Поверь мне снова, любимая - Голд Лена - Страница 9

Разве первого и единственного мужчину можно так просто забыть? Можно, наверное, но почему-то у меня не получается.

– Больно? – спрашиваю тихо.

– Совсем нет, – отвечает ровно. – Пожалуйста, поешь немного. А потом продолжим разговор.

– Как скажешь. – Грустная улыбка сама растягивается на губах. – И ты так и не сказал, как Айдан родила от тебя. Снова тайны, интриги. Вроде бы ты обещал правду, а на самом деле все мои вопросы пока остались без ответов…

Я сижу напротив него, и напряжение между нами растет с каждой минутой. Тишина, наполненная воспоминаниями. Словно заколдованные, они не хотят покидать мой разум, туманят сознание. Ян говорит и говорит, его голос звучит тихо, но каждое слово будто ударяет в сердце. Я смотрю на него, в его глаза, которые когда-то были для меня домом, местом тепла и любви, и просто не могу оторвать взгляда. Они и сейчас такие же: глубокие, полные боли и сожаления.

Я вспоминаю моменты, когда он был рядом, когда смех и радость заполняли наши дни. Как я любила его, как мечтала о совместном будущем, о том, как мы будем держаться за руки в старости. Теперь он рассказывает о том, из-за чего ему пришлось уйти, и я понимаю: то, что связывало нас, не иссякло, просто было придавлено обстоятельствами.

Моя рука неосознанно касается края стола. Я чувствую его холодную поверхность, пытаюсь унять нарастающее волнение. Внутри словно обостряется старый огонь, который, казалось бы, потух. Воспоминания о нашей любви, о наших мечтах, о том, как мы обсуждали каждую деталь жизни, возвращаются с новой силой.

Я знаю, что Ян испытывает то же самое. В его глазах читается боль, горечь утраты и, возможно, доля надежды. Сейчас он рассказывает о своих причинах, и я пытаюсь понять, почему все закончилось так, а не иначе. Но в чем-то он однозначно прав: я не оставила бы его, расскажи он вовремя все как есть.

Могли бы мы просто развестись? Тихо, без скандалов и всей боли, что причинил мне Янис? Но я отчётливо понимаю: я не отпустила бы его, обращайся он со мной мягко и просто потребуй развода. Возникло бы слишком много вопросов. А в таком случае Басманов не смог бы притворяться. Он же пытался оттолкнуть меня любыми средствами. Да, это было жестоко, но в итоге он добился своего. Я улетела как можно дальше от него. Не знаю, закончились ли проблемы, которые окутывали его со всех сторон… Но судя по тому, что Янис снова появился в моей жизни – да, все осталось позади.

Тепло, которое когда-то согревало наши сердца и которое с недавних времен превратилось в лёд, кажется, снова начинает пробиваться сквозь тьму.

Слушая его, я ощущаю, как всё пережитое снова находит место в моем сердце. Я хочу верить, что все эти чувства, все те годы, которые мы провели вместе, не были напрасны. Я по-прежнему люблю его, и эта любовь не исчезла, как бы я ни пыталась укрыть ее в глубине своей души. Это как сон, который нельзя забыть, даже если ты проснулся. Хотя, наверное, не как сон, а что-то более сильное и настоящее…

Отправив в рот кусочек рыбы, отвожу взгляд к окну. Я не знаю, как довериться ему снова. Да, вижу, что он говорит правду. Кожей чувствую. Но верить и простить – не значит вернуться. Нет, я не вернусь, что бы он ни рассказывал. Потому что доверия больше нет. Потому что я боюсь снова оказаться за бортом, если образуется очередная проблема. Вдруг Ян решит снова унизить меня, оттолкнуть, чтобы таким образом защитить от чего-то? Нет, я не могу так. Да и не хочу. Мне необходима спокойная жизнь, где никто не будет лезть ни ко мне, ни к моему сыну. Где я буду чувствовать себя в безопасности и под защитой. Увы, с Янисом я больше себя так не чувствую.

А любовь… Какой бы сильной она ни была… Она способна как вернуть к жизни, так и уничтожить. В моем случае – второе.

– Айдан не хотела этого ребенка. Слишком много плакала. Ни разу не посмотрела на дочь, когда мы возвращались на родину. Ни разу. Пришлось самому успокаивать малышку. Не знаю, как у меня это получилось…

Он говорит тихо, но почему-то каждое его слово ударом отдается в моих висках.

– Я привез их в квартиру. Она как зашла в дом, так начала кричать. Обвинять всех в своих несчастьях. Но на деле именно она была во всём виновата. Связалась не с теми людьми, а потом кинула их… думала, сойдет с рук, но все не так просто. – Ян грустно усмехается, вытирая рот салфеткой, а потом берет другую и прижимает ее к ладони, которая продолжает кровоточить.

С трудом встаю под пристальным и вопросительным взглядом Яниса и иду к двери. На вешалке моя куртка и тоненький шарф, которым я привыкла повязывать шею. Взяв его, возвращаюсь и жестом прошу Яна протянуть руку. Перевязываю им его ладонь.

– Спасибо, – говорит он хрипло.

Сажусь обратно и, уперевшись локтями в стол, смотрю на него. Взглядом прошу продолжить.

Выдохнув, Янис молчит пару минут. Между нами такое напряжение, что вот-вот кто-то из нас взорвется от переизбытка эмоций.

– Ее взаперти держали около месяца. Беременную…

– Кто те люди?

Ян усмехается.

– Глава мафии, Айлин. Человек, который не простит удара в спину. Который не простит родную мать. А Айдан не только переспала с ним… не только втерлась в доверие и предала. Она… подставила его. И нахрена мужику нужна такая женщина, а? В принципе… я его в чем-то понимаю. Да, его способ преподать ей урок – не самый лучший. Слишком жёсткий. Но от таких людей смешно ожидать мягкости и нежности. Понимания…

У меня волоски на теле дыбом встают от слов Яниса.

– Он знал, что она беременна? Тот человек…

– Если бы знал, прикончил бы на месте.

– И… как Айдан выбралась оттуда?

Янис вздыхает. Его взгляд скользит от моих глаз к губам и спускается ниже. Потом он сжимает раненую ладонь в кулак и, глядя мне за спину, сглатывает.

– Я отдал им все свои объекты, которые открыл в Китае. Начиная с компании и заканчивая сетью ювелирных магазинов. Всё, Айлин. Абсолютно.

Я помню, что у Басманова там были хорошие возможности. Он постепенно расширял бизнес. И да, слышать, что моя сестра стала причиной такой потери… неприятно и больно.

– А Яна? Она как связана со всем этим?

– Почти так же, как Айдан. Но она поступила умнее: не стала сильно углубляться, поняв масштаб проблемы. Ей досталось меньше. Но за ее спиной стоял другой влиятельный человек, надо признать. Айдан – как глупая малолетка…

– И чем они теперь занимаются?

– Не знаю, – пожимает он плечами. – Точнее, о Яне ничего не знаю. Позвонила на днях, сказала, что у нее все нормально. А Айдан до сих приходит в себя. По психологам ходит.

– Ребенок… – напоминаю. – Дочь…

– Айдан сказала, что это моя дочь. Якобы ты как-то сказала, что хочешь взять ребенка из детского дома. И она нам доброе дело сделала: взяла мои биоматериалы из клиники и… забеременела. Я тогда на эмоциях был. Всему подряд верил. Точнее, просто не думал, что близкий человек может так врать. Тем более на такую тему. Я смотрел на девчонку и не мог ее отпустить. Айдан ревела, просила, чтобы я забрал малышку. Не хотела видеть. Я принес ее к тебе, а потом мне сообщили, что Айдан забралась на крышу. Черт, мне сейчас все это такой дичью кажется… Детский сад.

– Ты из-за этого сунул мне в руки ребенка и свалил?

– Пришлось, Лин. А потом у нее нервный срыв случился. В больницу положили. Когда я вернулся, тебя дома не было. Мама позвонила, сказала, что ты принесла девочку. Отдала и ушла. Вот тогда я понял, что это конец.

– Фильм бы снять по твоему рассказу, Янис, – невесело усмехаюсь я.

– Не хотелось бы в таком участвовать, спасибо. Да и вообще, в итоге продолбать семью из-за чужих людей… ну и своих ошибок… такое себе дело. Вон, стена между нами стоит такая, что пробить ее нереально.

Его голос снова звучит так, что отвести взгляд – самое лучшее решение. Не могу на него смотреть.

Ян снова мрачнеет.

– А чего от меня хочет Ульяна? Что с ней не так, Янис? – задаю последний интересующий меня вопрос.