Звездная Кровь. Экзарх VIII (СИ) - Рокотов Алексей - Страница 10

— Увидел нечто необычное?

Зар не смутился, будто специально наводил меня на этот вопрос.

— Если не считать кромешной тьмы внутри тебя, то ничего необычного. Обычный серебряный Восходящий. Даже странно, что…

Зар осёкся, явно не желая продолжать мысль. Я осознал, что он знает обо мне нечто, чего не хочет открывать. Это заставило напрячься, так как мои секреты казались опасными даже мне.

Зар ещё несколько секунд рассматривал меня, после чего сказал то, что заставило меня похолодеть и почувствовать, как под лопатку входит длинное, острое и холодное. Прокалывает кожу, мышцы и осколком льда стремится к лёгким.

— То, что было отнято у Народа Топей, найдёшь там же, где и то, что было забрано из пещеры… — сказал он.

Я невольно дёрнулся. Зар говорил о Контракции и Вечности. О том, что я предпочёл бы скрыть ото всех. Мне пришлось мысленно сдавить свою волю в кулак, чтобы сохранить холодное выражение лица. Но меня выдало тело, оно инстинктивно напряглось.

— Даже интересно, что именно там было, — заметил золотой Восходящий, внимательно наблюдая за моей реакцией и давая понять, что он не в курсе происшедшего. — Но я передал то, что меня просили. На этом разговор окончен.

Купол Тишины погас. До ушей тут же донёсся лёгкий гул множества голосов и тихая музыка. Зар медленно двинулся к своим спутникам.

— Он не знает, о чём сказал, — уверенно заявила Нира.

Синтетик появилась за моей спиной спустя миг после окончания разговора с золотым Восходящим. При этом я ощутил её злость. Каждый раз, когда дело доходило до похищенных Контракцией вингеров, она внутренне взрывалась, пусть и не показывала этого внешне.

— Это не отменяет того, что нам, похоже, придётся отправиться сама знаешь куда, — не поворачивая головы, сказал я. — Если с потерей вингеров и невозможностью разыскать Акселя я смирился, то вот без Киира нам не обойтись. Здесь только два варианта: либо мириться с Народом Топей, либо уничтожить их под корень. Сама понимаешь, что второй вариант не самый удачный.

Как ни странно, но никакой злобы по отношению к аборигенам Топей я не испытывал. Понимал, что они так же как и Народ Земли угодили в жернова, которые их и перемололи. Впрочем, это не отменяло того факта, что при необходимости я был готов к самым решительным действиям по отношению к ним. Земляне и Нова прежде всего!

— Что могло понадобиться от меня этим? — обращаясь больше к себе, спросил я и посмотрел в потолок. Как и любой житель Единства я знал, что сейчас Небесный Трон сиял голубым ореолом на треть неба.

— Вопрос хороший, — сказала Нира. — Могу сказать, что тебе не стоит даже задумываться о том, чтобы отправиться в Вечность. Я категорически против.

— Пояснишь?

— Это слишком опасно… Это другой мир, отличный от Единства… Нет, Нейт, скорее всего для тебя это будет дорога в один конец. Что касается того, что им от тебя нужно, то ты их чем-то заинтересовал, но не настолько, чтобы они перешли к решительным действиям. Будь это иначе, они бы доставили тебя наверх за несколько часов, вне зависимости от твоего желания. Пока что ты им интересен, но они готовы ждать…

— Вспомни о Киире… Это не похоже на то, что они готовы ждать…

— Они подсекли тебя. Они считают, у тебя не остаётся выбора, но это не так. В Вечности тебе делать нечего.

Нира вложила в слова столько уверенности, что я развернулся и посмотрел в её голубые глаза. Хотелось спросить, что таилось за её словами, но я знал, что это бесполезно. Синтетик никогда не признается, пока не сочтёт, что пришёл нужный момент.

А ещё меня беспокоило то, как отреагируют Анора и Маркус на новости о том, где находится Киир. Скрывать подобную информацию было преступлением. Похоже, я невольно стал виновником того, что Нову «наградили» Топями с живущим там враждебным Народом. Чем дольше я об этом думал, тем сильнее мне становилось не по себе.

Праздник продлился до глубокой ночи. Большинство аборигенов отправились в лагеря неподалёку от города землян, либо сразу двинулись в сторону своих земель. В зале остались Восходящие из Народа Земли и ближайшие и дружественные Народы. В основном пустынники и гиганты из Народа Солёных Берегов.

— Нейт, приём для нас закончен, — Анора неожиданно появилась в нескольких метрах от меня. Собранная, холодная, с прямым взглядом. — Маркус и Эллесар разберутся сами. Сопроводи меня к камерам, хочу посмотреть память нападавших и получить ответы, что на самом деле произошло. А ещё я сильно хочу услышать, о чём ты говорил с Заром.

Я посмотрел на золотую Восходящую, и её взгляд мне не понравился.

Ангро стоял у пилона надвратной башни Ильника и смотрел в ночное небо. Голубой отсвет Небесного Трона всегда вызывал в нём неосознанную тревогу, будто от него исходила неведомая угроза. Шершавая ладонь приподнялась и прошлась по острым граням пяти гемматов, что украшали кожу на груди.

Этот жест успокаивал и показывал, чего он уже достиг. Каждый геммат в теле — знак отличия за закрытый атрибут Восхождения. Три за этап дерева. Ещё два за десять звёзд в бронзовых атрибутах Моторики и Физионики. Ангро по праву мог гордиться своим прогрессом и тем, что его считали подающим надежды Восходящим.

Другая ладонь слегка сжала копьё из камнедрева, после чего приставила его к выщербленной и потрескавшейся стене. Маска с кристаллами оксидина слегка отошла от лица так, что испарения начали проникать в горло и немного щипать язык. Сегодня туман оказался особенно густым и плотным, настолько, что танаану пришлось выставить дополнительные посты по периметру Ильника.

Предосторожность не была напрасна. Хохотальщики всё чаще показывались неподалёку от города, выныривали из тёмных вод и нападали на болотоходцев. Фрогги всё чаще посылали разведчиков, чтобы проверить кристаллорождённых на прочность. И как знал Ангро, далеко не всегда их вылазки заканчивались ничем.

Особенно плохо дело обернулось в Сезон Дикой охоты, когда Топь взбунтовалась против своих хозяев. Десятки небольших поселений оказались истреблены. Многим пришлось переселиться в неформальную столицу Народа, но и это спасало слабо.

За несколько последних больших циклов Народ Топей потерял слишком много бойцов болотной стражи и Восходящих. Изгои, что засели в горах, порождения Теневых Земель, некротические твари из Пустоши, червивая мерзость, обитатели тёмных глубин — все проверяли народ на прочность.

Ангро повернулся на звук шагов позади и увидел картину немалого города. Самый большой из оставшихся — Ильник. Построенный на руинах города древних, он являлся самым большим из городов Топи, в нём заседал рикс и его приближённые.

Сотни подвесных лестниц висели над тёмной водой и соединяли наполовину разрушенные гигантские строения, каждое из которых являлось жилищем для выходцев топи и уходило на неизвестную глубину в трясину. Множество голубых кристаллов давали едва заметное голубоватое сияние, подсвечивая внутренности полуразрушенных башен. Когда-то в древности это был красивый город, сейчас от него остался полуразложившийся труп.

Туман расступился и пропустил к Ангро тонкий девичий силуэт с двумя геммами у хрупких ключиц. Они слегка просвечивались сквозь одежду. Впрочем, Восходящему не было нужды смотреть на знаки различия, он и так отлично знал, кто пожаловал.

Доспех из зелёной шкуры живохвата облегал Инит, будто являлся её собственной кожей. А каждое движение приковывало к себе взгляд. Грива распущенных белых волос опускалась до поясницы. Немного голубоватая кожа казалась мягкой и притягательной даже на вид.

— Туман сегодня особенно густ, — сказала она, когда подошла к краю стены и положила на него золотистый лук — награду Наблюдателя. Девушка резко повернулась, и её белые волосы слегка подлетели вверх. Она пристально посмотрела на Ангро, будто ожидала от него слов или действий. Тот выдержал взгляд и встал рядом так, чтобы локти грели друг друга.

Ближе к сердцу Восходящего, во внутреннем кармане его куртки, лежал искусный кинжал из гемм-кристалла. Рунные мастера Народа Топей добавили в него несколько свойств. Остроту, неразрушимость, отчего он уже сейчас был близок к серебру, если запечатать Предмет в руну. Над клинком потрудились и лучшие резчики по камню, так что он был не только смертоносен, но и красив. Как раз то, что нужно, чтобы поднести дар гордой воительнице и ожидать подарка в ответ.