Камень. Книга восьмая (СИ) - Минин Станислав - Страница 68

Пришлось вмешаться:

— Стефания, ваша светлость, не надо так давить на Алекса, — прервал я речь своего друга и многозначительно посмотрел на князя Альбера, — если вы еще не поняли, Алексу чуждо вот такое прямое материальное овеществление результатов его творчества. Может, о всех этих титулах и землях следует поговорить чуть позже?

— Конечно же, чуть позже! — Гримальди взял бутылку шампанского и пару бокалов с подноса приблизившегося к хозяину дворца официанта и направился к художнику. — Алекс, давай я тебе на удачу лично бокал наполню! Поверь, не многие удостаиваются подобной чести…

Вот и слава богу! Вот и чудно! А бабуля в этой ситуации возражать точно не будет, да и деньгами Сашеньку не обидит, после того как тот итальянского и французского монархов на холсте маслом намалюет…

Когда мы, довольные «переговорами», вышли из дворца Гримальди, раздраженный Владимир Александрович Петров подхватил меня по локоток и отвел в сторону:

— Лешка, я почему-то верю, что все эти инсинуации с титулами и землями в Италии и Франции происходят не с твоей подачи — слишком давно я тебя знаю, но как я должен реагировать на столь откровенное… откровенные… на подобные вещи?

— Могу предложить два варианта, дядька Вова, — прикинул я. — Или вы покупаете большую квартиру или дом в Москве или подыскиваете именье в ближайшем Подмосковье. Перевод младшенького в царский лицей устроим без проблем, и это не обсуждается.

— Твою же, Пожарский!.. — выдохнул он. — Это тоже не обсуждается? — Я помотал головой. — Квартира в столице у нас твоими стараниями уже есть, а вот именье… Внуков хочу на свежем воздухе воспитывать.

— Отличный выбор, дядька Вова! Вернемся на родину, сразу же специалистов озадачу…

***

— Отличные переговоры, Алексей! — тон государя прямо кричал о том, что он очень доволен. — Уверен, Гримальди полностью осознали и прониклись проблематикой твоего неожиданного визита в их княжество. Даем вам пару дней на отдохнуть, а потом публикуем совместный с Гримальди пресс-релиз, после чего начинаем потихоньку переводить бизнес в Монако. Лешка, ты рад?

— Очень рад, деда! — прямо воскликнул я, не испытывая при этом особых эмоций — ну перевели Романовы нефтяной и газовый бизнес в Монако, вот и молодцы.

— Ничего, когда вплотную займешься государственными делами, Лешка, тогда и придет осознание того, что именно ты сделал, — торжественно вещал царственный дед. — Это же касается и Коли с Сашей. Прошка, чертяка, ты меня слышишь?

— Да, государь, — откликнулся воспитатель.

— Благодарю за службу!

— Рад стараться, ваше императорское величество! — гаркнул Прохор во всю силу своих легких.

— Как там Гримальди, прониклись?

— Прониклись, государь. И французская принцесса тоже, ее реакцию, как вы и велели, я отслеживал в первую очередь.

— Отлично! Подлянок в первую очередь стоит ждать именно со стороны Парижа, а уж потом со стороны остальных наших европейских партнеров… Как там этот малолетний итальянский хлыщ?

— Тоже предупреждение услышал, государь. Особенно Джузи начал нервничать, когда Лешка про расследование упомянул.

— Годится, своему седому кудрявому деду он этот разговор, без сомнения, в подробностях передаст. А я, в свою очередь, передаю слово Сан Санычу.

— Здорово, бандиты малолетние! — Это действительно был до отвращения бодрый голос великого князя Александра Александровича. — Петрович, как сам?

— Потихоньку, Сан Саныч, — тем же «бодреньким» тоном ответил воспитатель.

— Молодец! Дай-ка мне этих двух наших родовитых отпускников, Коляшку с Шуркой…

— Секундочку, Сан Саныч…

Прохор изобразил зверскую рожу, после которой оба моих брата вскочили со стульев и через секунду оказались у телефона секретной связи:

— Слушаем, деда!

— Коляшка, от имени и по поручению всего рода Романовых поздравляем тебя с предстоящей помолвкой с Евой Гримальди! — торжественно вещал Сан Саныч.

— Спасибо, деда, — пролепетал «убитый» Николай, а Александр изо всех сил постарался скрыть свою радость.

— Почему не слышу позитива в голосе, внучок? — глумился великий князь. — Но ничего, следующее известие должно поднять твое настроение. Шурка! От имени и по поручению всего рода Романовых поздравляем тебя с предстоящей помолвкой с Ингой Юсуповой!

— Вы издеваетесь? — Александр смотрел на телефон круглыми глазами, а довольный подобным раскладом Николай уже ободряюще хлопал его по плечу. — Вы издеваетесь, дорогие родичи?..

— Решение принято, внучок, и обжалованию не подлежит, — достаточно жёстко ответил Сан Саныч. — Так что на Ибице рекомендую вести себя прилично, а то Юсупова тебе после свадьбы точно кочерыжку оторвет за вольности на этом бл@дском острове. — Великий князь был в своем репертуаре.

— Деда Саша, — решил я уточнить для себя некоторые моменты, — это Алексей. Скажи, а сама Инга в курсе своей предстоящей помолвки?

— Нет еще, — буркнул он. — Мы Юсуповых перед фактом поставили и велели пока Ингу в известность не ставить. И к твоему сведенью, Лешка, ее родичи счастливы, что хоть через Шурку станут твоими родственниками, — Сан Саныч отчетливо ухмыльнулся. — И очень надеются, что теперь к ним в дом ты будешь приходить только по радостным поводам.

— А я-то как надеюсь, деда Саша! — у меня в голове как переключатель щелкнул. — Деда Коля, ты еще там, или уже занимаешься очередными важными государственными делами?

— Чего хотел, Лешка? — лениво отозвался государь.

— Юсуповы вложились деньгами в вашу… аферу?

— Конечно, нет! Кто им теперь доверяет? Вот Инга станет великой княгиней, там с Юсуповыми и будем их дальнейшую судьбу обсуждать.

— Вы привлечете финансы Юсуповых и обеспечите Инге в приданом свободный капитал, деда, зря я, что ли, ее род так долго кошмарил.

— Иначе что, внучок?.. — после некоторой паузы спросил дед с явной угрозой.

— Кроме того, вы привлечете капитал Шереметьевых, Долгоруких, Нарышкиных, Демидовых, Хачатурян, Багратионов, Татищевых и Голицыных. Ссылки на то, что наше с вами мероприятие держится в строжайшем секрете, не принимаются, за пару дней все равно нам никто помешать не сможет.

— Ты на солнце перегрелся, Лешка? — зарычал на меня царственный дед. — Род Романовых потеряет существенную часть прибыли! Повторяю вопрос: иначе что?

— Иначе я прямо сейчас выйду с яхты без панамы, голову напечет солнышком, и устрою я в Монако такое светопреставление, после которого все ваши договоренности пойдут по пи… прахом пойдут, короче.

— Отец, — услышал я спокойный голос родителя, — Лешка может. Давай не будем гнаться за максимальным гешефтом, и так боле чем прилично должно получиться. Глав перечисленных сыном родов я беру на себя.

— Хорошо! — этот рык, к моему немалому удовлетворению, отдавал уже бессилием. — Ну, внучок, сейчас ты диктуешь нам свои условия. Посмотрим, что будет в следующий раз! Конец связи.

— Инга, твою же Бога душу мать! — отмер после всего услышанного Александр. — Инга! Да я же ее вот с такого возраста знаю! — он максимально опустил ладонь до пола каюты. — Она ж мне как сестренка! Господи, да как я с ней в одну койку-то лягу?!

— А Ева-то моя красотка! — причмокнул Николай, смотревший на ситуацию уже под другим углом. — И на позитеве постоянно… Не такой и плохой вариант!

— Коляшка, ты хочешь сказать, что Инга хуже твоей Евуськи? — Шурка был искренне возмущен.

— Ты чего несешь? — окрысился тот. — Она мне тоже как родная! И очень хорошая девчонка! Еще из древнего и достойного рода! И очень я рад, что она будет моей невесткой!

— Шурка, прости! А я рад, что моей невесткой будет Евуська…

Я же со старшими родичами в этом брачном раскладе был по большому счету согласен — более спокойному и рассудительному Николаю больше подходила позитивная и здраво рассуждающая Ева, а склонному к авантюрам и непоседливому Александру прирожденная интриганка Инга.