Ученица Темного ректора. Как спрятать истинность от дракона - Ханевская Юлия - Страница 9

Раз, два, три… воздух режет горло, грудь ноет, но с каждым вдохом мир чуть-чуть стабилизируется.

Нужно собраться. Немедленно.

Я не могу позволить себе сломаться.

Не здесь. Не сейчас.

Мои друзья не готовы услышать, что я – пришелица из прошлого.

Что я прожила все это однажды – до конца, до смерти.

Да и я сама к этому не готова.

Все, что мне остается, – молчать. Делать вид, что все в порядке, что я такая же, как раньше.

Только внутри все трещит.

Зря я сюда приехала.

Нужно было отказаться. Сослаться на подготовку к учебному году, на усталость, на что угодно.

А теперь… поздно.

Я провожу ладонями по лицу, ощущаю липкую испарину на висках, холодную дрожь в пальцах.

Нет, нельзя так. Нужно собраться.

Нужно просто прожить эти три дня. Спокойно, тихо. Не выделяться.

Пока я гоняю мысли из угла в угол, шаги за домом возвращают меня к реальности.

Томиан.

Он выходит из-за угла, держа в руках стакан, наполненный до краев.

– Держи.

Я принимаю воду и пью залпом. Холодная. Почти обжигает горло, и это помогает.

Парень наблюдает, не отводя слишком уж внимательного взгляда. В его глазах настороженность, словно он чувствует, что дело точно не в жаре или тепловом ударе.

Что за моей вымученной улыбкой прячется какая-то тайна.

Но он не спрашивает, не давит. И я безмерно благодарна ему за это.

– Ну как? – наконец тихо произносит он. – Полегчало?

– Да… уже лучше. Спасибо.

Томиан кивает в ответ.

– Хорошо. Тогда пойдем. А то девчонки скоро хватятся – устроят переполох.

Я вздыхаю.

– Да, конечно.

Мы идем по тропинке к домику. Травинки щекочут босые ступни, и я вспоминаю про туфли, которые оставила на берегу. Солнце жжет спину, позволяя мне концентрироваться на физических ощущениях, а не на мыслях.

Стараюсь дышать ровно.

Все будет хорошо.

Должно быть.

Самое опасное сейчас – Дженни.

Если она хоть что-то почувствует, хоть тень моей паники – не отстанет, пока не вытащит всю правду.

А я… я не могу позволить себе рассказывать то, чего никто не должен знать.

Перед дверью я бросаю короткий взгляд на Томиана. Он идет чуть впереди, задумчивый, все еще настороженный.

Я провожу ладонью по груди, ощущая слабое, едва заметное покалывание под тканью платья.

Метка пульсирует – тихо, но настойчиво.

Я чувствую ее живое биение, связанное с ним… с драконом на том берегу.

Не думай об этом. Не сейчас.

Я выпрямляюсь, возвращаю себе спокойствие – то самое выражение лица, за которое меня всегда хвалила мама: «настоящая леди, сдержанная и собранная».

И, когда мы входим в дом, я уже почти верю, что выгляжу именно так.

Оставшийся день проходит спокойно. Почти.

Я стараюсь держаться – улыбаюсь, смеюсь вместе со всеми. Помогаю подругам раскладывать вещи, поддерживаю идею Альтана развести костер и пожарить зефир на берегу. В общем, усиленно делаю вид, что все в порядке.

Но все равно чувствую на себе взгляды.

Не всех, а только одного, самого внимательного из моих друзей.

Томиан будто бы не смотрит прямо, но я все равно ловлю его взгляд. Короткий, внимательный – не любопытный, не осуждающий, просто… настороженный. Он замечает больше, чем говорит. И это тревожит. Если начнет наблюдать – поймет, что со мной что-то не так. А этого допустить нельзя.

После ужина, Дженни предлагает идти купаться – «вода такая чистая, просто зовет».

Все радостно соглашаются, и через минуту мы уже идем к озеру.

Я останавливаюсь у самой кромки, глядя на блики закатного солнца на поверхности. Потом наклоняюсь, подхватываю оставленные туфли и отношу их к поваленному стволу дерева, играющему роль лавочки на берегу.

– Идешь? – спрашивает Дженни, снимая платье.

Ее цельный ярко-бирюзовый купальник идеально подходит под цвет небесно-голубых глаз.

– Нет, – я качаю головой. – Мочила ноги, вода ледяная. Может, завтра днем солнце лучше прогреет.

– Ничего себе, ты вдруг стала такая нежная! – фыркает она и делает шаг ко мне. – Давай-ка затащим тебя по-плохому!

Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но не успеваю.

Томиан появляется словно из ниоткуда.

– Позволь, я помогу, – говорит он с лукавой улыбкой и легко подхватывает Дженни за талию.

– Том! Отпусти! – ее возмущенный визг быстро переходит в смех.

Он несет Дженни к озеру и с размаху бросает в воду. Подруга на секунду исчезает с головой, а когда выныривает, над округой разносятся ее крики:

– Ах ты гад ползучий! Как ты посмел?! А если бы я утонула?!

– В прошлом году тебя даже русалка на дно утащить не смогла, – смеется Катрина.

Через минуту вся компания уже наперегонки бросается в озеро.

А я остаюсь одна.

Сажусь на траву, подтянув колени к груди, и опираюсь спиной на импровизированную лавку. Делаю вид, что любуюсь природой, а на самом деле мой взгляд снова и снова тянется к другому берегу.

Туда, где между деревьями темнеет силуэт особняка.

Того самого, где я видела Даррена.

Кожа над грудью вспыхивает горячим откликом. Метка пульсирует – медленно, глубоко, будто дышит вместе со мной.

Я прижимаю ладонь к груди под тканью платья и стараюсь легким импульсом магии унять этот жар.

Что, если кто-то заметит?

Я отвожу взгляд от особняка и глубоко вздыхаю.

Три дня на озере, избежать купания по любому не удастся… Но ни в коем случае нельзя допустить, чтобы друзья увидели метку.

Ночью, когда все уснут, я попробую замаскировать ее.

Магически, хоть ненадолго. Главное – скрыть.

Особенно от Дженни, которая если что-то заподозрит – не успокоится, пока не выведает все до мелочей.

И от Томиана – слишком умного, слишком наблюдательного.

Я сжимаю руки на коленях и смотрю, как под водой медленно исчезает солнце.

Все вокруг кажется таким обычным, безмятежным.

Но у меня чувство, будто я стою на краю пропасти – и вот-вот сделаю шаг.

Глава 6

Ночь выдалась тихой. Слишком тихой – как бывает только на природе, когда поблизости практически нет людей.

Я лежу, прислушиваясь к дыханию девочек, – ровному, глубокому. Кажется, Дженни во сне бормочет что-то про тосты и котят.

Когда я наконец решаюсь подняться, стрелки на часах показывают второй час ночи. Самое время.

Я осторожно соскальзываю с кровати, стараясь не скрипнуть половицей. Ноги касаются холодного пола, и по коже пробегает дрожь – то ли от холода, то ли от того, что я собираюсь неслышно выскользнуть из гостевого домика, как какой-то преступник, только что совершивший злодеяние.

Накидываю халат поверх пижамы и выхожу на улицу.

Снаружи – темнота и серебристая луна над озером. Все кажется нереальным, как будто я шагаю во сне.

Тишина такая плотная, что даже собственное дыхание звучит громко. Вдалеке ухает филин, с воды тянет прохладой. Где-то в камышах перекликаются лягушки.

Я иду именно туда, куда днем боялась смотреть.

К особняку, скрытому за оградой.

Сейчас там темно. Ни одного огонька, ни единого движения.

Наверное, Даррен уже уезжал, когда я его увидела. Это объясняет, почему в прошлый раз мы не встретились – мы просто разминулись.

Но тогда почему я получила метку раньше, чем тогда?

Потому что теперь все иначе.

Я замираю, глядя на безмолвный особняк, и понимаю: мир уже не повторяет прошлое дословно.

Я ведь не просто вернулась. Ядругая.

И, возможно, именно этим меняю все вокруг – малое, едва заметное, но меняю.

Покупка кинжала и защитных артефактов. Новый гардероб. Раздумья, ехать ли на озеро.

Все эти мелочи, как песчинки, складываются в новый узор судьбы.

И… может быть, теперь у этой истории другой конец, независимо от моих действий.

Мысль наполняет теплом. Надеждой.