"Фантастика 2025-55". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Свержин Владимир Игоревич - Страница 758

— Зря не доверяете моим работникам, товарищи, — упрекнул суровых офицеров. — Даже грамма из продуктов не возьмем! Все, что получили, выставим на стол.

— Если вдруг чего-то не доложите, это полбеды, — сообщил один из офицеров. — Главное, чтоб не добавили, понятно?

— Да, товарищ старший лейтенант, — поспешил директор, вмиг сообразив. — Лично прослежу.

Словами комитетчики не ограничились, потребовав от поваров дегустировать приготовленные блюда. Хотя директор был уверен, что никто из персонала не вздумает травить гостей на свадьбе (зачем им это?), но и сам к контролю подключился. Видя это, повара и официанты старались не на шутку, и к шестнадцати часам столы накрыли. Семен Михайлович проверил расстановку блюд, приборов и напитков на накрахмаленных скатертях и, найдя все это безупречным, отправился к входу в ресторан. Там уже толпились гости, принаряженные и веселые. Сбившись в кучки, весело болтали. Молодежь — отдельно, кто постарше — наособицу.

Но вот к ресторану подкатил кортеж из «волг». К радиатору передней привязали куклу, сам автомобиль разукрасили воздушными шариками и лентами. Распахнулись дверцы, и наружу выбрались молодожены. Невеста в белоснежном платье с кружевами, в шляпке, отороченной вуалью. Жених — в костюме и рубашке с галстуком. Ничем не примечательная пара, решил Семен Михайлович, разве что невеста очень хороша.

Гости, ожидавшие приезда молодых, расступились, открывая им проход. Жених взял за руку невесту, и они направились к входу в ресторан. Следом потянулись свидетели — парень с девушкой, оба с лентами через плечо. Им навстречу выступили трое: женщина с мужчиной в возрасте за сорок и еще одна гражданка, явно деревенская по виду. Она первая приблизилась к молодоженам и перекрестила их иконой Божьей Матери, дав ее поцеловать. Следующая пара поднесла хлеб и соль. Отломив кусочек каравая, жених обмакнул его в солонку, откусил немного сам и дал невесте. На этом ритуал закончился, и Семен Михайлович поспешил обратно в зал, чтобы дать отмашку музыкантам. Те не подвели: как только молодая пара показалась из дверей, заиграли марш Мендельсона, а директор подошел к молодоженам.

— Рад приветствовать вас в нашем ресторане, дорогие гости, — сказал им, улыбаясь. — Попрошу вас следовать за мной.

Столы в зале составили в форме буквы «П», к ее перекладине Семен Михайлович и подвел молодоженов. Усадил сначала их, затем свидетелей, а возле них по сторонам — родителей пары, тех самых женщин и мужчину, которые встречали молодых у входа. Рядом с деревенской теткой пристроился мужчина лет шестидесяти, представительный и строгий. Директор знал его — тот руководил сотрудниками КГБ, которые не только проверяли кухню, но сейчас, распределившись в зале ресторана, изображали из себя официантов, на деле охраняли или молодых, или кого-то из гостей. Их старший лично инструктировал сотрудников и распределял по точкам наблюдения, директор это краем уха услыхал.

Тем временем официанты рассаживали остальных гостей. Те, осмотрев накрытые столы, восклицали удивленно: «Да тут — икра! И рыбка красная. Гляди-ка — полендвичка!» Семен Михайлович довольно усмехнулся — запомнят гости эту свадьбу. Его никто не упрекнет, что на столах чего-то не хватало.

Наконец, расселись. К микрофону перед ансамблем вышел массовик-затейник, который должен был руководить застольем. Его прислали от управления культуры исполкома — как видимо там тоже побывали комитетчики. Но начал свое выступление массовик довольно странно.

— Товарищи! — сказал слегка смущенно. — Прежде чем мы приступим к торжеству, предоставлю слово гостю из Москвы, товарищу Самойлову, генерал-майору.

Тот самый представительный руководитель сотрудников КГБ поднялся и вышел к микрофону. Следом устремился один из комитетчиков с какими-то коробками в руках.

— Уважаемые молодожены, родители и гости этой свадьбы, — сказал Самойлов. — Правительство Советского Союза доверило мне ответственное и важное поручение. Карина Айковна и Константин Васильевич, прошу вас подойти.

Молодожены подчинились. По их лицам было видно, что они удивлены.

— Указом Президиума Верховного Совета СССР, — продолжил генерал-майор, взял у помощника красивый лист бумаги и стал его читать: — За выдающиеся заслуги по разработке препарата для лечения онкологических заболеваний наградить Чернуху Константина Васильевича орденом Ленина.

Отдав помощнику бумагу, Самойлов взял у него бордовую коробочку, достал оттуда орден и прикрепил его к пиджаку молодожена. Ансамбль не подвел и грянул туш.

— Тем же указом, — объявил Самойлов после того, как стихла музыка, — награждена Клинцевич, теперь уже Чернуха Карина Айковна, — он улыбнулся. — Ей причитается орден «Знак Почета».

Помощник протянул ему открытую коробочку. Генерал достал красивый орден из серебра с рубиновой эмалью на колодке, обтянутой светло-розовой лентой с оранжевыми полосками по краям и прикрепил его к платью невесты. Ансамбль снова грянул туш. Когда тот смолк, Самойлов обратился к застывшим в изумлении гостям:

— Поаплодируем нашим награжденным! Они достойны этих орденов.

Гости захлопали в ладоши. Под аккомпанемент рукоплесканий генерал и молодожены отправились к столам.

«Теперь понятно, почему их охраняют, — вздохнул Семен Михайлович. — Изобрели лекарство против рака. Такие молодые! Жаль, не евреи. В Израиле их на руках носили бы. У них бы были миллионы. А здесь всего лишь дали орден. Он хоть и золотой, но кушать ты его не станешь…»

А дальше была свадьба. Она ничем не отличалась от других, которые директор видел. Тосты, крики «Горько!» и танцы на площадке у столов. Он не слышал, когда танцуя с мужем, спросила юная жена:

— Меня-то почему сегодня наградили? Тебя понятно — рецепт вакцины передал, а мне за что?

— За любовь ко мне, — ответил Кир и засмеялся.

— Нет, я серьезно, — насупилась Карина.

— Подлизываются, демоны, — шепнул ей Кир. — Воспринимай свой орден как компенсацию тяжелого ранения. И хорошо, что дали. Придешь в свой медицинский институт, а там подумают: с чего эту девчонку зачислили без экзаменов? А у нее, оказывается, орден. За что? За разработку лекарства против рака.

— Но я его не разрабатывала!

— Они-то этого не знают, — пожал плечами Кир. — И знать им не положено, поскольку государственный секрет. Вот так и отвечай.

— Ох, Костя! — она приникла к мужу. — Какая я счастливая! Не представляешь…

За их танцем наблюдали родители молодоженов.

— Яки мой сын! — сказала горделиво мать Чернухи. — Вось, орден дали, ды ящэ яки! У нашего старшыни такого нету.

— Кариночку тоже наградили, — ответила ей Лидия Михайловна.

— За добрым хлопцем девка получила, — не согласилась мать Чернухи. — Ды хто б ёй дав, кали б не Костя.

— Неправда! — не согласилась Лидия Михайловна. — Карина — умница и заслужила.

— Да будет вам! — вмешался Вячеслав Сергеевич. — Зачем ругаться? Тут радоваться надо. Такая пара! Оба красивые и умные. Обоих наградили, и свадьба им за государственные деньги. Какие нам столы накрыли! Икра и рыбка, водка и коньяк, шампанское само собой. Мои с работы удивляются, говорят, что не припомнят такой богатой свадьбы. Чтоб в ресторане, да еще с такой закуской! Гляди — горячее несут. Под это дело надо выпить!

— Ты бы не налегал на водку, — нахмурилась Лидия Михайловна. — Не хватало вести тебя домой под руки.

— С такой закуской разве опьянеешь? — не согласился с ней супруг. — Так, сватьюшка?

— А выпьем, — кивнула мать Чернухи. — За маладых…

«Карандаш» на прикроватной тумбочке негромко пикнул. Андропов взял его, коснулся пальцем выемки. Коммуникатор отозвался мягкой дрожью, и над ним возникло голубой облачко с лицом Чернухи.

— С добрым утром, Юрий Владимирович! — промолвил инопланетянин. — Готовы ваши почки. Когда начнем?

— Вас тоже с добрым утром, Константин Васильевич, — сказал ему Андропов. — Пожалуй, что сегодня вечером. Ждать не имеет смысла — я снова занемог. Как вы и говорили, болезнь вернулась через месяц. Лежу в постели.