направился сразу после того, как попробовал дозвониться еще раз, и снова безрезультатно: гудки шли, трубку никто не брал. И в сети она не появлялась с утра, а стрелки часов подбирались уже к десяти.

Вторую пару пропускали.

Глаза Кирилла скользнули по наручным часам, а мозг судорожно пытался понять, как ему поступить.

Оставалась вероятность, что занятия пропускал он один, а Карина доехала до университета и давно сидела на лекции. Телефон перевела на беззвучный режим, поэтому и не отвечала. Либо обиделась, наказать решила. Пусть в это Кириллу верилось с трудом, но в тот момент уцепился за эту причину. И поехал к центральному кольцу, за которым расположились учебные корпуса Тарпанальского техуниверситета, не став тянуть время дальше. Успел даже выпить воды и привести голову в порядок, прежде чем на телефон упало гневное шипение от Киры, не горевшей желанием общаться напрямую. Из короткого сообщения, привычно пропустив основную массу дряни, ему удалось выделить главное: что она до сих пор ждала сестру, а значит, в Тарпанале Карина не появлялась.

И тут ему стало страшно. О том, что ехать в университет нет смысла, стало понятно сразу, как выслушал Киру. А то, что Карина ушла из дома в половине восьмого утра вместе с Кирой, и сейчас ее в квартире нет, сообщила их бабушка. Возвращаться и выяснять, не напутала ли бабуля чего, Кирилл предпочел не делать. Вместо того завел машину и поехал обследовать все места, где они с Кариной гуляли, в надежде, что найдет ее там, злую или в слезах, и тогда сможет все объяснить.

Зря не позвонил сразу.

Зря потратил те две минуты на старика, надо было позвать хозяйку ларька.

Зря вообще ложился спать под утро. Знал ведь, что будильники – не его тема.

Не отводя глаз от дороги, механически реагируя на светофоры и сигналы, на бегущих по переходам людей, Кирилл не прекращал сканировать тротуары и открытые кафе, сворачивал в каждый переулок, останавливался, пешком проходил до знакомых лавочек и, обнаружив их пустыми, возвращался к прочесыванию окрестностей. Несколько раз пытался звонить Кире, пока не очутился в черном списке, отчего не стало легче. И Виктор игнорировал звонки.

От Карины доносилось глухое молчание. Телефон оставался включен. Она могла его потерять. Могла в эту минуту сама ругать себя и обшаривать места, где проходила.

Не в ее характере было так долго отсиживаться где-то. Они были знакомы достаточно давно и к играм в молчанку прибегали крайне редко, а точнее – в самом начале притирки друг к другу, пока узнавали, кто где готов уступать и на каких условиях.

Версии множились и следом отбрасывались как нелепые, а мысли Кирилла устремились в самые безлюдные районы Алежейска, где оброненный мобильный мог трезвонить себе, никем не подобранный и не присвоенный. В голову лезла только окружная дорога, узкий серпантин всего в две полосы, бегущий от кольца на север, огибающий населенные пункты по пролеску, дальше расходящийся на два полотна. Одно забредало в глубь леса и служило указателем к ночному клубу, второе, прокатив смельчаков на горках, возвращалось в город и, вливаясь в ряды таких же дорог, продолжало плутать там. Добравшись аж до самой развилки, Кирилл на ней и остановился, запоздало подумав, что вообще зря время здесь теряет – Карина пешком ни за что не зашла бы в такую глушь. Не настолько она обижаться умела.

Рассматривал вариант ехать, становиться под домом и до упора ждать Карину на одном месте, чтобы не разминуться наверняка. Рассматривал вариант поднять на уши ее родителей, но недолго и не всерьез. Злился на Киру, на ее дурную привычку чуть что, сразу бить черным списком, из которого потом Карина тайком убирала номер Кирилла.

Бешеная девица, слово «компромисс» отсутствовало в ее лексиконе.

Шлепнул по рулю, но злость не прошла. Стала сильнее, подпитывалась бессилием и неспособностью решить все немедленно.

Езда стоила ему почти целого дня и не принесла ни капли прояснения. Постояв, поглядев на обманчиво спокойный лес, каждый год в котором терялись туристы, а потом нагонялись толпы спасателей и добровольцев для их поисков, что тоже служило своего рода развлечением и давало повод местным для шуток, Кирилл развернулся, отчаянно захотел хлебнуть кофеину, которого не было и в помине, да и вода заканчивалась к тому же, и выбрал тот же путь, по которому сюда добирался. Уже на обратной дороге, почти на подъезде к городу, когда появились на горизонте слепящие блики окон многоэтажек, Кирилл увидел ее. Совершенно случайно. Отвернул голову вбок, поймав отсвет от капота. Потерял ход мыслей.

Движение привлекло внимание, Кирилл сузил глаза. Вроде видел четко, и все равно мозг отказывался укладывать картинку в голове, а пальцы вцепились в руль. Нога выжала до упора тормоз, с визгом протащилась резина по асфальту. Запахло гарью.

Запахло бедой.

Ступню свело судорогой, а Кирилл продолжал продавливать пол. Только боль, прострелившая ногу до самого бедра, отрезвила. С трудом разжав кулаки, он толкнул дверь и выскочил наружу. Сошел с трассы и побежал по траве с нарастающей скоростью, чувствуя, как начинает вылетать сердце.

Мазанул взглядом по окружавшему его лесу.

Карина сидела под деревом, прижимая к уху телефон, и заходилась в рыданиях. Она была в полном беспорядке, сумка валялась в нескольких метрах, тетради рассыпались по земле. От ног в одних носках взгляд Кирилла метнулся по содранным в кровь коленям, по зажатой между ног юбке. Горло стянуло обручем, не мог вздохнуть. Не мог спросить.

Карина плакала в трубку, давясь и повторяя имя сестры. Подняв глаза, увидев своего парня, начала заикаться сильнее, а с лица сошли последние краски. Что хотела сказать, он не понял, но имя Кирилла прозвучало ужасным воем.

– Карина… – Паника захлестнула Кирилла с головой, глаз зацепился за оторванные пуговицы на блузке, края которой его девушка стягивала на себе трясущейся рукой. – Господи…

Карина выронила телефон. Она сжалась в комок и только смотрела, как подходит Кирилл.

Она готова была бежать без оглядки.

Кирилл медленно поднял вверх руки в успокаивающем жесте.

– Кто… – Сглотнул и медленно присел на корточки. Пиджак не надевал, о чем сильно сейчас пожалел, поэтому торопливо начал расстегивать свою рубашку. При виде выражения в глазах Карины ему стало тошно. – Для тебя. Прости, больше ничего нет. Как… оказалась здесь? Кто…