Развод. Смогу ли я простить? (СИ) - Шимай Лиза - Страница 13

— Тебе надо за мелким следить, его кормить надо.

— Я всё взял с собой на всякий случай. Я же не мог выехать из дома и не взять ребенку еды. Пойдем, я тебя проведу в спальню.

Роман помог мне подняться и отвел в постель. Как только моя голова коснулась подушки, мне сразу захотелось провалиться в сон. Но я до последнего боролась.

Нет, так нельзя. Я сейчас сама всем своим видом показываю, что меня всё устраивает. А я должна его выгнать. Но так обидно, что у меня совершенно нет сил ни на какие истерики, склоки. Я просто хочу лечь и спать.

Примерно через час приехала медсестра и поставила мне капельницу. Мне стало немного лучше. Она посоветовала мне съесть что-то легкое, а также сказала, что можно попробовать разные вкусы. Например, что-то кислое или соленое.

— Такое бывает, — сказала она, — но достаточно редко, что может быть сильная реакция на какие-то продукты. Иногда, конечно, это совершенно ни на что не влияет. Но надеюсь, что вам станет лучше. У Романа есть мой номер. В любое время мне звоните. Если что, я приеду. Врачи тоже всегда на связи.

Я поблагодарила медсестру. Примерно час провалялась в постели по ее рекомендации. Затем нашла в себе силы подняться с постели.

Это была очень красивая квартира с большой кухней-гостиной, панорамным окном, тремя спальнями, высокими потолками и идеальным интерьером в бело-бежевых тонах.

Квартира мне показалась очень уютной. И, что самое замечательное, я чувствовала, что здесь больше безопасности, чем дома.

Я вышла в гостиную, где был Роман с Лешей.

— Твоя подруга точно не знает об этой квартире?

— Нет, не знает. Не волнуйся об этом.

— Очень сложно сейчас верить твоим словам.

Я сажусь за обеденный стол, на котором стоит несколько нераспакованных пакетов из ресторана.

— Ты уже успел заказать еду?

— Да, тебе надо поесть.

— Не знаю, мне кажется, как только ем, мне становится хуже.

— Всё равно нужно пробовать немного поесть. Голодать тоже не вариант.

— Ты прав.

Я потянулась к одному из пакетов.

Роман заказал всю мою самую любимую еду. Сейчас мне больно от того, что он так хорошо меня знает. Вначале есть не хотелось, я бесцельно ковыряла еду. Но затем аппетит проснулся. Я поела. Роман заверил мне травяной чай. Я сделала несколько глотков и почувствовала себя гораздо бодрее.

Я наблюдала за тем, как Роман носил малыша на руках. Он практически не отпускал его. Сказал, что так он спит крепче, а ему совсем не сложно.

Я понимаю, что это ненормально, и сейчас мне лучше было бы остаться одной и постараться со всём справиться. Это всего лишь токсикоз, мелочи. Многие женщины в беременность проходят через это, и я уверена, что они проделывают это с большей легкостью, чем я.

Наверное, я слабая. Не привыкла бороться.

— Ян звонил, он уже отвез Машу. Сейчас выполнит несколько моих поручений и будет возвращаться. Он привезет твои и мои вещи. Мне еще нужно сегодня немного поработать, поэтому он привезет ноутбук.

— Может быть, ты всё-таки оставишь меня одну?

— Нет, Лен, не оставлю.

Роман аккуратно кладет сына на диван, сбоку подпирает подушкой, а потом садится со мной за стол.

— Нет, я никуда не поеду, я останусь с тобой. Ты понимаешь, что мой долг сейчас помогать тебе.

— Твой долг был не изменять мне.

— И я этого не отрицаю. Я согласен. Несомненно, я об этом жалею. Но у меня появился сын. И скажу тебе честно, я не могу отрицать того факта, что я этому не рад. Когда мы с тобой обсуждали рождение ребенка, я даже не представить себе не мог, как это всё будет, когда я возьму сына на руки. От своих друзей я часто слышал, что маленькие дети у них практически не вызывают никаких эмоций, как бы это ужасно отзвучало. Но когда я взял Лешу, я понял, что это мой сын, мой ребенок. И первое, что я должен сделать — это его защищать и оберегать.

— Да, я понимаю, он сейчас у тебя на первом месте.

— Нет. Лен, давай не будем расставлять никакие места. Ты для меня очень важна. Я еще раз повторяю: я не отрицаю того, что оступился и допустил очень серьезную ошибку. Я сделал тебе больно. Я не собираюсь ходить вокруг да около и оправдываться. Это факт, это произошло. Но ты моя жена, моя беременная жена, которая носит под сердцем нашего ребенка. И я не могу просто так сейчас развернуться, уехать и оставить тебя одну, тем более я вижу, как тебе плохо. Каждые несколько часов тебя тошнит. Тебе нужна помощь и поддержка. Я буду с тобой. Даже если ты этого не хочешь.

— Подпиши документы на развод.

— Дай мне развод, Роман. Просто подпиши. Ты же сам прекрасно понимаешь, что ничего из этого не получится. Мы оба это понимаем. Мы просто сейчас сидим друг напротив друга и мучаемся.

— Я не хочу тебя отпускать.

— Я это тоже понимаю. Но я не смогу так жить. У тебя Лёша, эта Маша. Даже если ты не будешь с ней, это неважно. Ты понимаешь, что никогда до конца не уберёшь её из вашей жизни. Она мать. Да, может быть, сегодня из-за возраста или каких-то психических обстоятельств она говорит о том, что не хочет быть матерью. Но всё может измениться. Пройдет год, два, три, пять. Да неважно, сколько. Представь, даже если это случится, допустим, мы с тобой будем вместе, и я приму твоего нагулянного ребенка. — Мне самой противно говорить такие слова. Но так и есть. Я глубоко вздыхаю, а затем продолжаю. — Через время она появится, захочет его забрать. Ты представляешь, какую боль я могу ощутить? А какую боль переживешь ты? Ты будешь растить этого ребенка, заботиться. Увидишь его первые шаги, услышишь первые слова. А потом она появится и скажет — я готова быть матерью моего ребенка…

— Я осознаю риски. Я не хочу в этом участвовать. Моя жизнь последние десять лет была не самой счастливой. Я не говорю про отношения с тобой. Да, у нас были сложности, но мы их преодолевали. Я себя чувствовала больной, ущербной, неполноценной.

— Я тебе никогда такого не говорил. Я тебе говорил всегда, что ты самая прекрасная женщина в мире…

— Которая не могла подарить тебе ребенка, поэтому нашел какую-то чокнутую малолетку, которая это сделала.

Роман тяжело вздыхает, отворачивается в сторону, а я продолжаю:

— Нам обоим будет так гораздо проще. Мы разведемся, разъедемся. Ты будешь заниматься Алексеем. Я буду заботиться о себе и о нашем ребенке. Я ни в коем случае не буду препятствовать твоему общению с ребенком. Я буду очень рада, если ты будешь мне помогать. Но вся эта ситуация, она делает только хуже. Мне сложно и больно. Я смотрю на тебя, и у меня сердце кровью обливается. Ты понимаешь? Я так не могу.

— Я понимаю. Но и ты, Лен, пойми меня, мне сейчас очень сложно оставить тебя одну. Я волнуюсь, что сейчас выйду за дверь, а тебе опять станет плохо, тебя скрутит, тебе понадобится какая-то помощь, вызов врача или еще что-то. Я хочу быть рядом в этот момент. Ты прекрасно знаешь, что тебе некого попросить о помощи. Конечно, я могу нанять тебе круглосуточную сиделку.

— Нет, — прерываю я.

— Ну вот, конечно, ты от этого откажешься.

— Я еще раз повторяю: я беременная, а не больная.

— Я с тобой согласен. Но беременность может протекать по-разному. У тебя на данный момент сложный период. Может быть, через неделю всё закончится, и ты будешь себя чувствовать прекрасно. А может быть, и нет. Просто позволь мне некоторое время побыть с тобой. Я хочу быть уверенным, что у тебя всё хорошо.

Несколько секунд я молчу, пытаюсь собрать пазл из своих мыслей и принять верное решение, но понимаю, что никакого верного решения на самом деле нет.

Что бы я ни сделала, я уже проиграла.

— Ром, давай так. Я позволю тебе остаться рядом со мной на некоторое время. Но ты подпишешь документы.

— Хорошо, я подпишу, — говорит Роман, и я облегченно выдыхаю. — Но я останусь с тобой. Если для тебя это так важно…

— Да, для меня это важно. Я хочу понимать, что мы расходимся. Для меня это будет точкой. Наши отношения сейчас только из-за ребенка. Мы тоже теперь с тобой связаны до конца жизни. Нам придется общаться, видеться.