Леха и зомби. Трилогия (СИ) - Крынов Макс - Страница 154

Мэтью Томас – американец, который меня человеком сделал, в какой‑то момент пропал. Предполагаю, нарвался на неудобного противника, против которого не помогли накопленные навыки, характеристики, меч и эпичное распитие пива перед боем. На момент пропажи американца оставалось две недобитых твари – в Австралии и Южной Америке. Не знаю, каких уровней теперь твари, но оба материка потеряны для людей и стабильно обеспечивают мир волнами одинаковых монстров. Как участник отражения трех волн, могу сказать, что рано или поздно людям пиздец: набеги происходят все чаще, и каждый раз монстры на десяток уровней сильнее.

Очень жаль, что ядерные боеприпасы теперь не работают. До апокалипсиса я думал, что ударить ядерным оружием по Америке – ебейшая глупость, о которой могут думать только вконец конченые люди, но теперь первым бы проголосовал за применение боеприпаса.

– Почти прилетели, – дрожащим голосом произнес Серега, – Свечка – вон то здание, с драконьим гнездом на крыше… Алексей, можете выпустить меня? Я не хочу приближаться к дракону…

Я трижды убивал монстров ранга «палач расы людской», трижды удостаивался права на желание и трижды проебывал это право впустую. В загадывании желаний масса подводных камней. Во‑первых, нельзя загадать то, что прежде просил кто‑то другой: именно поэтому я и не мог пеленговать великих монстров – способность получил американец. Во‑вторых, нельзя желать влиять на мир глобально. В третьих, нельзя пожелать для себя чересчур сильной способности, роста уровней и характеристик: шестьсот двенадцатый – тот еще жлоб.

Три бездарно потраченные попытки принесли мне некий опыт и возможность прикинуть формулировку четвертого желания. Осталось только найти подходящего монстра и попытать удачу снова. Я опасался, что вернуть во времени никого нельзя, но шестьсот двенадцатый бог гнул реальность и физику, как хотел: существовали способности, с помощью которых люди замедляли и ускоряли время: с помощью специалистов‑ускорителей выживали наиболее крупные анклавы: чтобы семя растения выросло до плодоносящего растения, требовалось не больше суток. Так почему бы не существовать возможности направить человека в прошлое?

Геноцидя монстров в попытках вернуться в прошлое, я потерял кисть левой руки: пустая черная перчатка, которую ношу, находится под постоянным контролем телекинеза. Не то, чтобы я стесняюсь потери, или оставшееся общество предвзято относится к инвалидам, просто не упускаю возможность лишней тренировки способности. Хотя нужна ли теперь мне эта тренировка? Телекинез… Я практически сросся со способностью. Постоянное манипулирование и совершенствование навыка привело к глубокому пониманию его. Я теперь даже во сне контролировал окружающее пространство и держал над собой телекинетический щит, хотя подходящего для такой манипуляции навыка у меня не имелось.

Я мотнул головой, отгоняя лишние мысли. Сидящий рядом Серега уже не трясся, а вцепился своими хваталками в обивку сидения рядом с жопой и застыл, полным ужаса взглядом наблюдая за драконом, ворочающимся в огромном гнезде. Монстры делали своеобразные гнезда: приземлялись на крышу какого‑нибудь здания, крошили ударами лап несколько верхних этажей, углубляя центр будущего гнезда, и обустраивались на здании. Если здание не выдерживало, летели к другому. Кирпичи и бетон были гораздо тверже земли в каком‑нибудь парке, но скажу по собственному опыту: прочная чешуя монстров позволяет им чувствовать себя комфортно, даже когда телекинетик пиздит их автомобилями. Да и возможность обозревать пространство с высоты драконы ценят.

Рдакодракс 

Червь нации  

Уровень: 297. 

Двести девяносто седьмой… Теперь понятно, почему стрессует пассажир. Хорошо, что не трехсотый – на каждом уровне, кратном сотне, монстры получают страшные плюшки, и если плюшку двухсотого уровня я знал, то уже от трехсотого не знал никто. Похоже, сбылась мечта идиота: один из пяти сотен великих монстров найден. По крайней мере, велика вероятность, что дракон из тех, за которых система дает шанс на желание и это самое желание жопит.

– Намочишь обивку, отправлю летать, – спокойно предупредил я. Серега тоскливо заскулил.

Дракон, двадцать девять ступеней навыков… Из них минимум три направлены на сопротивление чужим способностям, значит, инфаркт крылатому устроить не получится. Я даже сейчас не могу на него воздействовать, хотя мы зависли ближе, чем в четырех сотнях метров. Защита от автоматического оружия у ящера тоже наверняка есть, но автоматом я уже давно не пользуюсь. Самое поганое – щит, который придется истощать многочисленными бросками. Что еще у него есть? Огненное дыхание, пирокинез, аэрокинез. После определенного количества поглощенного урона дракон наверняка призовет мелочевку, и хорошо, если твари окажутся материальными. Наверняка будет какая‑нибудь непредусмотренная, но жуткая гадость: система любит накидывать сюрпризы.

Рдакодракс соизволил заметить зависший в небе гелендваген. Дракон нехотя поднялся, расправил огромные крылья и взревел. По сравнению с отожравшейся ящерицей машина обладала весьма скромными размерами, но дело ведь в начинке, а начинка была всего чуть менее высокоуровневой, чем ящер.

– Ну что, Серега, готов полетать? – осведомился я, следя за стартовыми взмахами громадных крыльев.

– Пожалуйста, не надо. Я… А‑а!

Машина рванула в сторону, и вовремя: комок огня прошел в пяти метрах от нас. Я сразу рванул зигзагом, на всякий случай стараясь держать между собой и драконом днище автомобиля. Дно укрепляли две пластины листового железа, и я надеялся, что если пропущу удар, металл его остановит. Ну или хотя бы даст пару секунд на десантирование.

Мир послушно замедлился. Серега забавно орал, растягивая звуки. Его руки ме‑едленно мотылялись по салону, а волосы растрепались и двигались забавными волнами, будто в патоке.

Был и минус: монстр тоже ускорился. Я был чуточку быстрее, но при использовании ускорения мифического ранга «чуточку» – хреновый результат.

Дракон уже летел, и самое поганое – распахивал пасть для еще одного плевка.

Когда в глотке ящера засветилось пламя, я дернул машину вверх и вбок, уходя из под удара. Но чешуйчатая скотина предвидела маневр и выплюнула огонь после того, как я сменил направление полета. Даже не выплюнула – выдохнула!

Огонь широким конусом растекся по небу, накрыв машину – летающая пакость била на упреждение. Жалко пассажира, но он – всего лишь сопутствующие потери. Нубас девятнадцатого уровня – такой даже выжить вне поселения не смог бы. Мясо. Благо, меня в горящей машине уже не было: я долетел до ящера и впечатался в спину монстра. Если бы не вспыхнувший в сантиметре от тела ящера щит, я сломал бы дракону хребет и в бою можно было ставить жирную точку.

Но это было бы слишком легко.

Я отлетел от дракона, разогнался и вновь впечатался в спину ящера. Мой божественный доспех столкнулся с доспехом ящера, но обе защиты выдержали. Я снова разогнался и пошел на таран.

Разумеется, дракон не завис в воздухе в ожидании ударов. Засранец дышал огнем, вертелся, посылал в меня волны спресованного воздуха, но я все‑равно был быстрее, мельче, и неизменно оказывался со стороны хвоста чудовища, куда дракона и таранил. Параллельно с этим я телекинезом собрал песок и швырнул его в морду рептилии. Конечно, зрение – лишь малая часть того, чем пользуется ящер, но некоторое неудобство песок в глазах доставить должен.

Я разогнался и вновь протаранил ящера. Главное – перегрузить доспех. Когда защита исчерпает вложенные ресурсы и исчезнет, с чешуей, сколь бы прочной она не была, будет легче справиться. Есть у меня такая плюшка, как «однопаечный удар» – в пять раз усиливает любое членовредительское действие. С ним взятие дракона на таран станет гораздо результативнее.

Я набрался уровней и навыков за этот год, и сейчас бы я выжал Тритерия, как тряпку. Впрочем, каких‑то богов я уже убивал, но увы, Юдин тогда получил шанс на желание как первый убийца божества, и последующие победители были лишены такой плюшки. Видимо, шестьсот двенадцатому чем‑то не нравилось уничтожение богов.