Возмездие - Милас Мари - Страница 11

Я не проронила ни слова с того момента, как он ворвался в спальню и утащил меня прямо в ночной сорочке. На удивление в моей тюрьме оказались все необходимые вещи, и мне не пришлось ходить голой после того, как домработница вырвала из моих рук корсет.

Энцо выдохнул и повернулся ко мне.

– Пошли.

На улице стоял дубак, а на мне не было даже обуви. Я посмотрела на свои голые ступни и проглотила ругательство по поводу того, что сейчас гребаный февраль.

Энцо вышел из машины, открыл мою дверь и дернул за руку, выводя на пронизывающий ледяной ветер. Он потащил меня по гравию, утопающему в грязи, и не успела я зарычать на него от гнева, как споткнулась и растянулась всем телом на земле.

Руки и колени саднило, когда мелкие камни расцарапали кожу.

Энцо схватил меня за предплечье и помог подняться. Он осмотрел меня с ног до головы, стиснул челюсти и глубоко вздохнул.

– Я не бью женщин. Только если они об этом не умоляют. Поэтому пришлось импровизировать, чтобы ты не выглядела так идеально.

Так он специально поставил мне подножку!

– Stronzo2, – выплюнула я на его родном языке, выдергивая руку из его хватки и потирая ушибленную кожу.

– И тебе привет, – грубо ответил он на мои первые слова за сегодняшний день.

Он повел меня дальше, и наконец мы зашли в помещение, где все еще было до ужаса холодно, но хотя бы не дул ветер.

Внутри витал устойчивый запах сырости и железа. Облезлые деревянные ящики стояли вдоль боковых стен, а единственный свет исходил лишь от одной лампочки, висящей по центру. Как уютно.

Энцо толкнул меня на один из стульев у облезлой серой стены с засохшими багровыми брызгами крови. Я втянула воздух и приказала себе оставаться спокойной. В конце концов, он не бьет женщин – это же должно что-то означать?

Спустя мгновение из-за рядов ящиков появились три высоких и широкоплечих мужчины, и тут мои ободряющие негласные речи перестали иметь должный эффект. Потому что эти люди явно могли стать теми, кто изобьет меня до полусмерти.

– Дарио, привяжи ее, – приказал Энцо одному из них и вытащил из кармана телефон.

Мужчина в белой рубашке и с темными волосами направился ко мне. Его лицо было достаточно… милым? Если можно применить такой термин к человеку, у которого было два пистолета в кобуре. Он улыбнулся уголком губ, прежде чем завести мои руки за спинку стула.

Я попыталась вырваться, но он лишь шикнул:

– Тише, принцесса. Мой совет: не сопротивляйся, иначе я перестану быть нежным. Я вообще не бываю нежным, так что ты, считай, сорвала куш.

– Хватит болтать, Дарио, – отчитал его другой мужчина в красивом темно-бордовом костюме. Могла поклясться, что он сшит на заказ. Черты его лица были строже, чем у Дарио.

– Раф, я пытаюсь завести нового друга, не ревнуй, – хихикнул Дарио.

Он крепко связал мои запястья и дернул их вниз, зацепив за какой-то крючок возле сиденья. Я выгнулась в спине, потому что суставы в плечах закричали от боли.

Энцо стоял чуть поодаль, опершись о край металлического стола и смотря в телефон.

В свете одинокой лампы его тень расползалась по стене, как темное пламя. Он выглядел слишком спокойным для человека, который только что притащил меня в чертов подвал из фильмов, где главные героини обычно не доживают до титров.

– Они проехали первый пост, – выпрямился Энцо и двинулся ко мне.

– Парни уже заняли позиции, – ответил третий мужчина.

Шрам пересекал его щеку, и, присмотревшись, я вспомнила, что именно он нависал надо мной, когда я пришла в себя в тот вечер, когда меня похитили. Тогда Энцо назвал его «придурком», и, как бы мне ни нравилось это определение, я сомневалась, что это его имя.

Дарио отошел от меня к мужчине, одетому как на показе мод, а Энцо встал позади меня.

– Глубокий вдох, – прошептал он. – Нам нужно, чтобы ты выглядела, как пленница.

Я не успела даже осознать эту фразу, как на меня обрушился поток ледяной воды.

И я имею в виду в прямом смысле ледяной, потому что кусочки льдинок хрустнули в моих ладонях, когда я сжала кулаки. Я задохнулась от шока и холода, но все же тихо выплюнула:

– Надеюсь, ты сгоришь в аду.

– Я тоже, – так же тихо ответил Энцо мне на ухо, словно мы разделяли секрет.

Все мое тело дрожало, а зубы стучали так, будто внутри меня бушевало землетрясение. Кожу покалывало от неприятных мурашек, а с волос продолжала капать холодная вода, скользившая по груди и бедрам.

– Они убрали троих, – рявкнул мужчина со шрамом, он же «придурок».

Передо мной выстроилась стена мускулов. Все мужчины встали лицом ко входу и вытащили оружие.

Энцо остался стоять у меня за спиной и положил горячие ладони мне на обнаженные плечи. Тепло хлынуло в меня, как волна, накрывающая берег. Новый рой мурашек скользнул от груди к животу, и я снова задрожала. Хотя, может, и не переставала.

– Это сложно сделать, но доверься мне.

Он сошел с ума? Может быть, мне еще прыгнуть с обрыва за ним?

Двери склада распахнулись, а потом мои уши заложило от звука множества выстрелов.

Звук был не просто громким, но и таким резким, будто кнутом рассекал воздух. Первый выстрел ударил по барабанным перепонкам, и все остальное превратилось в сплошное гулкое эхо, будто я оказалась внутри металлического барабана, в который били изнутри.

Воздух содрогнулся, а с потолка посыпалась пыль. Я вскрикнула, но не услышала собственного голоса. Звук утонул в очереди выстрелов, металлическом визге и гулком рикошете, когда пули попадали в ящики, разрывая доски в щепу. Запах пороха мгновенно заполнил пространство, смешавшись с бетонной сыростью.

Все прекратилось так же резко, как и началось. Я открыла глаза, даже не осознав, что их закрыла, и увидела стену мужчин, все еще стоящую передо мной. Они по очереди опустили пистолеты.

Лампочка закачалась, заливая помещение дрожащим светом, а потом до моих ушей донесся голос, который я слишком хорошо знала.

– Ты вызывал меня.

Отец.

Его тон был раздраженный, словно ему пришлось бросить все важные дела, чтобы прибыть сюда.

«Ты вызывал меня».

То есть он сам не собирался искать меня? Я не должна удивляться, но едкое ядовитое чувство все равно коснулось души.

Я запрокинула голову и посмотрела на Энцо, чей взгляд был направлен на вход.

– Ты закончил демонстрацию талантов своей кавалерии? – спросил он, и мужчины передо мной расступились. – Или мы можем провести второй раунд?

Я прикусила язык, когда увидела около входа три трупа, узнав в одном из них охранника отца. На мужчинах же, которые загораживали меня, не было ни царапины. Это ужасало и в равной степени восхищало.

Отец выглядел достаточно выспавшимся и свежим. Совершенно не как обеспокоенный родитель, у которого украли единственную дочь. На нем был один из его лучших костюмов, даже запонки из новой коллекции Canali.

– Кто ты? – отец прищурился, но все еще не посмотрел на меня. Его внимание было сосредоточено на Энцо.

Мужчины рядом с отцом вытянулись, пытаясь демонстрировать такую же власть, как и команда мечты, «охраняющая» меня. Один из них был его адвокатом, второго я не узнавала, а третьим оказался, конечно же, Нокс. Но кто меня удивил, так это Патрик, нервно переминающийся с ноги на ногу позади отца.

– Разве твой бывший зять не сообщил последние новости?

– Он сделал это, но я не дурак, чтобы верить, что Морте воскресли, – отец усмехнулся, как если бы кто-то рассказал ему анекдот.

О, папа, анекдот действительно чертовски смешной.

– Делла Морте, – Энцо поправил его тоном, от которого у меня побежали мурашки ужаса, но в то же время подогнулись пальцы на ногах.

Чертовски великолепно, что меня очаровывают такие вещи, не правда ли?

Веселье покинуло черты лица Эрика Торна слишком быстро, чтобы я успела насладиться.

– Это правда, – рыкнул он.

Я почувствовала, как дуло пистолета заскользило вниз по щеке. Нежно и опасно, словно любой мой вздох мог спровоцировать выстрел. Вот же дерьмо…