Развод в 46. Ты всё разрушил - Алексаева Оксана - Страница 3

Спотыкаюсь о порог, едва не падаю. Юра подхватывает меня за руку.

Из-за сильного переживания я плохо слышу и вижу, и муж продолжает держать меня за локоть, заметив моё взвинченное состояние.

Все дальнейшее происходит словно в тумане. Юра узнает, в какой палате находится дочка. Мы поднимаемся на нужный этаж. Там я замечаю встревоженных родителей, которые оба, с бледными лицами, нервно расхаживают из стороны в сторону по белому больничному коридору.

Заметив меня, мама бросается мне навстречу.

– Верочка! Прости меня, – всхлипывает мама, притягивая меня к себе в объятия.

– Как все произошло? – сдавленным голосом задаю вопрос.

Юра, на удивление, кажется самым спокойным из нас. Он всегда, в любой ситуации, умеет держать самообладание.

Я думала, что тоже умею. Но, как оказалось, я совершенно не стрессоустойчива.

– Она легла спать. Потом начала сильно кашлять, задыхаться… – мама заикается от волнения, а меня же будто ледяной волной окатывает с ног до головы. Холодный пот выступает на коже.

– Верочка, все будет хорошо. Врачи проводят обследование. Медленно опускаюсь на скамью. Пытаюсь совладать с собой, не

поддаваться панике. Нужно взять себя в руки и успокоиться. Ради дочки.

Юра садится рядом.

– Успокойся. С Софой все будет в порядке, – ровным тоном произносит он, но его поддержка сейчас не эффективна. Я успокоюсь только тогда, когда мне скажут, что жизни моей девочки ничего не угрожает.

Тем временем у Юры разрывается телефон. Вспоминаю, что он звонил всю дорогу до больницы и сейчас. Но предатель постоянно сбрасывает вызов.

Догадываюсь, почему.

– Возьми трубку. Это, наверное, что-то важное, раз кто-то так настойчиво пытается до тебя дозвониться, – выдаю с укором, голос звенит обидой.

– Вера, давай не здесь, – сурово чеканит Юра сквозь зубы.

Но когда звонок повторяется, он все же встает на ноги и отходит в самый дальний конец коридора. Мама с отцом сидят напротив, кажется, они переживают не меньше, чем я. Их лица исказились в тревоге.

Не знаю зачем, но ноги сами несут вслед за предателем. Кажется, что я сама себе во вред. Зачем иду за ним, к чему эта слежка? Уже итак все понятно…

– Милая, я сегодня не смогу приехать… Софа в больнице. Пока не знаю… Малыш, не злись. Нет, конечно я говорю правду! Как только, так сразу… Сегодня я должен быть рядом с дочкой… Нет, не ревнуй меня, заяц. Я же сказал, только ради дочки…

Как шпион прячусь за углом. Чувствую себя унизительно.

Щеки пылают, словно меня ударили. Желудок скручивает узлом. Хочется провалиться сквозь землю.

Его слова, как ядовитые змеи, впиваются в мое сердце, отравляя каждую клетку. От боли задыхаюсь.

Мама замечает меня. Бросает на меня задумчивый взгляд. Отмираю, шагаю обратно на свое место. Не хочу, чтобы родители о чем-то догадались. Не сейчас. В такой момент нужно думать только о Софе, а я, как дура, подслушиваю разговор своего блудливого мужа с его любовницей! Ругаю саму себя за такую безрассудность. Нужно думать о дочке, а не о его грязных тайнах.

Но так или иначе в голове крутятся острые слова предателя.

Наша дочка, получается, разрушила его планы. Ведь сейчас он уже наверняка должен был быть в объятиях своей любовницы, а не вот здесь…

Заметив вышедшего из палаты мужчину в белом халате, мы все разом окружаем его со всех сторон. Даже Юра появляется откуда ни возьмись.

– Доктор, что с моей дочерью? Что-то серьезное? Как она? Пришла в себя? – судорожно засыпаю седовласого мужчину в очках кучей вопросов.

– София пришла в себя, – размеренно произносит мужчина, и я с облегчением выдыхаю. – У неё случился приступ бронхиальной астмы.

Замираю в немом шоке. Первые секунды даже сказать ничего не могу.

– К-как? – в потрясении шепчет мама.

– Вы замечали какие-либо странности? Затрудненное дыхание, хрипы, свисты?

Напрягаю память. Но ничего такого вспомнить не могу. Да, Софа часто страдала в детстве бронхитами, но я бы никогда не подумала, что это все закончится астмой… Сердце сковывает тревога и боль, а совесть зудит о том, что не стоило сегодня отправлять дочь к родителям. Мало того, что они сами напуганы до жути, так ещё и в такой ответственный момент меня не было рядом с малышкой.

– Нет, не припомню такого, – вместо меня отвечает Юра. – Что нам делать, доктор? Это возможно вылечить?

– На данный момент нам ещё нужно провести несколько обследований, и пока что в наших силах лишь минимизировать количество приступов. Для этого вам нужно оградить девочку от стрессов и создать максимально теплую и благоприятную обстановку в семье, сейчас ей необходима ваша родительская поддержка, тепло, забота и любовь, – мужчина будто бы в курсе о нашем разладе, он очерчивает нас с Юрой проницательным взглядом, словно видит нас насквозь.

– Да, конечно, – спустя короткую паузу отвечает Юра. Я ловлю его напряжение в голосе. Мы с ним украдкой переглядываемся, оба осознавая, что нам будет очень сложно выполнить наставление врача.

Глава 5

Вера

– К ней можно? – с мольбой смотрю на доктора, думая о том, что даже если он откажет, я все равно напролом пройду в палату.

– Да, проходите, – дает согласие мужчина, и мы вместе с Юрой врываемся внутрь. Увидев нас, доченька вяло улыбается.

– Милая моя, – я обнимаю её, слегка прижав к себе. – Ты нас так напугала.

– Я тоже испугалась, мам, – хрипит моя девочка осипшим голосом.

– Ничего, родная, все обошлось. Все будет хорошо, – ради спокойствия дочери натягиваю на лице улыбку, несмотря на то, что внутри я умираю от боли. Уголки губ дрожат, и мне стоит невероятных усилий не разрыдаться прямо здесь.

– Мы рядом, Софушка, – ласково произносит Юра. Когда он смотрит на дочь, его стальной взгляд теплеет. Он берет малышку за руку и гладит её по каштановым волосам. София копия Юры. Они похожи с ним как две капли воды.

Где-то в глубине души я понимаю, что Юра не сможет сейчас уйти. Иначе он подвергнет жизнь дочери опасности. Но и играть с ним в счастливую семью у меня тоже нет желания. Ощущение, что мы оба с ним находимся в безвыходном положении. Юра не сможет жить рядом с любимой женщиной, а я…

Буду жить с Юрой, зная, что он любит другую, а ко мне у него уже давно угасли чувства. И это будет жесточайшая пытка. Наверное, лучше бы Юра и в самом деле ушел. Тогда бы у меня отболело за один раз, я бы справилась, научилась жить без него… А теперь… Как же все не вовремя. Словно судьба нарочно сделала так, чтобы мы с Юрой не смогли разлучиться по собственной воле.

– Папа, я хочу домой, – капризничает дочка, поджав пухлые губки.

– Мы обязательно поедем, малыш. Только чуть позже. Потерпи немного, хорошо? Тебе проведут нужные обследования, и если все будет хорошо и новых приступов не появится, завтра утром мы поедем домой.

– Все вместе? – глаза дочери заблестели, и это блеск подобен сверканию лезвия ножа. Который прямо сейчас режет мое сердце на две части.

– Конечно, – кивает Юра, и я представляю, как он раздосадован, что должен сейчас торчать здесь, а не кувыркаться в постели с любовницей.

– Пап, а мы заедем в нашу любимую пиццерию? – Софа непроизвольно снова делает мне больно. Раньше у нас была маленькая традиция – каждое воскресенье мы ходили в итальянский ресторанчик неподалеку от дома, где обедали вкусной пиццей. Раньше… А теперь…

А теперь я даже не представляю, как дочь переживет наш разрыв, а рано или поздно она обо всем узнает. И тогда… При мысли о том, что из-за этой новости моей девочке может стать плохо, сердце разрывается от отчаяния, а ещё хочется вцепиться в глотку Юре. Если бы не его любовь к новой пассии, вместе нам было бы гораздо проще со всем справиться.

И он, услышав просьбу дочери, бросает на меня косой взгляд. Затем снова смотрит на Софу, слабо кивая.

– Да, ангел мой. Как скажешь.

Далее я читаю малышке сказку на ночь, прямо как в детстве, когда ей было всего пять. И несмотря на то, что Софа стала постарше, она все равно довольно быстро засыпает.