"Фантастика 2025-55". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Свержин Владимир Игоревич - Страница 654

Ну, на самом деле, не сложно было.

Освещенную только свечами и лунным светом комнату топил мягкий приятный полумрак. Такой уютный, что я даже не сразу заметила устроившегося на подоконнике вампира. Только потом сообразила, что вот этот безумно эстетичный, черный профиль – это не рисунок на стекле, а вполне живой мужчина, наслаждающийся моим ступором. Правда поняла это я, только когда он спрыгнул с подоконника и шагнул ко мне навстречу.

– Я тут у тебя похозяйничал, – ничуть не раскаиваясь сознался он, опуская теплые ладони на мою талию и притягивая меня к себе,  – добавил в твой список только вина и фруктов. Мы же не будем объедаться на ночь?

– Не будем. И не наговаривай на себя, хорошо похозяйничал, мне нравится, – одобрительно улыбнулась я, запрокидывая голову и любуясь несносным упырем с расстояния в несколько дюймов. Красивый. Смертельно красивый. Можно принимать вместо яда.

Если так подумать – я уже им отравлена. 

– Это у нас взаимно, – сладко мурлыкнул вампир, теплым, таким вкусным дыханием проходясь по моим губам. Впился в них долгим, вдумчивым поцелуем. Не зря к нему зашла…

Нежданно, негаданно, пропала вся необходимость в объяснениях, что значит это его вроде бы таинственное высказывание, что мы – две половинки единого целого. Я чувствовала всю глубину нашей связи, как только оказывалась с ним рядом. Когда все становилось на свои места. Когда становилось невыносимо хорошо, так хорошо, что слабо представлялось, как это вообще возможно – быть лучше. Как будто две половинки срастались воедино, наслаждаясь каждым мигом единения. А когда мы ссорились – необходимость видеть, чувствовать друг друга обострялась до невозможности. Так, что и до глюков посреди бела дня доходило.

– Ну что ты смеешься, – не выдержала в миг недолгого перерыва в поцелуях, заметив на губах несносного упыря эту его фирменную коварную ухмылочку. Когда смотришь и понимаешь, что на уме у хозяина этой прекрасной головы только пакость и ничего кроме пакости.

– Припоминаю тут кое-что… – Джулиан лукаво прищурился, переплетая свои пальцы с моими, – один зарок одной прекрасной ведьмы. Что-то там “пока не раскопаю дом – никаких мужиков”. И вот, её дом раскопан, настолько, что даже получил гостиничную лицензию…

Договаривать не стал. Только пакостно улыбнулся. Ужасно красноречиво!

– Эй, – возмутилась в лучших чувствах, – ты что, хочешь сказать, что вот это все, чтобы меня в постель затащить?

А ведь, кажется, именно для этого. По крайней мере, любопытственный взгляд, брошенный за плечо вампира, нашел, что постельное белье на кровати застелено, и там что-то, кажется, явно шелковое. А я точно помню, что во всех комнатах были вполне себе обычные простыни, без выпендрежа.

– Фи, Марьяна, – Джулиан в наигранном ужасе округлил глаза, – затащить в постель. В твоем мире что, романтичные мужчины вымерли под корень? Я хочу тебя соблазнить, искусить, совратить, на худой конец. Я об этом, между прочим, уже не одну неделю думаю. А мне даже одной завалящейся первой брачной ночи не дали.

– Это все потому, что ты её не заслуживал, – ворчу, но скорее просто для того, чтобы продолжать диалог, – ты был, есть и остаешься самым настоящим упырем. И кажется, даже могила тебя не исправит.

– Я тоже тебя обожаю, женушка, – откровенным, ужасно жарким шепотом признается паршивец. Нет, определенно, если он вот так будет решать наши с ним споры, то я… рискую полюбить с ним спорить. Еще сильнее полюбить.

Как бы то ни было… Я пришла сюда минимум за двумя поцелуями, и ограничиваться одним не собираюсь – нюхом чую, что это нанесет мне ужасную психологическую травму. Тем более, что целуется мой настоящий упырь удивительно вкусно. Никакого вина не надо.

После второго поцелуя я решаю во что бы то ни стало заполучить еще и третий. 

Потом решаю уйти не раньше пятого. 

А после…

Нет, ну зачем мне вообще от него уходить? 

В конце концов, дом-то мы действительно разгребли! Если не сейчас расслабляться, то когда вообще?

Тем более, что я вообще-то не собиралась спать до утра. Вот я и нашла, чем мне заняться...

Уснуть на самом деле не успели. Валялись на кровати, обменивались ехидными шуточками, целовались снова и снова, тянулись к оставленной на прикроватной тумбочке вазе с фруктами, чтобы закинуться хоть чем-нибудь перед новым туром, снова лезли друг к другу целоваться…

Вылезать из постели не хотелось, но все-таки пришлось. Потому что ночь оказалась не резиновая, и все-таки настал тот момент, когда в дверь спальни поскребся вежливо Триш. 

– Миледи, вода для умывания готова. И вам накрывают к завтраку.

– Может, ну его, завтрак этот? – еретично шепнул Джулиан, целуя меня в шею.

– Вы точно в своем уме, милорд? Разве не вы утверждаете, что отказываются от завтрака только идиоты? – хихикнула и все-таки легко толкнула ненасытного вампира пальцем в грудь. – Нет уж. Я –  хозяйка гостиницы. Хороша я буду, если моего первого постояльца встретить не смогу.

– А если его не будет? – негромко спросил вампир. – Переедешь обратно ко мне?

Сначала я искусилась придушить его подушкой – что это за мода, не встав с кровати, уже решил испортить мне настроение. Потом подумала и улыбнулась так коварно, что даже упыря проняло. 

– Перееду, – пообещала деловито, – никуда не денусь. А если постоялец будет – ко мне переедешь ты. 

– Я? – на этот раз Джулиан офигел по-настоящему. – Но так не принято. Жена живет в доме мужа. Не наоборот.

– Ничего не знаю, – развела руками, – так и быть, можешь переехать не сразу. Через полгодика. Сразу предупреждаю, одним букетом ты не покончил с ухаживаниям. Я еще хочу. Так что, договорились? Пари?

– А если нет? Снова будешь носиться по городу и искать себе угол, вместо того чтобы поехать ко мне?

– Ты такой умный, Джул. Все прекрасно понимаешь. 

С минуту он пытался пронзить меня укоризненным взором, потом осознал тщетность своих усилий, вздохнул.

– Пари так пари. И чего мне теперь? Хотеть твоего поражения? 

– Нет, – ослепительно улыбнулась я, – просто начинай уже паковать чемоданы. Скоро ты переедешь ко мне, и я буду выгонять тебя спать на диван к шинолле. Потом буду находить на тебе белые волосы, устраивать скандалы и снова выгонять к шинолле.

– Такая самоуверенная, – Джулиан с легкой улыбкой качнул головой и наконец сел, – что ж, давай спустимся к завтраку. Если мы не выйдем из комнаты, как мы узнаем, что я победил?

Я не стала ему пенять, что вот сейчас бахвалится именно он. Не стала торопить события. 

В конце концов, ну откуда он мог знать, что уже проиграл? Я знала – ощущала легшую между двумя точками пространства тонкую нить связи. Я ощутила её за несколько минут до визита Триша. Собственно, потому мой дворецкий и явился, что увидел возникшую на пустой стене холла черную, расписанную золотыми узорами чудо-дверь.

Вообще-то согласно откопанному нами гостиничному уставу – как только чудо-дверь возникала, мой дворецкий имел право её отворить.

Просто у нас была договоренность, что первого гостя я желаю встретить лично. 

Пока вампир, спокойный и еще не ждущий подлянки, расчесывал свои прекрасные длинные лохмы, я быстренько надела радостно-яркое платье, умылась и торопливо, перепрыгивая через ступеньку, сбежала в холл. 

Тут уже выстроилась в ряд прислуга, мама стояла за стойкой портье, Нея нетерпеливо бякала крылышками и накручивала круги под потолком холла.

Вот правильно пел в песенке Винни-Пух, что может быть прекраснее утренних гостей. 

Я пригладила волосы – расчесывание на быструю руку все-таки не обеспечило мне идеальной укладки – и взялась за ручку двери. Привычно прошлась внутренним взором по её периметру, укрепляя проход, распахнула дверь, сделала несколько шагов назад.

– Добро пожаловать в гостиный дом ди Бухе, – произнесла уже тысячу раз мысленно отрепетированную фразу. Вслух. Ощутила немыслимое ликование от этой, казалось бы, сущей мелочи.