Землянка не на продажу (СИ) - Сергеева Елена Владимировна - Страница 1

— Желтый… У меня желтый, — в глазах Крис плещется почти животный ужас.

Я смотрю на треугольник в ее руке. Желтый. Перевожу взгляд на свою ладонь. Обычный — белый. Мой пропуск в спокойную жизнь.

Но я не этого хотела, когда шла сегодня на проверку. У меня была совершенно другая цель!

Решение приходит мгновенно. Я рывком выдираю из дрожащих пальцев подруги ее метку и силой вкладываю свою.

Успела.

Спустя секунду в предварительный зал контроля мягко и неслышно проскальзывают темные фигуры в капюшонах. Жнецы.

У Крис открывается в немом крике рот. Она белеет и похоже вот- вот грохнется в обморок. Я молча задвигаю ее за себя и демонстрирую жнецам желтый треугольник. Моя ладонь тоже дрожит, но больше от страха разоблачения.

Не должна Кристи попасть к жнецам. Только не она. Ее дома ждут. Мама, папа и двое младших братьев, которые в ней души не чают. Как они ее провожали сегодня… Даже у меня в горле все сжалось.

А меня никто не ждет. Отец еще вчера вечером снова запил. Не знаю, как он умудряется найти алкоголь сейчас, когда он под запретом. Пришельцы, называющие себя зварами, контролируют этот вопрос. Им не нужны больные, зависимые особы, подверженные агрессии. Поэтому в свободной продаже спиртного нет.

Но мой родитель каким-то образом его достает. А потом просто выпадает из жизни на несколько дней. Впрочем, его не было в моей жизни и в остальные дни.

С тех пор как маму забрали… Тоже жнецы. Она попала в первый пул избранных. И отец решил, что и меня заберут таким же образом. А раз так, то смысла нет привязываться и тратить свои силы на мое воспитание.

Вот так в тринадцать я стала сиротой при живых родителях.

Не знала, что с мамой, но верила, что она все еще жива. А еще я практически уверовала в то, что говорил отец. Что жнецы и меня тоже заберут. А когда знаешь свою судьбу, уже намного легче ее принять. Вот и я смирилась и просто ждала этого часа.

Просто ходила в школу, просто что-то ела, спала и снова шла на занятия. Боль заросла со временем, притупилась. Я стала почти прежней.

Вот только уверенность осталась. Меня заберут.

Теперь проверку всегда проводили сразу после выпускных экзаменов. Не знаю почему не сразу после рождения. Нам не понятны были многие поступки пришельцев. Но и выбора не было. Никто на Земле не мог им противостоять.

Мы были обречены.

Кто-то конечно приспособился и неплохо устроился при нынешнем порядке, кто-то совершено и не заметил, что власть сменилась. Но это больше касалось мужчин. Женщинам же пришлось расплачиваться за спокойную жизнь всей планеты.

Эти проверки…

Мы знали, что они ищут какой-то особый ген или что-то вроде этого. Ну, об этом много шептались на переменах. Чем ближе был выпуск, тем большая паника зрела в внутри многих выпускниц.

Все боялись этой проверки. Все, кроме меня. Я ждала ее. Знала, что меня заберут, но я теперь и хотела этого. Раз отцу я была не нужна, то может я смогу найти маму? Там, куда ее увезли эти жуткие жнецы?

Я очень хотела ее найти. Я знала, что я ее найду. Верила со всей своей наивной отчаянностью юности. Мне просто казалось, что это невозможно, что я ее не найду. Мы обязательно, просто непременно встретимся.

Эти мысли я скрывал от всех. Даже Кристи, моя лучшая подруга, не знала. Я так любила бывать у нее дома. Отогревалась там после холодного равнодушия отца. А ее родители принимали меня всегда невероятно тепло. Так и прошел наш последний учебный месяц.

В страхе и ожидании.

И кто, как не я теперь должна спасти Крис? Отплатить добром за то добро и сердечность, что мне всегда дарила ее семья. И мой план тоже будет исполнен. Я найду маму. Чего бы мне это не стоило.

Жнецы приблизились к нам. Один из них уставился своими черными жупельными глазами на метку у меня в руке. Застрекотал что-то своим. Потом второй навел сканер на треугольник. Тот противно запищал.

У меня в висках оглушительно стучало. Вся спина вспотела. Я боялась даже оглянуться на Крис.

К ней тоже шагнули двое. Там писка не было слышно.

Секунда, другая… На моей шее защелкивается жесткий металлический ошейник, и я незаметно выдыхаю.

Прощаться смысла нет. Не хочу все испортить. Поэтому я так и ухожу за жнецами, не взглянув назад. Только слышу тихие всхлипы за спиной.

Прощай, Крис. Будь счастлива…

А я… Надеюсь все это было не зря и моя жертва оправдана. В любом случае, я никогда не пожалею о своем выборе.

Из здания вместе со мной выводят еще с десяток девушек. Все они только закончили школу. У нас как раз был массовый обязательный тест. Всех выпускниц района загнали сюда. Все отобранные подавлены, многие плачут, но никто не пытается сопротивляться. Все знают, чем это может закончиться.

Нас передают другим зварам, уже не жнецам, потом грузят в большой холодный трюм. пристегивают для надежности. Дальше… Дальше я будто отрешенно наблюдаю за всем несколько дней со стороны. Сознание проваливается в странный транс. Я лечу вместе с остальными на орбиту, вроде бы. Холодно и безумно плохо, но тело почти не реагирует. Там нас запихивают еще в более многолюдное помещение.

Как собакам выдают подстилки. Я не удивляюсь ничему. Что взять с пришельцев? Нелюди они и есть, как говорила наша соседка, баба Лида.

Молча устраиваюсь в каком-то уголке на свободное место. Наблюдаю массовую истерику в момент старта и первых дней полета.

Держали нас в ошейниках, на этих тонких подстилках, как животных. За малейшее нарушение следовало жесткое наказание. Очень скоро все поняли бесполезность сопротивления.

Понимаю, что мы все дальше и дальше от Земли.

Нас не кормят, только какой-то странный безвкусный кисель дают, но это тоже меня не заботит. Я все подсознательно жду того момента, который приоткроет для нас завесу тайны. Куда нас везут? Для чего забрали с Земли?

Не может же быть, чтобы только вдоволь поиздеваться?

Для чего-то мы им нужны.

Настроилась полностью только на эту цель. Я ни с кем не разговариваю, и и со мной за все время никто не торопился заговорить. Помимо того, что нам просто запретили это делать, накладывается и само нежелание налаживать общение.

Меня это устраивает. Совершенно нет никаких мыслей. И большой охоты нет сближаться с кем-то.

Новых потерь я не хочу. Мама, потом отстранившийся от всего отец, Крис… Нет, я не хочу ни к кому привязываться.

Лучше одной. Проще и не так больно потом…

Я строила планы, совершенно позабыв, про свой невольный обман. Я была фальшивкой, в отличие от остальных пленниц. И это дало свои последствия…

Наше путешествие закончилось неожиданно. Нас подняли и снова куда-то погнали. Пересадка? Или что-то другое?

Как выяснилось для каких-то новых процедур.

Вот тут мое оцепенение спало. Я была в конце очереди…

Крики, тех что заталкивали в пузатые капсулы, заставили вынырнуть из транса и вернуться в реальный мир. Что они собираются с нами делать?

Из капсул доставали бессознательные тела. Не трупы. Но разум это не успокаивало. Эмоции накатили внезапно, словно открыли большой вентиль. Хлынули бурным потоком, смывающим все разумные мысли.

Дикий страх, потом ужас, паника. Я, как и большинство вокруг, просто потеряла контроль. Нас быстро и жестко образумили. Ошейники еще были на нас, и ослепляющая боль кого хочешь приведет в чувства.

Больше никто не орал и не дергался. Просто скулили от ужаса и ждали своей очереди на пытки. Именно так это со стороны выглядело и ощущалось.

Никто не шел добровольно. Всех приходилось заталкивать внутрь.

Я тоже не смогла.

Сильный тычок и новая порция вразумляющего разряда в шею. Мои ноги перекинули через бортик, тело жестко зафиксировали под какофонию криков и визгов остальных, я просто хрипела, и закрыли крышку.

Воздух в легких резко заканчивается. Противная жидкая слизь стремительно заполняет все пространство. Я даже кричать не могу от ужаса. Как же это страшно! Умирать вот так… неизвестно где, неизвестно от чего.