Ты мой подарок! Раздевайся - Мак Лина - Страница 1

***

– Вау! Какой секси, Сашка. Ты только посмотри на этого самца, – пищит Янка.

– Ага, – соглашаюсь я безэмоционально, опрокидывая очередную порцию текилы.

Я уже даже не чувствую особо вкуса. Хочу напиться, но не выходит. И так всегда. Вот сколько помню себя, всегда так было, я могу влить в себя литр горячительного, но торкнет меня только спустя несколько часов.

Но есть момент. Очень немаловажный. Если только у меня не состояние стресса. И вот сегодня вторая бутылка текилы уже пошла, третий час мы находимся в самом лучшем стриптиз-клубе города, а мне хоть бы что.

И всему виной мой дорогой папенька!

– Ой, не кисни ты, – отмахивается от меня Янка. – Ты сколько лет жила в своё удовольствие? Вот! – она тычет в меня своим тоненьким пальчиком. – Теперь пора платить по счетам.

– Ну ты же живёшь, и ничего, нормально! – смотрю на подругу и хочется послать её.

У меня горе, а она на мужиков смотрит.

– Меня не приплетай, Сашка, – вскидывает голову Яна. – Я птица вольная. У меня всё по-другому. И моему папеньке наследник не нужен, он у него есть.

– Вот и радуйся молча, – бурчу я.

– Ну не дуйся ты, – Янка садится рядом. – Ну подумаешь, замуж выйти нужно.

– Я на тебя посмотрю, когда тебя припрут к стене, – отворачиваюсь от подруги.

– Чур меня, – быстро вставляет Янка и ещё плюет через плечо. – Тьфу-тьфу. Мне такого счастья не нужно. Я поняла, что в нашей семье только Ваньке такое счастье привалило. Он счастливо женат и деток плодит, как осеменитель. Бедная Надюшка, – содрогается Янка, вспоминая своего старшего брата и невестку.

– А мне, значит, ты такого желаешь? – сощуриваюсь я, внимательно смотря на подругу. – Хороша подруга.

– Шурочек, ну ты же понимаешь, что в твоей ситуации по-другому быть не может, – Яна прижимается ко мне. – И, если что, я совершенно не поддерживаю методы твоего папеньки. Но, учитывая то, как он мастерски развалил один из твоих домов отдыха, лучше согласиться.

От слов Янки становится только хуже. Папа меня больше полугода уговаривал на “выгодный” союз, а я отбивалась. И каждый раз это было удачно, пока мои дома отдыха, что я с таким трудом открывала в разных районах Кавказских гор, не стали страдать от нападок разных служб.

– Но скажи мне, ты хотя бы видела этого Графа? – спрашивает Янка, внимательно заглядывая мне в глаза.

– Да не видела, – отвечаю я обречённо. – И желания нет. Я знаю только, что у этого Графа есть трое сыновей. Трое, Яна! Ты понимаешь, сколько ему лет?

– Ну, может, это ошибка? – спрашивает Яна, но по её шальным глазам вижу, что она сама не верит своим словам.

Мне двадцать семь лет, я отличный руководитель. Обожаю своё дело, но моему папеньке всё мало. И вот его посетила гениальная идея: нужно срочно меня выдать замуж за какого-то престарелого хрена, а то вдруг испортится товар.

– Слушай, Сашка, ну давай тогда оторвёмся напоследок так, чтобы всю жизнь помнить твой девичник. Но никому рассказать не сможем, – Янка поднимается передо мной и, сексуально подвигав бёдрами, подмигивает.

Где-то сбоку послышался свист, а мне так захотелось ткнуть фак этому свистуну.

– Мальчик, – Янка ставит руку на бок и смотрит мне за спину, – это мужской стриптиз. Ты что здесь забыл? Или мир до того испорчен, что теперь даже красавчики переходят на тёмную сторону?

– Рыбка, – за спиной раздаётся бархатистый голос с хрипотцой, и на спинку дивана ложатся две руки, увитые крупными венами, а закатанные рукава черной рубашки только добавляют брутальности этому виду. – Мне кажется, твой язычок требует укрощения.

– Не рыбка, а змейка – это раз. И два – я тебе быстрее что-то укрощу, – Янка вскидывает бровь и смотрит на этот экземпляр тестостерона и мышц, а я только глаза закатываю. – Но если ты станцуешь, то, возможно, я сделаю тебе подарок и награжу сладеньким.

– Идём. Я станцую! – уверенно заявляет мужчина и медленно обходит диванчик, становясь перед нами во весь рост.

Да он почти на голову выше Янки. Блин, да ещё и хорош, зараза.

– Здесь танцуй, – отвечает Янка, и хоть бы что ей. Даже глазом не ведёт.

– Ты же пожалеешь, – хмыкает он, не сводя взгляда с Яны.

– Уверен?

– Слушай, друг, – поднимаюсь я с диванчика. – Вали-ка ты отсюда, пока ножки ходят.

– Ой, ещё одна дерзкая девочка, – этот хам медленно переводит на меня взгляд. – Но рыженьких не люблю.

– А я тебе сейчас бубенцы отобью, и полюбишь сразу, – фыркаю я.

– Александра, свет мой, не стоит обижаться на того, кто только умеет языком трепаться, а делом не доказывает ничего, – Янка слишком елейно выговаривает каждое слово, что даже мне становится не по себе.

– Эх, девочка, будь по-твоему, – этот хам делает резкий шаг к Янке и начинает медленно двигать задницей.

А там есть чем двигать. Я даже сама засматриваюсь, пока не замечаю, как моя Янка уже тает от каждого его прикосновения.

– Я отойду, – говорю я, но меня уже никто не слышит.

Спускаюсь по ступенькам с вип-зоны, где мы отдыхали с подругой, и подхожу к охране.

– Мальчики, там Яна Маратовна наверху, проследите, чтобы не обидели.

– Хорошо, Александра Глебовна, – кивают мне две головы.

И я с чувством выполненного долга иду в сторону выхода. На пятом этаже у меня есть личные апартаменты. Ах да, это один из клубов моего папеньки. И здесь три в одном: и клуб, и гостиница, и СПА.

Заглядываю в бар за ещё одной бутылкой текилы и пью уже с горла.

Вот Янке сегодня точно повезёт. У неё будет секс, да и явно крышесносный. А я пойду наслаждаться последней неделей свободы.

Пока поднимаюсь в номер, понимаю, что меня начинает пошатывать. Неужели текила всё же дошла до мозга? Странно, что так долго.

Да ещё и в номер не могу к себе попасть. Не срабатывает ключ, зараза. Но когда я уже решаюсь идти за администратором, дверь резко открывается, и на меня смотрит голый мужик.

Смуглый, с тёмными волосами, аккуратной бородой, темными глубокими глазами и голый! Медленно опускаю взгляд по его телу, понимая, что слюна сейчас закапает из уголков рта, и останавливаюсь на его органе жизни.

– А ты им покрутить можешь? – киваю на член, который начинает на глазах увеличиваться в размерах.

– Ты пришла проверить? – прилетает вопрос в ответ, заставляя моё тело покрыться мурашками.

– Ну нет, дружок, – хмыкаю я и толкаю этого мачо в номер, а сама закрываю дверь. – Я пришла смотреть шоу. И надеюсь, ты меня не разочаруешь.

Отрываю звенящую голову от подушки и со стоном возвращаю обратно. Да что же всё так болит?

– Пить надо меньше, – тихо говорю я, но мой голос сейчас больше напоминает скрип старой двери.

– Надо меньше пить, – раздаётся совсем рядом мужской голос с хрипотцой.

Я замираю, даже дышать перестаю. Глаза не хочу открывать, потому что боюсь, что сейчас картинки, те, что мозг активно начинает воспроизводить в моей ещё пьяной голове, окажутся неправдой, и я сильно расстроюсь.

Медленно веду рукой в сторону источника звука, и, о чудо, первое, что попадается мне на пути – увесистый бархатный змей.

– Нормально так, – всё тем же голосом говорю я, но один глаз открываю. И тут же возмущённо выдаю: – Ты нормальный?

А этот, блин, вылепленный экземпляр царя зверей только бровь вскидывает вопросительно.

– Ты что здесь делаешь? И нельзя выглядеть лучше девушки утром! Понял? – поясняю я и снова пытаюсь хотя бы сесть на кровать. – Боже, да что же всё так болит?

– Если судить по тому, что я не хочу тебя трахнуть с утра, то можно сделать вывод, что ночь у нас была очень горячей, – довольно произносит этот нахал.

– Секса с утра? – разворачиваю голову к нему. – А ты не охренел случайно? Ты кто вообще? Стриптизёр! – тычу в его накачанный торс. – Так вали отсюда. Бабок тебе сейчас добавлю, и сгинь, пока не пал при исполнении. Меня нельзя видеть с утра никому.