Выбери любимый жанр

Смертник из рода Валевских. Книга 1 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

— Где он?! — зычный крик оборвал нас в самый ответственный момент. Лана и Дара резко отстранились и забились под одеяло — встречаться с Густавом им хотелось меньше всего на свете. Тем более голыми. Дверь в спальню распахнулась, и ко мне бесцеремонно вломился обладатель пышных усов. Густав считал их личной гордостью, ежедневно затрачивая уйму времени, чтобы придать им замысловатый вид.

— Кандидат, встать, одеться, приготовиться! — по-армейски рявкнул мой тренер, помощник, наставник… Да кем только Густав не был. Двадцать лет гвардейской императорской службы отложили свой отпечаток на характере мужчины, превратив его в несгибаемый стержень. Безжалостный и беспощадный. Помню, в шесть лет я стоял под проливным дождём и ревел, не в силах держать деревянный меч, что нисколько не смущало моего мучителя. Он жаждал одного — чтобы его указание было выполнено чётко и без погрешностей. Проревевшись, я поднял казавшийся тяжёлым меч и продолжил занятие, но в тот же вечер нажаловался отцу на Густава. В первый и последний раз в жизни. Барон Нар Валевский, мой отец, вызвал наставника, объяснил причину вызова и лично всыпал пять ударов плетью. Мне. С тех пор вот уже двенадцать лет у меня не было ни единого желания кому-то на что-то пожаловаться. Если я не могу решить проблему имеющимися у меня ресурсами, значит проблема не решаема вообще. Точка.

— Нельзя вот так бесцеремонно вламываться ко мне в спальню! — заметил я, принявшись, тем не менее, поспешно одеваться. Приказ есть приказ.

— Так ты тут не один? — Густав на мгновение опешил и только сейчас заметил две подозрительные горки под одеялами. — А ну брысь отсюда, бесстыжие! Нашли время развлекаться! Брысь, я сказал!

Одеяла зашевелились, и мои нежные ласточки упорхнули за дверь, стараясь не смотреть на злого дядьку. Я печальным взглядом проводил белоснежные округлости шикарных задниц — в ближайшие пару дней мне не удастся ощутить их упругость. Сегодня мне исполнилось восемнадцать лет, что означает только одно — грядёт ритуал инициации в мужчины. Архаичный, древний и безумно глупый. Насколько мне было известно, от него отказались все наши соседи и только наш отец упорно придерживался традиций. Предки завещали воспитывать детей в строгости — каждый из трёх сыновей получил своего мучителя. Предки завещали в восемнадцать проводить инициацию — извольте выполнять. Интересно, если бы предки завещали не вытирать задницу, отец стал бы выполнять и этот указ?

— Куда меня отправят? — спросил я, подходя к арсеналу.

— Господин барон выбрал море, — ответил Густав, что послужило критерием выбора оружия. Двухметровое копьё. Море действительно имелось в наших угодьях — в восьмидесяти километрах от замка. Вот только между нами и морем находились густые и местами непроходимые леса с неприятными болотами. Копьё подойдёт идеально. Густав кивнул, одобряя выбор. Наставник учил пользоваться меня любым оружием, но основной упор шёл на меч и копьё. Мне, как представителю рода Валевских, пять лет предстоит провести на Стене, отражая атаки тёмных тварей, так что выбор оружия был предопределён.

Ворота замка открылись и на полном ходу в замок ворвался мой старший брат, едва успев придержать коня рядом с нами.

— Младший, ты почему ещё копаешься? У меня и так дел невпроворот, чтобы ещё и с тобой возиться. Его проверили?

Наследник рода баронет Ронуальд Валевский вернулся со Стены пять лет назад. Женился, завёл детей, активно помогал отцу вести дела и готовился к тому, чтобы в какой-то момент принять на свою голову корону барона. Как по мне — такая себе работа. Несмотря на обширные земли, что в незапамятные времена выделил нашему роду император, мы считались достаточно бедной семьёй. Огромные леса, заполонившие большую часть земель, двадцать пять деревень, несколько десятков тысяч крестьян, миниатюрная армия из сотни бойцов, месторождение соли — вот, пожалуй, все активы нашего рода. Открытых участков земли едва хватало, чтобы обеспечивать нас продовольствием, так что о продаже излишков даже речи не шло. Если бы не постоянная потребность империи в строительной древесине, род Валевских давно пошёл бы по миру. Радовало одно — из-за текущего положения мы были крайне непривлекательны, поэтому активных споров за территорию с соседями не было вот уже сотню лет.

Ко мне подошёл Густав и похлопал по карманам. Согласно древней традиции, на инициацию будущий мужчина имел право брать с собой лишь оружие. Ни еды, ни эликсиров, ни карты. Ничего, что могло облегчить испытуемому выполнить свою задачу. Сама инициация, как я уже говорил, была до невозможности глупой и бесполезной. Меня отвезут за восемьдесят километров от дома и оставят одного. Всё, что мне требуется — добраться до дома, причём время вообще никак не ограничивали. Хоть за сутки, хоть за год — главное вернуться. Считалось, что бывшие юноши таким походом отказываются от своего детства и превращаются в мужчин. Дебилизм во всей его красе. Густава бы им в наставники, так он это детство лет в десять выбил бы даже из самых упорных.

— Чист, ваше благородие!

— На коня! — приказал Рон. — Отправляемся немедленно!

— Как прикажет ваша светлость, — язвительно поклонился я и запрыгнул на коня. Отношения с братьями у меня были, скажем прямо, натянутыми. Вечно занятый Рон, грезящий величием семьи, требовал от младших подчинения и уважения. Даже там, где оно и не требовалось вовсе. Средний, Белтариус, раньше казался мне более человечным. С ним мы даже умудрялись играть в игру «навреди своему мучителю». Я — Густаву, он — Люмиру, такому же отставному военному. Попадало нам нещадно, но мы не сдавались, раз за разом пробуя новые способы вредительства. Сдаваться было не в характере Валевских. К сожалению, после инициации Белт отправился на обучение, потом на Стену, два года назад вернулся и его словно подменили. Брат стал нелюдим и чурался любого общения. Как мне по секрету сказал Густав, во время внезапно накатившей волны нечисти мой брат оказался неподалёку от смертников и ему воочию пришлось увидеть, как те сражались. И умирали. В основном умирали. Смертниками называли преступников всех мастей, выбравших вместо казни возможность пожить чуть дольше и принести пользу империи, сражаясь с тёмными тварями Скрона в первых рядах. Причём выбирали такую участь далеко не все — быстрая смерть от топора палача некоторым казалась куда выгодней того, что ждало смертников на Стене или разломах. Разлом — заражённая многоуровневая пещера, уходящая глубоко под землю и порождающая тёмный тварей. Насколько я знаю, в основном смертники используются как раз там. Либо для их полной зачистки, либо для добычи полезных ископаемых. В империи разломы стараются уничтожать сразу, кроме одного — того, что сформировался сотни лет назад под магической академией. Или академию построили поверх разлома, кто их разберёт. Важно одно — это единственное место зарождения тёмных тварей, что остаётся в рабочем состоянии на территории нашей империи и контролируется как магами, так и служителями Света. Остальные разломы возникают либо в других империях, либо в свободных землях, а смертники мрут, как мухи, стараясь их уничтожить.

— Завязывай глаза! — рявкнул Рон, выдёргивая меня из мира грёз. Я передал брату поводья и обвязался плотной тканью. Половину пути мне позволено проехать с открытыми глазами, вторую придётся двигаться завязанным, чтобы не подсмотреть обратный путь. Учитывая, что я нашу территорию знаю если не досконально, то на достаточно хорошем уровне, очередная глупая идея. Куда бы меня не привезли, я точно буду понимать, где нахожусь. Радовало одно — брату, мнящему себя главой земель, не нравилось меня сопровождать, оттого настроение у него было отвратительным. Но это едва ли не тот уникальный случай, когда я полностью поддерживал традиции предков. Отец сопровождает на испытание только наследника. То есть Рона. Остальных детей мужского пола, ежели такие найдутся, отвозит уже сам наследник. Чтобы доказать, что он достоен. Вот кто не назовёт эту процедуру бредом?

— Слезай! Считай до ста и только потом снимай повязку, — приказал Рон спустя вечность. Мне даже поспать удалось во время монотонной езды. Спрыгнув и на ощупь стащив с коня своё копьё, я потянулся, разминая затёкшие мышцы и помассировал натруженную задницу. Вот кому досталось больше всего! Рон не стал прощаться или говорить слова напутствия — младший ещё не дорос до такого уважения. Послышался удаляющийся топот копыт — меня оставили одного. Возникла мысль сорвать повязку и запомнить направление, куда поскакал Рон, но так же быстро, как возникла, она исчезла. Во-первых — чревато проблемами. С брата станется отправить коней, а самому проверить выполнение традиций. Во-вторых — с чего вдруг мне потребуется помощь в определении направления? Что бы Рон ни говорил, это и моя земля тоже.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело