Два в одном: Близнецы и древняя вражда (СИ) - "SecretKeeper" - Страница 91

«Дурачок. Ты давно уже должен был понять, что эта маленькая лисичка к тебе неровно дышит. Настолько, что видит весьма… интересные сны по ночам, хи-хи… Нить, о которой я говорю — уже есть, с ее стороны. Ищи! И поторопись, или ей конец!»

Я быстро прикинул все сказанное, и понял: она права, рефлексить нет времени. И решился.

«Давай!»

* * *

Вспышка, в ноздри ударила затхлая вонь погреба, нечистот и еще какой-то неизвестной химии. В маленьком помещении находилось несколько людей, в грязном рваном тряпье, прикованные к деревянным брусьям, приколоченным к стенам. Все здесь обречены на смерть, ждут своей очереди, перед тем как отправиться на дыбу. А один старик в лохмотьях утешает молодого парнишку, который плачет и трясется от страха.

Старик шепчет, рассказывает молодому парню занятную легенду. Это легенда о великом воине, герое, что стал легендой. Он победил бесчисленное количество врагов, освободил бессчётное количество людей из рабства и плена. В конце концов он сам был пойман и казнен. Но так случилось, что в самый последний миг на него обратила внимание некая высшая сущность (как бы не сам Творец). И герой получил посмертный дар, как воздаяние по делам и заслугам. И дух героя вознесся прямо из бездыханного тела. Обратившись сверкающим серебристым орлом он взмыл в небеса, которые так любил и оттуда раздался его голос, гласящий, что каждый, кто ценит свободу, кто готов ради нее погибнуть или отдать жизнь освобождая из плена других — в трудную минуту может позвать его по имени.

Я слушаю, и грустно вздыхаю. Разумеется, дедок просто хочет успокоить, облегчить состояние парнишки, вселить надежду.

— … и тогда сказал он: Я буду мощью, что рвет цепи, молотом, разбивающим оковы, тараном, что сокрушит врата, сорвет с петель решетки и разрушит стены любой темницы. Если ты искренне веришь, произнеси эти слова и позови меня, — старичок закашлялся. — Это наша давняя семейная легенда, которую я слышал от своего отца, а тот от своего… Говорят, мой предок произнес это имя и получил дар свободы из рук самого божества…

Пленники отреагировали по-разному. Кто-то смеялся, кто-то грустно вздыхал, кто-то тихо, едва слышно пробовал повторять. И разумеется — ничего не выходило. А мне вдруг стало понятно: дело не только в самих словах. Дело именно в том, что чувствуешь, что испытываешь, ради чего ты их произносишь.

Парнишка повторял слова изо всех сил, бормотал без устали. Мужик справа горестно вздохнул и буркнул, мол, не забивал бы ты дед молодому мозги ложной надеждой, отсюда никому не уйти живим.

А я набираю в легкие воздуха. Сжимаю кулаки, и чувствую как сердце бьется все быстрее, разгоняя кровь. Потому, что нет невозможного. Потому что последняя искра свободы — в моей груди, и ее не погасит ничто. Нельзя слушать этого смирившегося глупца. Потому что тот, кто смирился — не достоин помощи. И, подняв глаза, я выкрикиваю изо всех сил…

* * *

Видение исчезло, я закашлялся — мне меж лопаток все еще давили и дышать было очень тяжело. Но я отбросил этот дискомфорт, все чувства и болевые ощущения, сосредоточившись на поиске той самой нити.

Перед глазами проскальзывает череда ярких событий с момента самого знакомства с Аки. Вот она меня впечатала мордой в стену, вот прокралась в дом Градова и прижала на коврике, усевшись мне на бедра… Вот наш первый поединок. Вот бой в саду Сирогане возле стеклянной беседки, когда на следующий день я проснулся и обнаружил Аки спящей у моих ног как маленького рыжего котенка. Неловкий момент в купели, шутливые разбрызгивания водой в бассейне, зажигательный танец в клубе на дне рождения, и моё чудесное спасение из лап И Су Чена… наша связь глубже, чем просто взаимная симпатия, и она должна стать для нас спасительным мостом.

События пролетели перед глазами, и я мысленно потянулся к девушке, ища ту самую нить. И что-то почувствовал. Где-то в глубине сознания словно пульсировала огненно-рыжая тоненькая жилка. Я ухватился за нее, потянулся всем сознанием, всей душой… и почувствовал, как яркая теплая искра отделилась от моей груди и улетела вдоль этой воображаемой нити туда, на тот конец, растаяв и потерявшись из виду.

«Получилось?» — спросил я демонессу, но та лишь вздохнула.

«Вот сейчас и узнаем…»

Время понеслось вскачь. Кое-как едва-едва повернув голову я поймал Аки в поле зрения, чтобы увидеть, как ее взгляд на пару секунд расфокусировался, устремился в никуда. Серебряная лиса явно истолковала это по-своему, потому что слегка отстранилась победоносно тявкнула. А взгляд Аки вновь сфокусировался, и в больших красивых глазах моей лисички проступила твердая решимость.

— Теперь без глупостей! Тогда поживешь еще… немного. Поняла?

Аки подняла глаза к небу, и ее глухой голос вдруг разнесся во все стороны:

— Я буду яростной мощью, что рвет цепи! Молотом, разбивающим оковы! Тараном, что сокрушит врата, сорвет с петель решетки и разрушит стены любой темницы!!

— А ну заткнись! — подозрительно прищурилась вражеская кицунэ, но было уже поздно.

— Ты, чья вера стала силой, жизнь стала легендой, судьба стала обетом, услышь зов той, что следует твоим путем! EXSHAZZAR!!

БУ-У-УМ! Звук этого имени слился с раскатом грома где-то вдалеке, полыхнула зарница, осветив горизонт. Имя было созвучно звону разбиваемых цепей, треску ломающихся преград, лязгу падающих решеток. Вокруг Аки словно взорвался воздушный вихрь, разметав листву, комья травы с газона… а серебристую лису отшвырнуло прочь как тряпичную куклу, впечатав в дерево метрах в десяти.

— Exshazzar!! — выкрикнул я мгновением позже, и почувствовал знакомый воздушный удар слегка придавивший к земле, а неизвестный, что меня удерживал — отлетел прочь, покатившись по траве.

— Веритас абсконди, люкс таше! — ткнул я в него пальцем, отправляя в длительную отключку и пересиливая тяжесть поднялся на ноги, наблюдая, как поднявшаяся на лапы Аки надвигалась на свою противницу раззявив огнедышащую пасть. И та не выдержала, поджала хвост и бросилась прочь, уносясь стремительной серой тенью.

Где-то вдалеке, в той стороне на грани видимости блеснуло что-то красное, и небольшое пятнышко, похожее на оптический лазер, промелькнуло по нам, преследуя удирающую лису.

— Дерьмо, — выругался я, быстро поняв, что это такое. — Аки назад!

Рука уже взметнулась, поднимая ладонь в привычном жесте.

— Vallum Invictus!

Лисичка затормозила, и в этот самый миг издалека раздались звуки выстрелов, барьер замерцал, гася скорость мелких быстролетящих предметов, расплющивающихся о его непреодолимую плоскость. Где-то вдалеке раздался скулящий вскрик — похоже вражеской плутовке досталось. Значит она не с ними. Хоть что-то радует.

А сзади уже слышались голоса, выла сирена тревоги, и к нам со спины бежали люди в форме гвардейцев князя.

— Пора превращаться обратно, — я погладил приблизившуюся лисичку за ушком. — Теперь можно…

Я замолчал, потому что моя ладонь была вся в крови. Ее крови. Лисичка вскинулась, задрожала, окуталась легкой дымкой, и на ее месте возникла худенькая стройная девушка. Вся израненная.

— Ярик… — прошептала она улыбаясь и, качнувшись вперед, рухнула мне на руки.

Глава 39

Вы готовы сотрудничать?

Девушка была вся изранена, изо рта текла кровь а глазки закатились. Держа ее на руках растерянно вертел башкой по сторонам, соображая что же делать.

— Яромир Харт! — услышал я свое имя: к нам подбегали около десяти человек в униформе с вензелями Демидовых. — Вы целы? Тут какие-то потусторонние зверюги бойню устроили! Наружная охрана подстрелила одну… Как вы тут… — он выпучил глаза, завидев израненную Аки на моих руках.

Я повернулся лицом к, вероятно старшему офицеру гвардии, и выпалил:

— Мы уезжаем немедленно! Девушка ранена и ей срочно нужна помощь!