Системный целитель 4 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 3

Сели в машину, поехали. Некоторое время молчали, каждый думал о своём. За окном проносились огни столицы, и в их мерцании лицо графа казалось особенно бледным и осунувшимся. Оно и понятно, только что чуть не похоронил отца, а потом участвовал в его частичном расчленении. Всё-таки не каждому дано быть хирургом, даже такие стойкие бойцы как он испытывают к нашему делу некоторую неприязнь.

— Почему ты сразу не подключил его к Тёмной Системе? — наконец нарушил молчание Аксаков, повернувшись ко мне. — Отца. Вместо того, чтобы… — он не договорил, но и так было понятно, о чём речь.

Я задумался на пару секунд, подбирая слова. Правда была слишком сложной и слишком опасной, чтобы выкладывать её вот так, в лоб. Особенно сейчас, когда граф находился в эмоционально нестабильном состоянии и мог неправильно истолковать мои мотивы.

— Тёмная Система ничего такого не предлагала, — пожал я плечами, стараясь выглядеть равнодушным. — Да и вообще, она сама решает, кого подключать. Я в этом вопросе не особо властен.

Частично это было правдой. Тёмная действительно имела свои критерии отбора, и далеко не каждый человек мог стать её носителем. Но главная причина была в другом, и озвучивать её графу я не собирался.

Одно дело — пропажа какого-то там графа. Второсортного, пониженного, не представляющего особой ценности для Светлой Системы. Его исчезновение из её сети можно было списать на последствия понижения сорта или какой-нибудь сбой. Светлая бы почесала свои виртуальные репки и забыла.

Совсем другое дело — если бы сам герцог, один из столпов империи, первосортный аристократ, внезапно отключился от Светлой, а потом появился с какой-то неизвестной системой. Вот тут бы последователи Светлой точно поняли, что что-то не так. Начались бы расследования, поиски, и рано или поздно они вышли бы на меня.

А мне это надо? Правильно, не надо. Да и Тёмной тоже, скорее всего, она пока еще не так сильна, как ей хотелось бы.

Поэтому единственным вариантом было сделать всё максимально естественно. Светлая сама убила герцога за отказ выполнять её приказ. Никаких подозрений, никаких расследований, просто очередной пример того, как Система карает непослушных. А то, что приказ этот был спровоцирован мной, через тот самый оскорбительный стишок, который зачитал граф… ну, об этом никто не узнает.

Да, пришлось немного поиграть на чувствах отца и сына. Использовать их любовь друг к другу как инструмент, чтобы заставить герцога совершить то, что Светлая расценит как предательство. Это было… неприятно. Но что поделать? Иного способа добиться результата я не видел.

Зато теперь герцог смог спокойно умереть, не переживая о том, что его проклятый пассивный навык перейдёт к любимому сыну. Помню эту облегченную улыбку на его лице, когда он осознал, что страдания окончены.

Ну а дальше оставалось только немного целительской магии, чтобы перезапустить сердце и стабилизировать жизненные показатели. Фибрилляция желудочков, асистолия, реанимационные мероприятия — стандартный набор, с которым справился бы любой квалифицированный кардиолог. Разве что кардиологи обычно не работают посреди великосветского приёма, но у них и целительской магии в основном нет. Всё-таки магия многое прощает, и в этом ее главный плюс.

Так что всё вышло неплохо, зря граф так переживает. Теперь не переживать надо, а сидеть и ждать, что будет дальше.

— А там дальше посмотрим, как бессистемный сможет удержать свою власть, — пробормотал я себе под нос, глядя в окно.

— Что? — переспросил Аксаков.

— Ничего, размышляю вслух.

Я уже успел почитать про герцога Аксакова и понял, насколько влиятельная это фигура в империи. Огромные земельные владения, собственная армия, сеть торговых компаний, связи в правительстве и при дворе. Такого человека не спишут со счетов просто так. Возможно, даже попытаются снова подключить к Светлой, вот только вряд ли он на это согласится после всего, что она с ним сделала.

Мои подозрения подтвердились, когда по встречной полосе пронеслась длиннющая колонна бронетехники. Танки, бронетранспортёры, самоходные артиллерийские установки — вся эта металлическая армада неслась в сторону столицы, сверкая бортовыми огнями и оглашая ночь рёвом двигателей.

— Это наши… — проговорил граф, приникнув к окну. Голос его дрогнул. — Наши гербы на технике. Отец собирает войска. Может, поможем?

Я посмотрел на проносящуюся мимо колонну, потом на две легковушки позади, потом опять на колонну… и отрицательно покачал головой.

— Мы уже чем смогли, помогли, — отмахнулся я, примерно прикидывая, насколько неощутимой может оказаться наша дальнейшая помощь. — Или ты думаешь, что твой отец слабак? Он без системы только сильнее станет, дай ему немного времени, и сам разберётся. Мы больше ничем не сможем помочь.

Не стоит переоценивать свои силы. Мы с Аксаковым пока фигуры относительно небольшие, особенно по сравнению с герцогом и его ресурсами. Лезть в большую политику и военные конфликты — это верный способ получить пулю в лоб или что похуже.

— Лучше пусть готовит двадцать процентов своего месячного дохода, — усмехнулся я. — А то я нехило так выложился сегодня.

Аксаков посмотрел на меня с непонятным выражением лица, но промолчал. Наверное, решил, что юмор в такой ситуации — это мой способ справляться со стрессом. И он был бы прав, если бы я шутил. А я не шутил. Двадцать процентов месячного дохода герцога — это вполне справедливая плата за спасение жизни и освобождение от системного рабства.

Телефон в кармане завибрировал, и я достал его, ожидая увидеть сообщение от каких-нибудь очередных рекламщиков или ответить на звонок от мошенников… Но звонил Кравцов, управляющий моей клиникой.

— Владимир, — голос Кравцова звучал напряжённо, — у нас тут проблема.

— Какая именно? — я насторожился, потому что Кравцов был не из тех, кто паникует по пустякам.

— Поток пациентов остановился полностью. Я сейчас сижу с Леной в кабинете для приёма, а людей внутрь не пускают какие-то… люди. Крепкие такие, в костюмах. И говорят, что скоро полиция приедет.

Вот же черти. Стоило на один день уехать из города, и сразу начинаются проблемы. Интересно, кто это решил наехать на мою клинику? Бандиты, которых мы отшили раньше? Конкуренты? Или кто-то из аристократических кругов, недовольный моей деятельностью? А, хотя вроде бы коллегия целителей города тоже была против существования моей клиники, может и они подсуетились наконец. Уже начал забывать о них, хотя их посыльный обещал, что еще вернется.

— Скоро буду, — бросил я в трубку и повернулся к Аксакову. — Ну что, мы тут с делами закончили… Теперь едем обратно в Самару, у меня там, похоже, серьёзные неприятности.

Граф кивнул и мы развернулись на ближайшей развязке, после чего понеслась в обратном направлении, набирая скорость.

На выезде из столицы нас остановил полицейский патруль. Молодой сержант с усталым лицом наклонился к окну и посветил фонариком внутрь салона.

— Документы, пожалуйста. Сейчас на дорогах опасно, в связи с… — он замялся, явно не зная, как описать происходящее, — Ну там монстры всякие, сами понимаете. Лучше подождать до утра.

Аксаков молча протянул документы. Сержант посмотрел на них, потом на нас, потом снова на документы.

— Самара? — уточнил он.

— Самара, — подтвердил я.

Сержант вдруг рассмеялся, махнул рукой и вернул документы.

— Понятно, не местные. Значит, для вас дело привычное. Проезжайте.

Ну да, по сравнению со столицей у нас самые настоящие дикие земли. И это еще не Сибирь, вот там действительно в городах живут настоящие монстры. От которых монстры из прорывов могут только убегать. Но и нас не пугают ни гололёд, ни туман, ни танковые колонны на встречке, ни какие-то там агрессивные бизоны. Мы привыкли ко всему.

Отъехали от города, выехали на трассу. Фонари закончились, и дорога погрузилась во тьму, разрезаемую лишь светом фар. Машины охраны держались позади, на почтительном расстоянии, но я знал, что в случае чего они будут рядом за считанные секунды.