"Современный зарубежный детектив". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Жибель Карин - Страница 394

Шахматные доски исчезли, а столы были накрыты красно-белыми клетчатыми скатертями, подобранными самим владельцем заведения, поскольку они напоминали о тавернах былых времен. В воздухе начал распространяться аромат пассерованного лука, к которому вот-вот должен был присоединиться запах подрумянивающихся на сковородах лягушачьих лапок – фирменного блюда «Друзей реки». Повар, который как раз писал на грифельной доске блюда, вошедшие в вечернее меню, был первым, кто заметил синие огни мигалки на крыше припаркованной перед входом «альфа-ромео». Из автомобиля вышли двое мужчин в штатском. Один из них был атлетического телосложения, с изможденным лицом и седеющими усами, а другой маленький и лысый. Оба вошли в ресторан и направились прямиком к барной стойке. Повар решил, что их появление не сулит ничего хорошего, а один из престарелых любителей шашек поморщился, почуяв в них копов. Клуб «Друзья реки» открылся еще в начале двадцатого века, хотя с тех пор многое здесь изменилось. Вплоть до шестидесятых годов он был излюбленным местом так называемой «лиджеры» – давным-давно вымершей ломбардской преступной группировки, не применявшей оружия. Неизвестно, сколько старых мафиози еще оставалось в живых, однако те, кто протянул до наших дней, были верны привычке собираться в старом притоне.

Полицейский с седеющими усами показал владельцу удостоверение на имя заместителя начальника следственного управления Марко Сантини.

– Добрый вечер, – сказал он. – Мы ищем двух человек.

Лысый достал из кармана две фотографии: на одной была привлекательная женщина, а на другой – худощавый мужчина с выразительным взглядом рок-певца.

Хозяин покачал головой:

– Боюсь, мы таких не видели. Уверены, что они сюда заходили?

Сантини ткнул пальцем в снимок мужчины:

– Это сын Аннибале Валле. Вы ведь знаете, о ком я?

Хозяин встревоженно вскинулся:

– Аннибале я прекрасно знаю, но с сыном он никогда не приходил. Это, часом, не тот…

– Он самый, – отрезал Сантини.

– В газетах он выглядел по-другому. А Аннибале вы не спрашивали?

Сантини уставился на хозяина так, словно тот ляпнул несусветную глупость. В этот момент к барной стойке подошел старикашка не выше полутора метров ростом. Он протянул через стойку пустой бокал, показывая, что хочет добавки. На нем были огромные очки и столь же огромные наушники слухового аппарата, исчезающие в пучках торчащих из ушных раковин волос.

– Подождите минутку, – сказал ему хозяин и повернулся к полицейским. – Могу я еще чем-то быть вам полезен?

Сантини покачал головой и хотел было забрать снимки, но старичок накрыл их рукой и неразборчиво промямлил что-то на диалекте.

Сантини взглянул на лысого:

– Ты что-то понял?

Его сослуживец кивнул. Он родился в Брешии, и местный диалект походил на его родное наречие.

– Говорит, он его видел.

– Торре? Когда? – спросил Сантини.

Из стариковского лепета полицейский разобрал, что накануне днем Торре подсел к нему за столик и болтал с ним, пока за ним не пришла женщина с красными волосами. Парочка ушла вместе с местным завсегдатаем – толстяком, у которого водились деньжата.

Сантини посмотрел на хозяина. Тот казался смущенным:

– Клянусь вам, я их не заметил. Я даже не видел, чтобы Аннибале сюда входил.

– Значит, толстяк – это Аннибале Валле, верно? – спросил Сантини.

– Да, тощим его не назовешь, – спохватившись, что наговорил лишнего, ответил хозяин.

Сантини, не слушая, отмахнулся от его возражений и попросил коллегу записать номер удостоверения личности старика. Они обратились как раз по адресу, но опоздали на двадцать четыре часа. Скоро со всей этой историей будет покончено, и ему больше не придется разыскивать беглых психов и детей. Боже, дети… Они уже снятся ему по ночам.

После ухода полицейских старик забрал наполненный стакан и вернулся к прерванной партии в шашки. Его столь же дряхлый противник скрестил на груди татуированные синими чернилами руки и с презрением уставился на него. Вопреки всем уговорам старика в очках, он наотрез отказался продолжить игру.

Коломба стояла на платформе грузовика. С помощью Данте, которая была по большей части символической, она подключила баллон с воздухом к компенсатору плавучести, после чего застегнула на талии грузовой ремень и сунула за него молоточек с приплюснутым наконечником, какие используют ловцы мидий, и водонепроницаемый фонарик. Гидрокостюм пришелся ей точно впору, а вот неопреновые носки для ласт оказались малы на полразмера. Придется потерпеть. Она закрепила на лбу осветитель и убедилась, что он работает: луч света прорезал тьму на полсотни метров.

– Для битвы с Чужим ты во всеоружии, – сказал Данте.

– Надеюсь, до этого не дойдет, – ответила она и пососала загубник, чтобы проверить приток кислорода. Втягивать воздух было тяжеловато, и она расслабила клапан регулятора.

– Не забудь открыть баллон.

– Совет эксперта. Помоги спуститься.

Данте спрыгнул с платформы и, обхватив ее за талию, ссадил на землю. На несколько мгновений они почти слились в объятии, и неожиданно для самого себя он не удержался и обнял ее по-настоящему.

– Будь осторожна под водой, – прошептал он, положив подбородок ей на плечо.

Несколько секунд Коломба обнимала его в ответ, а потом мягко отстранилась.

– Все не так опасно, как ты думаешь.

– А вдруг у тебя случится приступ? – спросил он.

Коломба вздохнула: она предпочитала об этом не думать.

– Надеюсь, этого не произойдет.

Ныряя с аквалангом, главное – контролировать дыхание.

– Если хочешь, у меня есть пара таблеток ксанакса…

– Будет только хуже: надо сохранять ясную голову.

Данте осветил путь своим фонарем, и они подошли к кромке воды. Ночью озеро казалось черным, как деготь. Берег был погружен в темноту. По дороге в карьер им встретилось несколько машин – парочки приезжали сюда, чтобы заняться любовью под сенью деревьев, – но никто не обратил на них никакого внимания. Коломба вгляделась в озерные воды. Гидрокостюм немного убережет ее от холода, но температура воды на глубине, должно быть, составляет градусов двенадцать, а то и меньше. Она бы предпочла костюм сухого типа. В свое время она получила сертификат продвинутого дайвера и знала, как погружаться в сухом гидрокостюме. Но перед покупкой такие костюмы нужно мерить. К тому же продаются они далеко не везде.

– Согласно старой карте, – сказал Данте, направив фонарик на землю, – здесь проходила дорога к карьеру. Значит, можно предположить, что отряд Отца подъехал на самосвале сюда.

– И цистерны должны быть под водой поблизости отсюда, – добавила Коломба. – Но все зависит от того, как они туда их сбросили. И потом, за столько лет их могло снести подводным течением.

Озеро было необъятным: его длина составляла четыреста пятьдесят метров, а максимальная ширина – около двухсот. Под водой скрывалось множество гротов и расщелин. В темноте и без посторонней помощи обследовать их все Коломбе не удастся. Оставалось лишь положиться на удачу, которая до сих пор ей не слишком благоволила.

– Будем надеяться, что эта штука и правда работает так, как обещает рекламная брошюра, – сказал Данте, протягивая ей магнитометр.

Он был похож на тридцатисантиметровую торпеду с ручкой сверху и кружком светодиодов на конце. Коломба нажала на выключатель, и устройство зажужжало и завибрировало, а лампочки замигали сначала красным, а потом зеленым. Опробовав магнитометр в гостях у Ванды, она без труда нашла в стене металлический водопровод, но понятия не имела, как прибор поведет себя под водой. Данте установил его на среднюю чувствительность, чтобы он не реагировал на каждую монетку.

Коломба перебросила его из одной руки в другую и надула компенсатор плавучести таким образом, чтобы он поддерживал ее на поверхности, пока она отплывет на несколько метров от берега. Стенки карьера были отвесными, но зазубренными и, скорее всего, достаточно острыми, чтобы о них оцарапаться.