Горькая полынь (СИ) - Невская Майя - Страница 10

Не знаю, сколько это продолжалось. Мне казалось, целую вечность. Когда Назар отстранился, я почувствовала облегчение. Ноги сильно дрожали. Ухватившись рукой за край стола, я старалась не дать себе упасть на пол. Я, конечно, понимала, что между нами будет секс, но не предполагала, что это произойдет вот так, буквально с порога. Он даже пиджак не снял. А я не успела настроиться, подготовиться… Ощущение горячей жидкости на пояснице заставило меня поморщиться. Он кончил на меня. Этот факт заставил ощущать себя грязной, использованной. Я уговаривала себя успокоиться. Он не должен видеть, что мне что-то не нравится.

Назар потянул подол моего платья, которое все еще было на мне, и вытер им свой член. И теперь к ощущениям выше добавилось еще и чувство унижения. Церемониться со мной он не будет. К этому мне тоже стоит быть готовой.

Назар бросил на стол рядом со мной черную пластиковую карточку с золотыми цифрами и буквами на ней.

– Деньги, которые ты так жаждешь.

Он только что заплатил мне за секс. Я официально стала шлюхой. Все еще упираясь щекой в стол я смотрела на этот черный пластик не испытывая сейчас никакой радости от этих денег, только непонятное безразличие.

Назар сел на диван и достал телефон из кармана. Посчитав, что на этом все, я на нетвердых ногах ушла в ванную, при каждом шаге ощущая, как между ног все горит огнем.

У меня никогда не было фантазий насчет того, каким должен быть мой первый раз и каких-то особых ожиданий я не испытывала тоже, но то, что это произошло с человеком, которого я едва знаю и то, как все это случилось между нами, определенно не станет приятным воспоминанием.

Я старалась не смотреть на себя в зеркало. Мне как будто было стыдно перед самой собой. Сняв платье, оставаясь стоять в одном бюстгальтере, я застирала испачканный спермой и моей кровью подол. Слезы тихо катились по щекам. Я думала, что справлюсь, думала, что будет легко, но уже сразу мне жестко доказали обратное и показали мое место. Я не была готова ни морально, ни физически к тому, что произошло. Но теперь уже нет смысла переживать об этом. Дело сделано. Смахнув тыльной стороной ладони слезы, я продолжила уничтожать следы нашего секса с моего платья. Закончив, я повесила его на крючок, надеясь, что застиранный подол скоро высохнет. Правда, не представляю, как заставлю себя надеть это некогда любимое платье. Теперь с ним связаны не самые приятные эмоции и воспоминания.

Зайдя за стеклянную перегородку душевой, я выкрутила кран на полную мощность, надеясь, что горячая вода поможет унять неприятный зуд между ног и смоет с меня чужой запах, который, кажется, уже успел въесться под кожу.

Выходить из ванной не хотелось, но особых вариантов у меня не было. Завернувшись в полотенце, я вернулась в гостиную. Назар по-прежнему сидел на диване и разговаривал по телефону. Стараясь не шуметь, я подняла с пола кусок ткани, который раньше был моим нижним бельем и, скомкав его, сжала в кулаке. Растерянно я замерла посреди комнаты, абсолютно не зная, что мне дальше делать. Назар смотрел на меня, продолжая что-то решать с невидимым собеседником, а я старалась не обращать на него внимания, в данный момент жалея, что все-таки не задержалась в ванной чуть дольше.

Закончив разговор, он отложил телефон.

– Убери полотенце.

Сердце подскочило к горлу. Я сильнее вцепилась в махровую ткань, которая была моей единственной защитой сейчас. Несколько мгновений я пыталась договориться с собой. Если он хочет, чтобы я разделась, я должна это сделать. В конце концов, это я к нему пришла, предлагая себя, и игры в девственницу-недотрогу здесь неуместны. Сглотнув, я скинула полотенце, продолжая зачем-то сжимать в руке остатки своих трусиков. Разгоряченная после душа кожа мгновенно покрылась мурашками. Соски предательски заострились то ли от прохладного воздуха, то ли от равнодушного мужского взгляда. Я чувствовала себя товаром, который демонстрируется покупателю, но по Назару было трудно понять, нравится ему увиденное или нет. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Тело начала сотрясать мелкая дрожь, но я старалась держаться и не подавать вида.

– Это, – он взглянул на мой лобок, – мне не нравится. Сделай эпиляцию.

Мгновенно ощущение неловкости и непонятного стыда затопили меня. Захотелось прикрыться, но я чувствовала, что этого делать не стоит. Лобок был покрыт короткими волосками. Я удаляла лишнее, чтобы все выглядело ровно и аккуратно, но Назар все равно не оценил. Выбора у меня не было, придется подчиниться. Клиент всегда прав.

– Хорошо, – выдавила я из себя.

– Жить будешь здесь.

Я поспешно кивнула.

– Отвечаешь на все мои звонки. Делаешь все, что я скажу, без лишних вопросов и возражений. В любое время дня и ночи ты должна быть доступна для меня.

Я снова кивнула, соглашаясь на все его условия.

– Чтобы никаких твоих подруг я здесь не видел.

– Никого не будет, – негромко сказала я. Моя единственная подруга в этом городе – Лера. И с ней я легко могу видеться за пределами этой квартиры.

– Позаботься о предохранении. Попытки забеременеть от меня ничем хорошим для тебя не закончатся.

Он говорил спокойно, но от скрытой угрозы в его голосе по спине пробежал озноб. Мне не хотелось на собственном опыте узнать, что значит навлечь на себя гнев Назара Гордеева. Да и мне тоже не нужен от него ребенок. У меня не было цели привязать к себе этого мужчину до конца дней. Я воспользовалась советом Леры и сделала необходимый укол.

– Уже позаботилась.

– Надеюсь, тебе не нужно говорить о том, что пока я содержу тебя, ноги ты раздвигаешь только передо мной?

– Не нужно. Вам не о чем переживать.

– Переживать? – Растянулись его губы в подобии улыбки. – Интересный выбор слов. Вопросы есть?

– Нет. – И тут же поспешила предупредить его, – мне нужно забрать вещи из квартиры подруги.

– Завтра Тарас поможет тебе.

– Спасибо, но не стоит. Не нужно напрягать Тараса. – У меня всего одна сумка, я вполне способна сама справиться с переездом.

Назар закинул ногу на ногу и, подперев щеку указательным пальцем, посмотрел на меня.

– Что еще мне не стоит делать?

Мгновенно краска прилила к лицу.

– Я ничего такого не имела в виду, я просто хотела сказать, что… – покачав головой, я решила не пускаться в объяснения, которые ему не нужны. В общении с Назаром я будто шла по минному полю. Я совсем не знаю как мне вести себя с ним, что говорить и как ничего не испортить.

– Повторяю, если ты не поняла с первого раза. Я говорю – ты делаешь без лишних вопросов и возражений.

Я кивнула.

– Если мне будет нужно твое мнение, я дам знать.

Он выдавал мне словесные пощечины, а я даже возразить ему не могла. В этих отношениях мне заведомо отведена бесправная роль. Это было ожидаемо, но от этого не становилось менее неприятным. И только мысль о деньгах… больших для меня деньгах заставляла покорно кивать и помалкивать.

Посмотрев на свои наручные часы, Назар встал и направился к выходу. Через минуту послышался звук закрывшейся двери. Как только я осталась одна, дышать стало как будто легче, но гнетущее ощущение в груди не хотело уходить. Я перевела взгляд на стол, где все случилось, и где до сих пор лежала карточка, к которой я не решалась прикоснуться. Пару минут я не двигалась, смотря на нее. Понятия не имею, какая сумма на банковском счете Назара, но точно знаю, что на моем никогда столько не было.

Я вновь завернулась в полотенце и легла на диван, подтянув колени к груди. Спустя несколько минут изображение перед глазами начало расплываться. Соленые слезы жгли щеки. Сковавшее меня этим вечером напряжение сейчас, наконец, отпускало, оставляя после себя опустошенность и непонятную горечь.

Я не понимала, почему плачу. Я ведь получила то, что хотела. Но радости от этого не испытывала. Отношение Назара ко мне как к вещи отрезвило. И теперь, если я согласна с его условиями, мне следует привыкнуть к новой роли, к роли всегда готовой и услужливой шлюхи.