"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Сухов Александр Евгеньевич - Страница 853

«Зачем?! – мелькнула предательская мысль. – Зачем нам лезть на этого мужика? Они нас выпустят. Обещали выпустить. А потом… Потом мы уедем из Суджука к чертям собачьим. Вместе с Варей я приеду в Москву. И тогда… Тогда будет видно, как разгромить этот секретный, блин, объект… Из Москвы обычно многое виднее».

Однако… Если Варя вдруг ввяжется в бой – он не станет отсиживаться. И Саня сосредоточился. Напряг все мышцы. Слегка – чтоб не заметил военный – подался вперед. Он знал, что мужик находится почти напротив него. И почти напротив Вари. А до табуретки, где враг сейчас сидит, – четыре шага. Вот и пригодилось обследование камеры, которое заставила совершить Варвара…

– Я уверена, что высшее руководство страны ничего не знает о ваших опытах, – спокойно произнесла Варя. – Поэтому прикрываться именем президента – пожалуйста, не надо.

Она сказала: «Пожалуйста, не надо!» Второй кодовый сигнал! Варя говорила: по нему следует атаковать или бежать. «Будем надеяться, что я правильно понял, что именно надо делать», – мелькнуло в голове у Сани.

Он быстро, насколько позволяли ему связанные руки, вскочил с нар, крикнул: «Я – влево!» – и, отвлекая внимание на себя, бросился в левую сторону. В ту же секунду он услышал, как Варя вскакивает с нар, и почти сразу же – казалось, не прошло секунды – послышался глухой удар. Немедленно последовал шум оседающего тела. Тело падало в ту сторону, где был Саня.

Вот оно грохнулось на пол и оказалось прямо под его ногами. Снизу раздался то ли стон, то ли крик о помощи.

Саня дважды ударил по телу ногой. Ударил изо всех сил. Он удивлялся тому ожесточению, испытываемому к человеку, которого он в буквальном смысле никогда не видел. Последний раз он чувствовал подобное озверение только по отношению к «духам» в Чечне. Один удар Сани пришелся человеку по ребрам. Второй – похоже, в голову. В человеке что-то булькнуло, и он затих.

– Хорошо сработано, – произнес справа голос Вари. Она хрипло дышала. – Отойди, я обыщу его.

Саня посторонился. Дикая злоба прошла, как не бывало. Он чувствовал только опустошение.

Смеян прислонился к двери камеры. Из легких с шумом вырывался воздух.

– Он жив, – сообщила откуда-то снизу Варя. – Но будет в отключке еще минут двадцать.

– Откуда ты знаешь? – вяло поинтересовался Саня. Как ни странно, его совершенно не волновала судьба избитого им человека. Как не волновала сейчас его и своя собственная судьба. Наверно, это было реакцией на стресс.

– Я достала ногой его голову. – В голосе Вари звенело возбуждение. – Глубокий нокаут. Ты молодец, все сделал абсолютно правильно. Как будто мы с тобой сто раз тренировались.

Саня никак не отреагировал на ее комплимент. Ему сейчас было все равно.

– А-а, вот и они, голубчики! – радостно прокричала Варвара.

– Что? – безучастно поинтересовался Саня.

– Ключи от наручников.

Человек, лежавший на полу, был одет в пятнистую униформу без знаков различия. Белый подшитый подворотничок. Высокие ботинки на шнуровке.

Однако лицо его оказалось не таким, каким представлялось Варе по голосу. Визитер был худ, узок в кости, его лицо с правильными чертами и тонкая шея, торчащая из армейского воротника, скорее подошли бы столичному врачу или адвокату.

Оружия у человека не оказалось. Только три ключа, в том числе от наручников.

Зато камера, когда они стащили с лиц мешки, выглядела точь-в-точь так, как ее нарисовало себе Варино воображение: довольно просторное помещение без окон, освещаемое тусклой электрической лампочкой. Типичная гауптвахта.

Они с Саней потратили минут десять на то, чтобы снять друг с друга наручники. Затем – сдернули мешки с голов.

Никто за это время не вошел в камеру. Никакого шума не раздавалось за дверью.

Варя взяла бледную костистую руку человека, валявшегося на полу. Проверила пульс.

– Он, наверное, скоро очнется.

Саня озабоченно разминал руки, затекшие от наручников.

– Зачем ты бросилась на него? Ведь он обещал нас отпустить.

– А я ему не поверила.

– Почему?

– Если твои родные в приступе психоза перебили друг друга – зачем тогда понадобилось похищать тела из морга?

– К-какие тела?

– Потом расскажу. – Она махнула рукой, досадуя, что нечаянно проговорилась: не следует Сане знать, что тело его возлюбленной какой-то гад по непонятной причине выкрал из морга. Ну, ладно: слово не воробей.

– Давай выбираться отсюда, – скомандовала Варя.

– Попробуем.

Железная дверь в камеру была не заперта снаружи.

– Тоже мне, система безопасности, – пробормотала Варя.

Она решительно распахнула створку. На лестничной площадке было тихо и сумрачно.

Они выскользнули из камеры. Варя затворила за собой дверь. На откинутом засове болтался открытый навесной замок. Варвара примерилась к нему одним из ключей. Он подошел. Варя набросила засов, прицепила замок, защелкнула его.

М-да, все здесь бесхитростно – словно это не тюрьма, а какой-то гараж. Видно, тут давным-давно не держали никаких арестованных.

– Надо было этого гада пришибить, – бросил Саня. – Очнется, шум подымет.

– Ты не господь бог – распоряжаться чужой жизнью, – строго выдохнула Варвара.

– Я прежде всего забочусь о своей жизни, – буркнул Саша. – И твоей.

Не ответив, Варя бросилась вверх по лестнице. Лестница выглядела обыкновенно, словно в типичном советском учреждении: в казарме или школе. Тусклый свет, покатые ступени, деревянные перила со щербинами.

Недавние пленники на одном дыхании пронеслись два пролета вверх и очутились перед дверью – той, через которую их вводили в здание. Варя осторожно надавила на ручку. Заперто.

Она попыталась вставить в скважину единственный оставшийся ключ. Ключ не подходил. Лестница уходила дальше вверх. Дневной свет ниоткуда не освещал ее – только электрический из слабых лампочек. С верху лестницы не доносилось ни звука. Ни шагов, ни голосов – ничего.

Варя глянула на Саню – впервые за весь сегодняшний день она почувствовала растерянность.

– Вперед, – тихо шепнул он и бросился по лестнице вверх.

Они промчались еще два пролета – Саня впереди, Варя на два шага сзади.

Снова железная дверь, ведущая уже в противоположную сторону – не наружу, а в глубь здания. Саня нажал на ручку – опять закрыто. Варя испробовала ключ – тот снова не подошел.

Варвара прислушалась. Из-за двери, издалека, из глубины здания, доносился еле слышный шум. Он был похож на отдаленный гул мотора. И еще в этот звук вплеталось басовитое жужжание. Словно там, за дверями, жужжал осиный рой. Варя переглянулась с Сашей.

– Давай выше, – одними губами проговорил он.

Они промчались по пустынной, словно вымершей лестнице на третий этаж. Толкнулись в очередную дверь. Снова закрыто. И опять не подходят ключи. А звуки, доносящиеся из-за двери – механический гул и живое жужжание, – стали громче, отчетливей.

– Если бежать, то до конца, – с кривоватой усмешкой выдохнул Саня, и они кинулись еще выше.

Еще два пролета вверх, уже четвертый этаж – и они перед новой дверью.

Варя – она оказалась перед дверью первой – осторожно нажала ручку. И та неожиданно легко подалась!

Варвара открыла дверь. Гул и жужжание стали явственней. В правой руке она сжимала, словно нож, самый длинный ключ – хоть какое-то оружие.

Они оказались на своего рода балконе. Балкон опоясывал огромное помещение. Вдоль стен балкона через равные промежутки шли двери. Внизу, под балконом, расстилался зал величиной с половину футбольного поля. Он напоминал цех предприятия. В пол «цеха» (как они могли видеть сквозь перила балкона) были вмонтированы два огромных прозрачных колпака. Кажется, именно оттуда доносились механический гул и монотонно-громкое жужжание. В помещении было удушливо жарко.

Варя оглянулась на Сашу. Вид у него был ошеломленный.

И тут откуда-то раздался сигнал тревоги. Запикал тревожный, противный зуммер. По периметру балкона завспыхивали красные лампочки сигнализации. Кряканье сигнала тревоги заглушило шум механизмов и жужжание.