Развод. Я снова буду счастливой - Крылатая Ника - Страница 8

– Мам, чтобы родить ребенка, муж вот совершенно не нужен, – пытаюсь пошутить.

Но мама мою шутку не поддерживает. Она вообще очень семейный и зависимый от чужого мнения человек. Спасибо бабушкам.

– Не смешно, – я практически вижу, как мама поджимает губы. – Я пока никому не скажу, что ты разводишься. Может, вы помиритесь, а я тут рано переживаю.

– Мам, ты можешь разделить заботу о Сергее с Лидией Николаевной, – не удерживаюсь я.

– Вот в кого у тебя такой характер? – ну всё, мама начала свою любимую песню. – В бабку твою. Вот точно моя свекровь. Если бы я каждый раз взбрыкивала, уже бы сто раз развелась с твоим отцом. Так что хорошо подумай, Кира, так и останешься одна. А годы идут. У подруг уже у некоторых внуки в первый класс ходят. А вы тянули, ну и дотянули.

Не говорю маме, что не специально тянули. Просто так получилось. А когда Сергея уволили, решили немного повременить.

– Спасибо, мама, за поддержку, – с улыбкой говорю я. – Привет папе! Пока-пока! – и отключаю звонок.

Что-то меня толкает под руку проверить, можно ли подать заявление на развод электронно. Ну так, на всякий случай. Оказывается, что можно. И я с азартом заполняю заявление и не дрогнувшей рукой оплачиваю пошлину.

– Я свободе-е-ен! – пою во весь голос. – Блин, правда же – свободна.

От радости начинаю прыгать на кровати. Не панцирная, как на старой даче, а с удобным матрасом, но прыгать мне это не мешает. Меня просто захлестывает бурная радость. Минут десять скачу, а потом падаю звездой.

– Черт, полы, – хлопаю себя по лбу. Соскакиваю и хватаюсь за швабру.

К приходу мастера я навела в квартире маломальский порядок, и даже постельное уже почти достиралось. А еще вспомнила, что неплохо бы хоть чаю выпить. К чаю нашлись хлеб, масло и остатки сыра.

– С готовкой завтра разберусь, – я захлопываю дверцу холодильника. Готовить нет никакого желания.

Только сжимаю зубы на бутере, как в домофон звонят.

– Хозяйка, замки менять пришел, – говорит пришедший.

– Угу, заходите, – я спешно дожевываю.

Через пару минут к моей двери подходит мастер, сухонький мужчина в годах. Здоровается. Осматривает.

– Вот чек, – протягивает мне. – На вид хорошие замки.

– Ключи потеряла, – вру, не моргнув глазом, – мало ли, – пожимаю плечами.

– А, ну да, ну да, – кивает, расстегивая свою сумку. На замену замков у него уходят считанные минуты.

– Готово, хозяйка, – улыбается. – Больше ничего починить не надо? Розетку или стул?

– Нет, спасибо, – благодарю его.

– Ну, если надо будет, звони, – мужчина берет оплату. – Люстру повесить могу.

– Мне бы вот сломанный монитор на мусор вынести, – я чуть смущенно улыбаюсь.

– Давай захвачу, – берет пакет, а я добавляю ему сотку за помощь.

Заперев дверь на новые замки, возвращаюсь к своему остывшему чаю. Я молодец! Все дела переделала, и еще осталось время фильм какой-нибудь посмотреть.

– Все будет хорошо, – обещаю себе. – Работа есть, жилье есть. С моим разводом родители смирятся.

Пару месяцев назад я такое говорила одному мужчине. Что у него все будет хорошо. Он поправится. Надеюсь, его уже выписали из больницы.

– Вот бы как-нибудь узнать, все ли с ним в порядке, – произношу, как будто желание загадываю.

Месяц уже, наверное, прошел. Или даже полтора. Но этот случай оставил в моей памяти неизгладимые впечатления. И тогда же я впервые подумала, что мой муж так себе человек. Но тогда быстро отогнала эту мысль. Зря…

Было начало октября. Я спешила домой с работы. И так задержались на часик. Нужно было срочно добить документы, а партия товара большая. Закончили, перепроверили, документы отправили клиенту. Теть Маша, эта женщина-метеор, успела убрать половину офиса. Попрощавшись с ней и коллегами, я почти бегом рванула домой.

Ну там же муж любимый меня ждет! Голодный! Какая же дурочка была, слов нет. Добежав до пешеходного перехода, в нетерпении стала ждать, когда же переключится на зеленый. Наконец, он загорается, и мы дружной толпой устремляемся на дорогу. А дальше все происходит как в каком-то блокбастере.

На перекресток вылетает боком черная блестящая машина. Другие пешеходы с криками бросаются в разные стороны. А я стою, как парализованная. Открыв рот в безмолвном крике. Через лобовое стекло вижу искаженное ужасом лицо мужчины. И я, как настоящая идиотка, вместо того, чтобы бежать, присаживаюсь на корточки и прикрываю голову руками! Почему я так сделала, понятия не имею. Просто от шока.

Закрыв глаза, сжимаюсь в комочек, ожидая удара, который поломает мое тело. Жду боли. Но ничего не происходит.

Настоящее чудо, что дорогая машина разворачивается поперек и застывает буквально на расстоянии вытянутой руки от меня. Я даже проверила.

Не дождавшись удара, протянула руку и чуть-чуть не дотянулась кончиками пальцев до блестящего железного бока. Зато, подняв взгляд выше, увидела бледного водителя с капельками пота на лице.

И в мою глупую голову пришла самая неподходящая мысль: «Симпатичный какой. Жаль, если посадят». Надо же было додуматься до такого бреда!

Стала подниматься, не сводя взгляда с водителя. Он тоже будто очнулся. Тряхнул головой. Отстегнул ремень и открыл дверь. Как сквозь вату я слышала крики и ругань, а спустя секунду кричала уже сама.

Мужчина, одетый в дорогое пальто и деловой костюм, начал обходить машину, явно чтобы подойти ко мне. Кругом неразбериха.

И тут появляется еще одна машина. Большой внедорожник. Он сносит мужчину и немного цепляет его машину. Раздаются крики. А я как в замедленной съемке вижу, что мужчина отлетает и его ударяет о припаркованную машину.

Почему-то я срываюсь к нему.

– Скорую! Вызывайте скорую! – кричу, срывая голос.

Подбегаю и падаю на колени. Мужчина лежит сломанной куклой.

– Вот дура! – недовольно высказывается кто-то. – Он ее чуть не задавил, а она помогать кинулась!

Вздрагиваю, как от удара кнута. Почему я не должна помогать? Стягиваю шарф с шеи и пытаюсь подсунуть под голову мужчине.

– Оттащить его надо, – рядом присаживаются на корточки двое прохожих.

– Нет! – рявкаю зло. – Нельзя его двигать. Может, у него позвоночник сломан.

– Медик, что ли? – спрашивает один из них. И я зачем-то киваю.

– Ментов вызвали, – слышу еще один незнакомый голос. – Офигеть, прям как в фильме.

– Джип свалил, – галдят в толпе. – Сбил человека и свалил!

– Не найдут, – уверенно заявляет кто-то. – Даже не будут искать.

– Да он сам чуть девчонку не задавил! – возмущенный возглас какой-то женщины. – Вот и ответочка сразу. Карма!

– А там под машиной что-то натекло. Я в фильме видела такое! Сейчас рванет. Бежииииииим! – истеричный визг.

Это рассказывать долго, а на самом деле всё произошло в считанные минуты. Но от шока для меня тогда время текло медленно-медленно. Ну кричат и кричат. Главное, скорую вызвали.

Я, совсем как в сериалах, прикладываю пальцы к шее мужчины и чувствую пульс. Зачем я это делаю? Я понятия не имею, как этот пульс правильно должен биться. А что мужчина жив, и так понятно, потому что он дышит.

Оглядываюсь по сторонам. Зевак собралась толпа. Вокруг нас пробка огромная. Недовольно сигналят водители. Те, кто все же идет мимо, вытягивают шеи, желая разглядеть, что же случилось.

А я думаю лишь о том, что мужчине очень холодно лежать в октябре на асфальте.

«Хорошо, что на нем хоть пальто. Хоть немного теплее» – такие мысли в моей голове.

– Ну где же скорая? – в отчаянии спрашиваю.

– Пять минут прошло, как вызвали, – отвечает один из мужчин.

Пять? А кажется, что прошла вечность. Снова смотрю на мужчину. У него под головой медленно расплывается что-то темное. До меня очень медленно доходит, что это кровь. Его лицо сейчас в ссадинах и наливающихся синяках.

У него очень интересные четы лица. Немного грубоватые. Да и овал лица похож на прямоугольник. Подбородок выступающий. Волевой – так говорят. Губы тоже крупные. Нос прямой, с широкими ноздрями. И брови как два широких мазка. Лоб высокий.