Космофлот. Игрушка ренегата - Финова Ева - Страница 2

– Капитанский состав отступил, когда третий шлюз пал. Здесь нас встречала горстка биоников.

– Что-то слишком легко.

В удачу верилось с трудом. Неприятное подозрение о подставе закралось глубоко под кожу.

– Они не ожидали атаки? – предположил второй.

– Или нас ждали. – Задумчиво глянул на карту и заметил мигающий индикатор. – Почему у вас турбина в тридцать седьмом отсеке для утилизаторов остановлена?

– Только что работала, – быстро ответил главарь штурмовиков. – Денч, доложи. Почему выключена турбина? Этот сектор под твоей ответственностью.

– Я…

Худой молодой парень из сионтиков (из системы Сион), рыжий, в чёрной бандане, повязанной на покатом лбу, поспешил найти ответ. Он закрыл глаза, визуализируя в мозгу подключение к центральной системе космостанции через шлейф-разъём.

– Ну?

– Там какая-то крыса… – Он немного помолчал, добавляя: – Странно, периферические камеры и датчики избегали трое. Два антвага: старший лоцман из капитанского корпуса и учёный из Анта, а третий у нас марсианин-стажёр.

– Представитель конформации Эндо-Хоро? Их же всех выслали в прошлый поток, – не согласился главарь команды штурмовиков.

Я открыл на управленческой панели бортовой журнал и пролистал события зачисления в штат.

– У них новичок, – ответил я, а заодно нашёл фотографию и не понял, почему вижу подобное. – Тут какая-то ошибка. Написано – Диан Род, пол мужской. А на фото – женщина.

– Да вот же кадык. – Вайс ткнул пальцем прямо в экран.

Я принял быстрое решение, заметив обратное автономное включение турбины.

– Останови турбину! Живо! Пока его не превратило в фарш.

– Сейчас.

Сионтик склонился над клавиатурой с плазменным изображением клавиш на большой панели.

– Жаль, у них нет нейродатчиков управления и экспертной системы. Было бы проще раздавать команды голосом. – И уже через секунду я услышал: – Готово.

– Что имеем, – усмехнулся Вайс.

Я подавил улыбку – не время шутить и расслабляться. Надо решить проблему.

– Занимайтесь Хранилищем, а ей или им займусь сам. – Вынул титановый кинжал из кобуры штурмовика и спешно приказал: – Рань меня, чтобы выглядело правдоподобнее. Прикинусь охранником из секретной службы управления. Если это учёный-антваг – поверит, а с капитанскими у меня будет разговор короткий. Марсианина я и так разобрать смогу. Вот если лоцман – то по обстоятельствам.

Вайс и Денч как по команде хмыкнули, я не обратил на это внимания.

– Может, без ранения? – осмелился предложить Вайс. – Антваги взбесятся, с ума сойдут из-за запаха крови.

– Точно.

Я аккуратно спрятал сзади тонкий кинжал-шило в кевларовый сапог. На случай, если попадусь вооружённому штабному. Открыл карту космической станции и проследил самый короткий маршрут в ту сторону.

– Далеко забрался и так быстро? – Прикинул в уме расстояние до места. – Посчитай, туда достает глушилка?

Две секунды понадобилось сионтику, чтобы вычислить ответ с помощью центрального бортового компьютера космической станции.

– Нет.

– Фаген дот, – ругнулся я, предчувствуя неладное. – Никого из наших в ту сторону не пускать. Я сам.

За моей спиной послышались утвердительные возгласы, когда я быстрыми шагами покидал капитанскую рубку. Устрою-ка я охоту на этого новичка. Случайно ли, но он выбрал самую отдалённую точку от Хранилища и моего местоположения, будто знал, что его или её точно будут искать.

Её?

Я застыл на месте. Нет, это вряд ли. К антвагам не допускают женщин. Только если это не какая-нибудь чокнутая из космофлота Терры под служебным прикрытием… Они могут всё. Потому что профи, каких поискать. Что ж, Диан Род? Надо будет пробить всю информацию по базе. Спросить у сионтика или Вайса?

Нет. Отвлекать их – себе дороже. Сказал – разберусь, значит, буду держать слово.

Диана Род

Повезло.

Как же мне повезло!

Турбина быстро отключилась, и поэтому я с лёгкостью заскочила в следующее помещение – коридор для обслуживающего персонала, ведущий в небольшую жилую зону. Место, где можно провести некоторое время, ожидая окончания на планете Ямг магнитных бурь. Как называют космический ветер, едва улавливаемый датчиками. Дело в том, что он крайне опасен для всех живых существ и представляет из себя сильное ионизирующее излучение. Иными словами, если не переждать его под многоуровневой защитой космостанции, можно схватить большую дозу радиации. Получается, флагман Хорада сильно рисковал, направляя сюда свой корабль, ведь очередной период магнитных бурь должен начаться на днях.

Для кого-то это повод вынужденно провести время на ближайшей планете или крупной космической станции, для меня – бурная пора исследований. Так как в это время Ямг словно оживает. Плотная литосферная кора планеты-звезды трескается, и наружу выплёскиваются магматические газы, обычно удерживаемые в глубине сверхтяжёлым плазменным ядром под плотной магнитной шапкой.

Зрелище феноменальной красоты! Трещины в безжизненной серой корке подсвечиваются золотисто-оранжевым перламутром из-за плотных клубов газа, выплывающих наружу в атмосферу планеты. Низко парящие, почти прозрачные стайки облаков расцвечиваются множеством оттенков жёлтого и красного, начиная от лимонного и заканчивая ярко-алым.

Будучи совсем маленькой, я наблюдала за этим явлением, когда посещала крупную марсианскую обсерваторию. Сейчас, находясь поблизости, не могла поверить своему счастью. Скоро. Очень скоро я смогу увидеть воочию это явление. И никто, ни ренегаты, ни антваги, мне в этом не помешают.

Я хмыкнула, разглядывая очередное шлюзовое препятствие. Интересно, а мой чип-ключ позволит открыть эту дверь? И будет ли подобное событие записано в местный судовой журнал?

Сощурилась, глядя на приборную панель считывателя.

Начну её разбирать – провожусь минимум пару часов. А времени не так много. Мне ещё нужно добраться в ближайший медотсек, чтобы поискать там специальные препараты. Низ живота ныл, сигнализируя о нарушении женского цикла. Дальше будет только хуже.

– Демет!

Очередное иноземное ругательство вырвалось наружу. Я обернулась и поняла, что назад отступать уже поздно. Турбина может начать работу в любой момент. Да и в изолированных от основной базы отсеках наверняка должна быть хотя бы аптечка со всем необходимым набором препаратов. Посмотрю там, что можно будет использовать. Не зря же я медалистка академии, капрал космофлота Терры. Медицинские курсы окончила с отличием, ведь это было частью общего плана, как подобраться поближе к планете Ямг. Жаль, Освальда Натиса мне застать не удалось. Но будь на космической станции ещё хоть один марсианин, а не только антваги, мне бы пришлось сделать нечто большее, чем просто небольшую пластику лица.

Как назло, природа наделила меня излишне женственными чертами, светлыми вьющимися волосами и голубыми глазами. А светлая кожа была настолько не приспособлена к климату любой жилой планеты нашей конформации, что я с легкостью получала ожоги, не пробыв под палящим зноем и несколько минут.

Но это не проблема. Нынешний уровень прогресса позволил с помощью специальных кремов УФ-защиты очень долго находиться под естественным излучением ближайшего светила. Если, конечно, атмосфера планеты была открытого типа, сертифицированная АЕТСУП (автономная единая террианская система учёта планет). Есть и такие, где люди живут под землёй, на глубине многих километров, а есть планеты, где можно жить только в колониях орбитальных станций. Чаще всего ресурсные. На поверхность таких спускаются в скафандрах на ограниченный срок.

И есть планеты с купольными городами.

Да… Помню одну.

Пробиться туда – та ещё проблема. Множество уровней биозащиты не допускает наличие в организме предельного количества вредных бактерий. Я вот эту проверку, кстати, не прошла. Меня завернули. Однако это другая история, из-за которой меня и списали в запас. Дело в том, что я получила серьёзное ранение в бою, прикрыла приятеля собственным телом. Думала, пострадает только техоборудование, прикреплённое к рюкзаку на спине. Оказалось, металлическая стрела, пущенная из пневмонагнетателя, прошила меня почти насквозь. Как итог, рука повисла плетью и два года мне пришлось потратить на восстановительную терапию, пройти несколько операций по замене нервных волокон.