Жрец Хаоса. Книга III (СИ) - Борзых М. - Страница 39

Что же касается юных дев, некоторые готовились к проведению бала с той отчаянной решительностью, с которой генералы штурмуют редуты своих врагов, причём ни одна из девиц явно не собиралась отступать, предполагая, что на этом балу может решиться её судьба. И, как знать, возможно, в чём-то они были правы.

Для мужчин же присутствие на императорском балу было почётным и являлось знаком благоволения императорского семейства к тому или иному роду. Я же в связи с карантином, а после — с участием в поисково-эвакуационных мероприятиях на Курилах — и вовсе выпал из процесса подготовки к балу, в то время как двое других камер-юнкеров были вышколены и выдрессированы на помощь принцу во время этого, без сомнения, важного мероприятия.

Потому, когда я явился к девяти утра на службу, наследник престола отвёл меня в сторону.

— Ваше Императорское Высочество, — рискнул я первым задать животрепещущий вопрос, — какова моя роль во всём мероприятии, с учётом того, что я ни сном ни духом не знаю, как это должно было происходить.

Принц отреагировал на мой вопрос с улыбкой, правда, улыбка оказалась мученической. Понизив голос, он склонился к моему уху и произнёс:

— Юр, давай хотя бы ты не будешь меня вгонять в дебри протокола. Мне и так он надоел до зубовного скрежета. Если упростить, то да, вы с Железиным и Солнцевым остаётесь при мне свитой. Железин последние две недели весь гербовник выучил, включая иностранных гостей, и будет представлять всевозможных полезных и не очень лиц. Солнцеву сегодня достанется роль подносителя веночков и ленточек, чему он, думаю, не сильно рад, но деваться некуда. Но у тебя, друг мой, будет самое, что ни на есть важное задание, о котором ты узнаешь чуть позже. А в целом — везде сопровождаешь меня, и в случае, если видишь для меня опасность, в чём бы она ни выражалась: в виде настойчивых кандидаток в невесты либо врагов империи, аккуратно оттесняешь их от меня либо по моему сигналу, либо самовольно.

Ну, к чему-то подобному я был готов.

— Единственное… — принц стукнул себя по лбу, развернулся ко мне и сказал: — И прости меня, друг мой, но будете вы втроём выглядеть сегодня как золотые попугаи.

Я сперва не понял, о чём он.

— Дело в том, что на приёме сегодня будет три тысячи гостей, и чтобы хоть как-то вас отличить, будете вы у меня в золотых парадных мундирах с аксельбантами. Иначе я вас просто не отыщу в этом придворном хороводе.

— Ваше Императорское Высочество, я думаю, что золота сегодня будет так много, что нас бы проще было одеть во всё чёрное, чтобы мы выделялись на фоне всех остальных, — хмыкнул я.

— Проще-то, может быть, и проще, но ваш траурный вид никак бы не вязался с праздничным поводом. Матушка выбрала золото, якобы пламя Пожарских в обрамлении золота будут выглядеть значительно презентабельнее.

Я неопределённо пожал плечами.

— Золото так золото, не суть важно.

В этот момент нам внесли мундиры с золотым шитьём, от которых даже у меня глаз дёрнулся. Удружила императрица. Но делать нечего, мы дружно сменили одежду.

Сам же я внутренне содрогнулся от фразы про три тысячи гостей. И куда столько поместится? Я, конечно, представлял, что Кремль — всё же не маленькая резиденция монархов, однако же… три тысячи?

Когда само мероприятие началось, я понял, что три тысячи при нынешнем варианте — ещё не самый плохой расклад. Ведь кого там только не было: и члены императорской фамилии, и высшая аристократия, и дипломаты, и гвардейские офицеры, и даже некоторые отличившиеся чиновники. И все — не просто так, все с жёнами, иногда и с детьми. Соответственно, количество гостей росло как на дрожжах.

И как это всё можно было скоординировать, я в душе не представлял. Однако же для этого существовали специально обученные люди.

Дворец сложно было описать. Обилие цветочных гирлянд, лент — и всё это с гербами Пожарских. Фонтаны, иллюзорные представления, украшенные беседки, обилие золота — всё это должно было произвести впечатление богатства и силы императорского рода.

Гости всё прибывали и прибывали, а сама официальная часть должна была начаться ближе к шести часам вечера.

Императрица вызвала к себе принца — выдавать последние инструкции перед началом бала, — в то время как мы остались втроём в ожидании сюзерена. Я решил не тратить время зря и познакомиться с другими камер-юнкерами. Те смотрели на меня с некоторой опаской, а конкретно Солнцев, белобрысый амбал похожий на былинного богатыря, я бы сказал, что ещё и с плохо скрываемым пренебрежением. В то же время Железин, темноволосый сбитый среднего роста с тонкими усиками и в очках, смотрел в потолок и шевелил губами, будто повторял заученные накануне фамилии и титулы гостей.

Про Железиных стараниями Кондратия Ивановича я знал, что это процветающий род из «серой» фракции механикусов. Род Железиных одним из первых обнаружил и начал добывать железную руду на территории Урала, и вот уже почти два века занимается производством не только железа, но и железных големов. В основном это попытка объединить магию и технологии, однако же пока она не столь успешна. Если не ошибаюсь, Железины являлись ещё и поставщиками оружия для императорской армии. Поэтому я не был удивлён, что Железин оказался в свите принца.

Что же касаемо Солнцевых, то они занимались добычей янтаря на Балтике, а янтарь в местных реалиях являлся прекрасной основой для энергетических накопителей. Поэтому можно сказать, что Солнцевы держали в своих руках всю артефакторику и даже часть механикусов, поставляя янтарные накопители для нужд как аристократии, так и промышленности. По слухам, в Балтийском месторождении содержалось порядка девяноста процентов мировых запасов янтаря.

Но стараниями империи и самих Солнцевых место добычи являлось едва ли не государством-крепостью в государстве для того, чтобы уберечь столь ценный ресурс и не отдать его соседям, которые периодически жаждали пограбить Солнцевых и империю заодно.

В Солнцегорске приходилось содержать довольно-таки приличную армию. И армия эта всегда вооружалась по последнему слову техники, магии и артефакторики. Посему для Солнцевых, которые не чувствовали под собой земли, род Угаровых — хоть и будучи княжеским — являлся кем-то из разряда голодных дворовых псов, если судить по нашей нынешней военной мощи… А ведь Солнцевы входили в императорскую Чёрную Сотню и в своё время получили графское достоинство и графскую корону из рук императора. Мечтали, конечно, о княжеской — для того, чтобы выделить себе территорию в небольшое княжество, — однако же получили лишь графство. Возможно, именно в этом ещё и крылся секрет той злобы, с которой периодически на меня поглядывал Солнцев.

Как же: такие бедные — но князья, а они, столь богатые и сильные, — всего лишь графья.

Железин со своим баронским титулом украдкой переводил взгляд с меня на Солнцева, опасаясь оказаться между молотом и наковальней. С одной стороны, дел у них с нами никоим образом не было, в то время как Солнцевы поставляли Железиным просто невероятный объём янтарных накопителей. Но и то, что принц приблизил меня к себе… Уже одно это для Железиных, как для умных людей, в том числе промышленников весьма удачливых в бизнесе, означало, что со мной необходимо считаться. Пока что — как с неучтённым фактором, но в будущем необходимо было разобраться, в чём же, собственно, моя ценность.

Однако же сейчас Железин столь явно нервничал, что я не удержался и всё-таки решил его приободрить:

— Никита Сергеевич, успокойтесь. Всё пройдёт отлично. Даже если вы каким-либо образом запамятуете кого-либо, поверьте, они будут из кожи вон лезть ради того, чтобы быть представленными принцу, и сами назовутся, едва стоит вам только запнуться хоть на секунду. Всё будет отлично. Я не думаю, что вам придётся перечислять имена всех трёх тысяч гостей.

Железин скупо улыбнулся, однако же напряжение с его лица не отступило.

— Хорошо вам, княжич…

Потом он как будто бы что-то вспомнил, взглянув на мою ногу: