Честное предупреждение - Коннелли Майкл - Страница 1

3-й роман о Джеке Макэвое

Ей понравилась его машина. Она впервые ехала в электромобиле. Они прорезали ночную тьму, и слышен был только свист ветра.

— Так тихо, — произнесла она.

Всего два слова, но язык заплетался. Третий коктейль «Космо» явно на неё подействовал.

— Он подкрадывается незаметно, — ответил водитель. — Это уж точно.

Он взглянул на неё и улыбнулся. Ей показалось, что он просто проверяет её состояние. Ведь она начала глотать слова.

Затем он отвернулся и кивнул на лобовое стекло.

— Приехали, — сказал он. — Где тут можно припарковаться?

— Можешь встать позади моей машины, — ответила она. — У меня два места в гараже. Но они расположены… одно за другим. Кажется, это называется тотем.

— Тандем?

— Ой, точно, точно. Тандем.

Она рассмеялась своей ошибке. Смех закручивался по спирали, и она никак не могла остановиться. Снова эти коктейли. И капли из «зелёной аптеки». Она приняла их перед тем, как сесть в «Убер» сегодня вечером.

Мужчина опустил стекло. Свежий вечерний воздух ворвался в уютный салон автомобиля.

— Ты помнишь код? — спросил он.

Тина выпрямилась на сиденье, чтобы лучше осмотреться. Ей нужно было сориентироваться. Она поняла, что они уже стоят у ворот гаража её дома. Это показалось странным. Она не помнила, чтобы говорила ему свой адрес.

— Какой код? — переспросил он.

Панель ввода находилась на стене. До неё можно было дотянуться из водительского окна. Она поймала себя на мысли, что знает код от ворот. Но при этом совершенно не помнит имени мужчины, которого решила привести домой.

— Четыре, шесть, восемь, два, пять.

Пока он вводил цифры, она старалась сдержать смех. Некоторым парням это очень не нравилось.

Они заехали в гараж. Она показала пальцем на место позади её «Мини», куда он мог встать. Вскоре они уже ехали в лифте. Она нажала нужную кнопку и прижалась к нему, ища опоры. Он обнял её за плечи и придержал.

— У тебя есть какое-нибудь прозвище? — спросила она.

— Что ты имеешь в виду? — не понял он.

— Ну, как тебя называют люди? Знаешь, в шутку.

Он покачал головой.

— Думаю, меня называют просто по имени, — ответил он.

Это не помогло. Она оставила эту тему. Имя можно будет узнать и позже. Но правда заключалась в том, что оно ей вряд ли понадобится. Никакого «позже» не будет. Его почти никогда не случалось.

Двери лифта открылись на третьем этаже. Она вывела его в коридор. До её квартиры оставалось пройти пару дверей.

Секс оказался неплохим, но ничего особенного. Необычным было лишь то, что он не стал спорить, когда она потребовала надеть презерватив. Он даже принёс свой собственный. Это делало ему честь. Но она всё равно считала, что это связь на одну ночь. Поиски того невыразимого чувства, способного заполнить внутреннюю пустоту, будут продолжаться.

Он спустил презерватив в унитаз и вернулся к ней в постель. Она надеялась, что он придумает какой-нибудь предлог и уйдёт. Скажет, что завтра рано вставать или что дома ждёт жена. Что угодно. Но он хотел лежать в кровати и обниматься. Он грубовато придвинулся к ней сзади. Затем развернул её так, чтобы она прижалась спиной к его груди. Он был побрит, но она чувствовала, как мелкая щетина покалывает её спину.

— Знаешь…

Она не успела договорить. Он резко повернулся всем телом. Теперь она лежала на спине прямо поверх него. Его грудь напоминала наждачную бумагу. Его рука скользнула из-за её спины, и он согнул локоть, образовав букву «V».

Свободной рукой он с силой вдавил её шею в этот сгиб. Он сомкнул объятия, и Тина почувствовала, как перекрыло дыхание. Она не могла позвать на помощь. В лёгких не осталось воздуха, чтобы издать хоть звук. Она попыталась вырваться, но ноги запутались в простынях. К тому же он был слишком силён. Его хватка на шее напоминала железные тиски.

По краям поля зрения начала сгущаться тьма. Он приподнял голову от подушки и приблизил губы к её уху.

— Люди зовут меня Сорокопутом, — прошептал он.

Я назвал материал «Король аферистов». По крайней мере, таким я видел заголовок. Я напечатал его в самом верху, хотя почти не сомневался, что его поменяют: сдавать статью с готовым заголовком — значит превышать полномочия репортера. Заголовки и идущие следом подзаголовки были исключительной прерогативой редактора, и я уже слышал ворчание Майрона Левина: «Разве редактор переписывает твои строки или звонит героям твоих статей, чтобы задать дополнительные вопросы? Нет. Он не лезет на твою полосу, а это значит, что и ты не должен заезжать на его».

Поскольку этим редактором был сам Майрон, выстроить какую-либо линию защиты было бы затруднительно. Но я все равно отправил статью с предложенным заголовком, потому что он бил точно в цель. Речь в статье шла о темном, потустороннем мире коллекторского бизнеса, из которого мошенники ежегодно выкачивали 600 миллионов долларов. Правило «FairWarning» гласило: у каждого мошенничества должно быть лицо — либо хищника, либо жертвы. И на этот раз это было лицо хищника.

Артур Хэтэуэй, Король аферистов, был лучшим из лучших. К шестидесяти двум годам он провернул, кажется, все возможные аферы в своей преступной карьере, сосредоточенной в Лос-Анджелесе: от продажи фальшивых золотых слитков до создания липовых сайтов помощи пострадавшим от стихийных бедствий. Сейчас он заправлял схемой, убеждая людей, что они должны деньги, которых на самом деле не занимали, и заставляя их платить. Он был настолько хорош в этом деле, что начинающие мошенники платили ему за уроки, которые он давал по понедельникам и средам в закрывшейся актерской студии в Ван-Найсе. Я внедрился туда под видом одного из студентов и узнал всё, что мог.

Теперь пришло время написать историю и использовать Артура, чтобы разоблачить индустрию, которая ежегодно выманивала миллионы у всех подряд: от старушек с тающими банковскими счетами до молодых специалистов, по уши в долгах из-за кредитов на учебу. Все они становились жертвами и переводили деньги, потому что Артур Хэтэуэй умел их убедить. И теперь за пятьдесят долларов с человека дважды в неделю он учил одиннадцать будущих аферистов и одного репортера под прикрытием, как это делать. Возможно, сама эта школа мошенников была его самой гениальной аферой. Этот парень был настоящим королем с полным отсутствием чувства вины, характерным для психопата. В статью я также включил репортажные вставки о жертвах, чьи счета он обчистил и чьи жизни разрушил.

Майрон уже пристроил этот материал как совместный проект с «Los Angeles Times», а это гарантировало, что статью увидят, и полиции Лос-Анджелеса придется обратить на нее внимание. Правление Короля Артура скоро закончится, а его круглый стол младших мошенников тоже пойдет под суд.

Я перечитал текст в последний раз и отправил его Майрону, поставив в копию Уильяма Маршана — адвоката, который проверял все статьи «FairWarning» на общественных началах («Pro Bono»). Мы не выкладывали на сайт ничего, что не было бы юридически пуленепробиваемым. «FairWarning» представлял собой команду из пяти человек, если считать репортера в Вашингтоне, которая работала из дома. Одна «неверная история», повлекшая за собой проигранный иск или вынужденное мировое соглашение, вывела бы нас из игры, а я стал бы тем, кем уже был как минимум дважды за свою карьеру: репортером, которому некуда идти.

Я встал из своего закутка, чтобы сообщить Майрону, что материал готов, но он был в своем кубике и говорил по телефону. Приближаясь, я понял, что он занимается сбором средств. Майрон был основателем, редактором, репортером и главным фандрайзером «FairWarning». Это был новостной интернет-сайт без платной подписки. Кнопка «Пожертвовать» висела внизу каждой статьи, а иногда и вверху, но Майрон всегда искал того самого «Моби Дика» — крупного спонсора, который превратил бы нас из просителей в тех, кто диктует условия. Хотя бы на время.