"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 382

Привалов молчал, тяжело дыша и со злобой глядя на меня.

— Ответьте на вопрос, Петр Андреевич, — потребовала Львова, листая документ.

Нотариус вздохнул, подбирая слова. А затем произнес:

— После смерти Великого Князя Василия княгиня заключила договор с другим нотариусом, мастер Львова.

— Тогда что княгиня делала в вашей конторе? — не отрываясь от чтения, полюбопытствовала Львова.

— Ее не было в моей конторе, — возразил Привалов.

— Это можно легко проверить по журналу учета посетителей делового центра, — ответил я.

Привалов вдруг резко ссутулился. Плечи нотариуса опустились, словно из мужчины вытащили стержень.

— И еще, — продолжил я. — Пользуясь тем, что здесь находится представитель жандармерии, я хотел бы уточнить у призрака. Как вы умерли?

— Я была больна, и мне нужно было пить эликсир от сердца во время приступов, — произнесла Надя. — Мастер Привалов выкрал эликсир, а потом намеренно довел меня до приступа.

— Он был с вами в одном помещении? — уточнил я, и призрак кивнула:

— Да.

— Он вызвал лекарей, чтобы вам помочь?

— Нет, он просто стоял и смотрел, как я умираю. А когда я уже перешла через грань, вызвал бригаду и заявил, что когда он вернулся я уже была мертва. Но это не правда. Я погибла потому, что он не дал мне снадобье, которое после произошедшего хранил у себя как трофей. И все потому, что я знала правду о завещании.

— Умышленное убийство, — заключил Иванов.

Лица комиссии вытянулись от удивления. Все смотрели на Привалова, который стоял молча, уставившись в пол. Он так и не решился поднять взгляд.

— Призраки не лгут некроманту, — напомнил я всем присутствующим. — И я не принуждал никого из свидетелей лгать или говорить неправду.

— Это… Занимательное заседание комиссии, — с трудом произнесла председатель. — Я много раз принимала участие в заседаниях по поводу поведения, порочащего честь. Но столько нарушений за один раз я вижу впервые. По моему мнению, вы разбойник, мастер Привалов, а не нотариус. Вы опозорили профессию, бросили тень на всех, кто занимается нотариатом. И я считаю, что вас немедленно нужно лишить статуса с пожизненным запретом на занятие правом в любой его форме, будь то адвокатура, нотариат или частная юридическая практика. Коллеги?

Она обратилась к членам комиссии.

— Поддерживаю, — сурово добавил Муромцев. — Действия, про которые узнала комиссия, не просто противоречат этике, но и нарушают закон.

— Поддерживаю, — добавил Муравьев.

— Единогласно, — заключила Львова. — Приказ на исключение вас из списка нотариусов будет составлен сегодня же. Так же, как и запретительный лист, который будет направлен во все отделения министерства Юстиции Империи. Заседание окончено.

В зале повисла тишина. Муравьев и Муромцев встали с мест, а Львова произнесла:

— Мастер Иванов, министерство Юстиции и палата нотариусов Петрограда выражает вам благодарность за то, что вы помогли нам избавить юридическое сообщество от такого элемента.

— Служу Империи, Марина Афанасьевна, — ответил жандарм. — Но все это было идеей мастера Чехова.

Львова обернулась ко мне:

— Вот как? Я поражена, юноша. Вы же практикант и выпускник Первого Императорского Лицея?

Я склонил голову:

— Да, мастер-председатель.

— Адвокатуре Петрограда и Дамиру Васильевичу очень повезло заполучить такой кадр, — произнесла женщина, и в ее голосе я услышал уважение.

— Благодарю. Ваша похвала очень много значит для меня.

Иванов вышел из за трибуны и подошел к Привалову, который стоял, раскачиваясь вперед и назад, словно бы впав в транс:

— Петр Андреевич. Вы задержаны по подозрению в совершении умышленного убийства секретаря Нади Павловой, — начал он, и я щелкнул пальцами, отзывая тотем.

В компании Привалова мы вышли из кабинета и направились к широкой лестнице. Нотариус оперся о стену, словно ноги его не держали. Он прикрыл глаза и тяжело дышал. Я даже подумал было, не нужно ли позвать лекаря, но разумно решил, что если этот душегуб захочет, то и сам попросит помощи. А если решит умереть, то я просто призову его призрак для дачи показаний. Мелькнула мысль, что это подло, но я вспомнил Надю Павлову, которая просила помощи. И она могла быть жива сейчас, если бы не Привалов.

Иванов же бросил на мужчину проницательный взгляд, скривился. Затем вынул из кармана телефон, и по памяти набрал номер.

В динамике послышался голос, и жандарм твердо произнёс:

— Алло, дежурный? Дмитрий Иванов говорит.

Интонации в голосе собеседника мигом сменился. А Иванов продолжил:

— Направь наряд к палате нотариусов. Нужно забрать одного человечка, для которого надо освободить местечко в камере. Жду.

Он завершил вызов и убрал телефон в карман. Я оглянулся, заметив, что нотариус оставался на месте, но неподалеку от него со скучающим видом стояла пара охранников. Наверное им уже сообщили, что Привалов не должен покинуть здание без сопровождения.

И я спокойно пошел дальше. Мы с Дмитрием остановились на парковке у его машины.

— Спасибо за помощь, Павел Филиппович, — после недолгой паузы произнес Иванов.

— Пустое, — отмахнулся я. — Признаться, дело вышло очень занимательным. Так что мне было интересно заниматься обжалованием завещания.

— Удивительный вы выбрали способ, — продолжил жандарм. Он похлопал себя по карманам, вынул мятую пачку и вытряхнул из нее сигарету.

— Это было самым быстрым, — ответил я. — Можно было, конечно, задержать нотариуса, но пока вина Привалова была бы доказана, пока суд вынес приговор, пока иск в суд гражданской инстанции был удовлетворен…

— Ваша правда, — согласился Дмитрий.

Беседу прервала машина жандармерии, которая подъехала на парковку. Удивленно отметил, как же быстро передается информация, если на дежурный пульт звонит начальник отдела.

Авто остановилось у здания, из него поспешно вышли двое жандармов в форме постовых и направились к нам с Ивановым.

— Здравия желаю… — начал было один из жандармов, но Дмитрий его прервал:

— Забирайте задержанного у охраны и доставьте в отделение, — распорядился он. — Привалов. Это его фамилия.

Парни закивали и направились к дверям.

— Ладно, мастер Иванов. Мне пора идти.

Я протянул жандарму ладонь, и тот ответил на рукопожатие:

— Я ваш должник, мастер Чехов, — произнёс он. — Если вам нужна будет помощь — обращайтесь.

— Хорошо, — кивнул я. — И еще: сохраните это пока у себя.

Я передал Иванову кружку, в которой спрятался Сеченов, и флакон с эликсиром Нади. Дмитрий с опаской покосился на них.

— Призраки не будут вам докучать, — пояснил я. — И лучше, чтобы эти свидетели хранились в жандармерии, пока Привалов не подпишет признание.

Жандарм немного подумал, но затем кивнул. Осторожно взял предметы, поморщился:

— Никогда не смогу привыкнуть к этому.

Открыл заднюю дверь, положил вещи на сиденье. А затем выпрямился и произнес:

— До встречи, мастер Чехов.

— До встречи, — ответил я.

Жандарм сел в машину, я же направился к припаркованному авто.

Фома ожидал меня за рулем. И едва я сел на сиденье, слуга обернулся по мне и деловито уточнил:

— Как прошло, вашество?

— Завещание обжаловано, — ответил я. — Так что можно сказать, мы одержали победу.

— Поздравляю, — важно произнес Питерский. — Куда едем?

— В офис, — ответил я. — На сегодня дела закончены.

Слуга завел двигатель, и авто выехало с парковки.

По дороге я вынул телефон, и нашел в списке контактов номер Софьи Яковлевны, и нажал на кнопку вызова.

— Здравствуй, дорогой. Приятно, что ты вспомнил обо мне в свой выходной. Хотя я наслышана, что сегодня ты работаешь.

— Не совсем, — уклонился я от темы. — Мне нужна твоя помощь.

— Что случилось? — тут же всполошилась бабушка.

— Мне нужно попасть во владения Лопухиных. Сегодня.

— Там прячется какой-то призрак? Или…