Где моя башня, барон?! Том 7 (СИ) - Панарин Антон - Страница 9

— А ты не преступил моральные устои? — вновь прищурился он. — Ведь ты ударил преподавателя, на глаза у других студентов.

— Я лишь остановил его. В тот момент дуэли он выпустил нити, которые забрались мне под кожу, — печально улыбнулся я. — не очень приятные ощущения.

— Твою мать, — схватился за голову Дёмин. — Неужели опять?

— Что вы сказали? Опять? — прицепился я к его словам.

Значит, это не первый эксцесс? Были ещё случаи вспышки гнева Льва Иваныча? Замечательно просто. Шикарно.

— Авдеев, я понимаю тебя. Если всё, что ты сообщил правда — а я проверю, ты ж знаешь — то скорее всего Льва Ивановича ждёт выговор, — напряжённо произнёс проректор. — И если честно, я бы и сам так же поступил. Я ведь тоже был студентом когда-то. И терпеть не мог даже малейшей критики в свой адрес.

Далее проректор даже улыбнулся, вновь кинув трубку в зубы и выпуская несколько облачков дыма.

— На будущее. Старайся всё-таки держать себя в руках. И если что-то происходит — сообщай мне, — произнёс Дёмин, протягивая белую визитку с тёмным шрифтом и гербом Академии — зданием с колоннами. — А со Львом Ивановичем я поговорю. Очень серьёзно, не сомневайся. Можешь идти.

— Благодарю, — оценил я, забирая кусок картона.

— Ещё момент, — остановил меня в дверях Дёмин. — Тот эксцесс с Аляпьевым. Можешь не переживать. Я уже всё изучил, и претензий к тебе нет.

— Рад слышать, Станислав Михайлович, — с благодарностью в голосе произнёс я, и вышел в коридор.

— Ну что сказал? — уставился на меня знакомый служащий.

— Говорит, что тебя уволят на этой неделе, — улыбнулся я и пошёл по коридору в сторону лестничного пролёта.

— Ого! А за что⁈ — воскликнул служащий.

— За то, что к уважаемым людям пристаёшь с дурацкими расспросами! — бросил я ему в ответ и устремился вниз по лестнице.

Настроение у меня было отличное.

Мало того, что победил трёх придурков, которые перестанут донимать меня, так ещё наглого препода на место поставил.

И что меня ещё радовало, так это человечность проректора. Да, мужик он конечно, непростой, но справедливый и понимающий. И он на моей стороне, что было очень хорошей новостью.

Такие союзники мне точно нужны. Особенно сейчас, когда чёрт знает что происходит. Внутри вроде бы защищённого студенческого городка разгуливают фанатики в форме охранников. Банды студентов лютуют, и я ещё с ними точно столкнусь, уверен в этом. А доцент явно хитрожопых наук Лев Иваныч скорее всего последователь ордена Башни.

Так что впереди много работы. Надо подумать, как быстро вычистить всю эту хрень, чтоб хотя бы здесь, в студенческом городке, было безопасно.

Кабинет проректора Дёмина, полчаса спустя

Дёмин уставился на открывшуюся дверь, и буквально испепелил взглядом появившегося на пороге Льва Ивановича.

Тот, ни слова не говоря, закрыл за собой дверь, щёлкнул замком и прошёл к столу, садясь в кресло.

— Слава великой скверне, — холодно произнёс Лев Иванович.

— Великой Башне слава, — так же холодно ответил ему Дёмин. — Говори.

— Этого щенка давить надо, Стас, — процедил препод. — Он опасен. Ты знал, что он одну из наших ячеек уничтожил? На границе с Кореей.

— Разумеется, — оскалился проректор, резко перейдя на зловещий шёпот. — Но Лев, ты совсем рехнулся?.. Какого хера ты бросил на донора свои чёртовы нити? Он обо всём догадался. Да и про его метку не забывай

— Ты опять за своё, — скривился Лев Иванович. — Если и догадался, то что? Какая разница?

— Он придёт за тобой и уничтожит, — заметил Дёмин, опасно поблёскивая тёмными глазами. — А если ты не перестанешь дурить, то тебя завалят палачи. А ты знаешь насколько это сильные ублюдки.

— Да я понял уже, — вздохнул Лев Иванович.

— Просто не дури, Лев, мой тебе совет, — продолжил проректор. — И оставь Авдеева в покое.

— Его надо валить, Стас. Валить. И прямо сейчас, — тихо процедил препод, уставившись на проректора.

Дёмин покачал головой и тяжело вздохнул.

— Ты неисправим, Лев. Я тебе говорю — отвали от донора, — тихо произнёс он, таинственно улыбаясь. — Я сделаю всё по-тихому.

— По-тихому? Это как? — удивился Лев Иванович.

— Использую его ближнее окружение.

Я не спеша прогуливался по парку. Катал в кармане странный тёмный кругляш, трофей из последней башни, пытался уловить хоть какую-то энергию. Но по-прежнему камень был будто обычным мусором, который валялся на тропинках. Я не ощущал ничего. Вообще ничего.

Возможно, я слишком спешу. Смысла нет сейчас пытаться получить то, что я не знаю, то, к чему у меня до сих пор нет доступа.

В общем, я набрал номер Савелия Аристарховича, и какое-то время слушал длинные гудки.

— Да-да, приветствую, Владимир… Я тут немного занят, — судя по голосу торговец артефактами куда-то спешил. — На сделку опаздывая. У тебя что-то срочное?

— Я вам хочу описать предмет, который нашёл в башне, — произнёс я. — А вы мне скажите, знаете что это или нет.

— Ну давайте, я внимательно слушаю, — сказал Савелий Аристархович, судя по звукам, переходя проезжую часть.

Я описал ему серый кругляш, и торговец задумался. Явно вспоминал, встречался ли с таким ранее.

— Странно. Я не знаю ничего о таком, — растерянно ответил он. — Вы его вытащили из твари?

— Нет, он лежал в шкатулке, — уточнил я.

— О, даже как, — хмыкнул Савелий Аристархович. — Тогда мне нужно посмотреть на него. Я знаю в Хабаровске отличное место для встречи. Есть такое кафе на Амуре…

— Я ведь поступил в Академию. Сейчас в Краснодаре, — объяснил я, и торговец обрадовался.

— Знаете, тогда что сделаем? У меня будет сделка в Ростове, а там до Краснодара рукой подать. Я позвоню, как закончу и наметим место встречи. Идёт? — Савелий Аристархович замолчал, ожидая от меня ответа.

— Да, звоните, — согласился я. — Я меня есть машина, так что подберу вас и найдём подходящее место для нашей беседы.

— Отлично, — откликнулся торговец. — Ну всё, я отключаюсь… Мне пора.

Звонок был сброшен, а я убрал телефон в карман и услышал позади крик. Ко мне спешил Илья. Вот он поравнялся со мной, мы поздоровались.

— Ну ты даёшь! Как ты это сделал, Владимир⁈ — воскликнул он, восхищённо уставившись на меня. — Ты препода высек. Препода!

— А чему удивляешься? — хмыкнул я.

— Так они ж… как это называется… они неприкасаемые здесь, — выпалил Илья. — Ты можешь серьёзно влететь. Ты знаешь об этом?

— Лев Иваныч сам напросился. Ты бы слышал, как он со мной разговаривал, — улыбнулся я. — Так что кто ещё влетит — большой вопрос.

— Вот как? Ну да, я слышал, что препод нагрубил тебе… — Илья пнул сухую палку в сторону. — Но всё равно.

— Илюх, он сам вызвался на дуэль. Первый. Никто его за язык не тянул, — начал объяснять я. — Тем более это даже была не дуэль. Толпа на одного. Вот как ты думаешь, это честно?

— Да это по-шакальи, вот что я думаю, — помрачнел Илья. — Не, я его не защищаю. Уродов надо наказывать, кем бы он ни был. Но ты даже не представляешь, что творится в студенческих чатах. Там у всех пуканы горят и желчь льётся потоками, причём в разные стороны.

— Да пусть в этих чатиках хоть перебьют друг друга. Мне то что до них, — ухмыльнулся я. — Я сделал правильно. Вот и всё.

— Да красава ты, вообще без базара. Я так же бы поступил. Честь для нашего рода очень важна, — задумчиво ответил Илья. — Мне отец всегда говорил знаешь что? «Сын, будут обижать — сразу бей, словами или кулаком. И неважно кто перед тобой. Честь семьи превыше всего».

— Ну императора ты бы вряд ли ударил или оскорбил, — засмеялся я. — Но посыл ясен и вполне правильный.

— Скажешь тоже, где император, а где я, — нервно хохотнул Илья, затем посмотрел на время. — Жрать хочется аж сил нет. Погнали в столовку. В кампусе сегодня не будет обеда. Слышал?

— Впервые слышу, — признался я. — В чатике прочитал?