Выбери любимый жанр

Нарцисс в цепях - Гамильтон Лорел Кей - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

— Год выдался тяжелый. Теперь дайте трубку Грегори, потому что пока я не буду знать, что он жив, и он мне не скажет, что живы остальные, переговоры приостанавливаются.

— Почему вы решили, что это переговоры? — спросил Марко.

— Интуиция.

— Вы очень прямолинейны.

— Ты еще понятия не имеешь. Марко, насколько я прямолинейна. Дай трубку Грегори.

Снова молчание, заполненное музыкой, но без голосов.

— Грегори, ты здесь? Кто-нибудь есть? Вот блин!

— Боюсь, что ваш котенок не будет для нас мяукать. Полагаю, из гордости.

— Приложи трубку ему к уху, и я с ним поговорю.

— Как прикажете.

Снова громкая музыка. Я заговорила, будто точно знала, что Грегори слушает.

— Грегори, мне нужно знать, что ты жив. Нужно знать, что живы Натэниел и все остальные. Ответь мне, Грегори.

Голос его прозвучал как сквозь сжатые зубы:

— Д-да.

— Да — что? Да — они живы?

— Д-да.

— Что они с тобой делают?

Он завопил в телефон, и у меня волосы на затылке встали дыбом, по рукам побежали мурашки. Звук резко оборвался.

Грегори! Грегори!

Я орала, перекрикивая грохочущий техно-бит, но никто не отвечал.

Марко снова взял трубку.

— Они все живы, если и не вполне благополучны. Тот, которого зовут Натэниел, великолепный юный красавец, эти каштановые волосы и необыкновенные фиолетовые глаза... Такой красавец, что стыдно было бы портить такую красоту. Да и второй тоже хорош, блондин с синими глазами. Мне говорили, что оба они — стриптизеры? Это правда?

Оцепенение у меня прошло. Мне было страшно, и я злилась, и по-прежнему понятия не имела, что происходит. Но голос у меня был почти ровный, почти спокойный.

— Да, правда. Ты новичок в этом городе, Марко, и потому ты меня не знаешь. Но поверь мне, ты делаешь большую ошибку.

— Вряд ли я. Может быть, мой альфа.

Чертова оборотневая политика. Терпеть ее не могу.

— А почему? Леопарды никому не угрожают.

— Не нам приказы обсуждать, нам выполнять иль погибать.

Начитанный, зараза.

— Чего вы хотите, Марко?

— Мой альфа хочет, чтобы ты приехала и спасла своих котов, если можешь.

— В каком вы клубе?

— "Нарцисс в цепях".

И он повесил трубку.

Глава 2

— Черт побери!

— Что случилось? — спросила Ронни. Я чуть про нее не забыла. Эта сторона моей жизни ее не касается, но она была здесь, стояла, прислонившись к кухонным ящикам, и смотрела на меня с тревогой.

— Это мое дело.

Она схватила меня за руку.

— Ты мне сегодня разливалась, что хочешь вернуть своих друзей, не хочешь нас отталкивать. Ты всерьез говорила или просто так?

Медленно сделав глубокий вдох и выдох, я рассказала ей то, чего она не слышала.

— И ты понятия не имеешь, что это все значит?

— Не имею.

— Странно. Обычно такие вещи готовятся, а не падают как гром с ясного неба.

— Знаю, — кивнула я.

— "Стар-69" определяет номер, с которого звонили.

— А толку?

— Можно узнать, действительно они в этом клубе или это просто западня.

— А ты не просто блондинка без мозгов, — заметила я.

Она улыбнулась:

— Я профессиональный детектив. Мы в таких вещах разбираемся.

Улыбка ее не дошла до глаз, но Ронни пыталась изобразить уверенность.

Я набрала номер, и телефон, казалось, звонил вечно, а потом ответил мужской голос:

— Чего?

— Это «Нарцисс в цепях»?

— Ага, кто говорит?

— Я хочу говорить с Грегори.

— Нет тут никакого Грегори.

— Кто говорит? — спросила я.

— Это автомат в холле, дама. Я просто проходил мимо.

И он повесил трубку. Похоже, не мой сегодня день.

— Они звонили из автомата в клубе, — сказала я.

— Ну, мы хотя бы знаем, где они, — заключила Ронни.

— Ты знаешь, где этот клуб?

Она покачала головой:

— Не входит в круг моих интересов.

— И моих тоже.

Получалось так, что единственные среди моих знакомых игроки в доминантой и подчиненных были сейчас в этом клубе, откуда мне их предстоит выручать.

Кого я знаю, кто может сказать, где этот клуб и какова его репутация? Леопардам верить нельзя, они уже говорили, что там безопасно. И явно ошиблись.

На ум пришло только одно имя. Только он мог знать, где находится клуб и какие гадости меня там, предположительно, ожидают. Жан-Клод. Поскольку тут была замешана оборотневая политика, напрашивался звонок Ричарду, который вообще вервольф. Но оборотни — народ весьма клановый. Животные одного вида редко переходят границы, чтобы помочь другим. Горько, но правда. Исключением является соглашение между вервольфами и крысолюдами, но остальные ругаются, дерутся и пускают кровь исключительно в своем кругу. Ну, если какая-то группка сорвется с резьбы и начнет привлекать излишнее внимание полиции, вервольфы и крысолюды приведут ее в чувство, но помимо этого — никаких вмешательств. Одна из причин, по которым мне приходится нянчиться с леопардами.

К тому же Ричард насчет субкультуры «Д и П» знает не больше моего, если не меньше. Нет, если вас интересуют какие-то сексуальные штучки на грани извращения (или за гранью), спросите Жан-Клода. Он сам не участвует, но знает, кто, что и где. По крайней мере я на это надеялась. Если бы на кону стояла только моя жизнь, я, может, никому из мальчиков звонить бы не стала, но если меня в этой авантюре убьют, то некому будет спасать Натэниела и его компанию. Не годится.

Ронни сбросила туфли на каблуках.

— Пистолета я не захватила, но у тебя наверняка есть запасной.

Я покачала головой:

— Ты не едешь.

От гнева ее серые глаза обрели цвет грозовых туч.

— Черта с два.

— Ронни, это оборотни, а ты человек.

— И ты тоже.

— Я чуть больше, благодаря вампирским меткам Жан-Клода. Я могу пережить раны, от которых ты умрешь.

— Одна ты не поедешь. — Она скрестила руки на груди, лицо ее выражало непреклонную решимость.

— Я не собираюсь ехать одна.

— Это потому, что я не люблю стрелять?

— Ты не умеешь убивать не думая, Ронни. В этом ничего стыдного нет, но я не могу взять тебя к оборотням, если не буду уверена, что ты в случае чего стреляешь на поражение. — Я положила руки ей на плечи. Она вся напряглась и была явно сердита. — А потерять тебя, Ронни, — для меня это... потерять часть своей души. И еще... часть эта будет еще больше, если ты погибнешь, расхлебывая кашу, которая варится вокруг меня. С этим народом надо действовать не раздумывая, Ронни. С ними нельзя как с людьми — иначе тебе крышка.

Она замотала головой:

— Позвони в полицию.

— Нет.

— Черт бы тебя побрал, Анита, не будь дурой!

— Ронни, есть правила. И одно из них то, что в дела стаи прайда полицию не вмешивают.

Главной причиной было то, что полиция косо смотрит на схватки за лидерство, которые кончаются трупами, но Ронни сейчас об этом знать не обязательно.

— Глупое правило.

— Может быть, но так принято у оборотней, какого бы вида они ни были.

Она села у столика для завтрака.

— Так кто же тебе поможет? Ричард убивает не легче, чем я.

Почти правда, но я не стала спорить.

— Нет. Сегодня мне нужен рядом тот, кто делает то, что нужно, не моргнув глазом.

Ее глаза потемнели — от злости.

— Жан-Клод!

Это прозвучало словно ругательство.

Я кивнула.

— А ты уверена, что не он все это спланировал, чтобы вернуть тебя в свою жизнь... то есть, пардон, в смерть?

— Он слишком хорошо меня знает, чтобы так играть с моими подопечными. Знает, что я с ним сделаю, если им будет плохо.

Ронни смягчилась, постаравшись скрыть недоумение.

— Я его терпеть не могу, но я знаю, что ты его любишь. И ты действительно могла бы его убить? Спустить курок, глядя на него через прорезь прицела?

Я просто смотрела на нее и знала без зеркала, что глаза у меня стали далекими и холодными. Карие глаза трудно сделать холодными, но мне как-то удается — в последнее время.

3
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело